Страница 88 из 96
Глава 14
Пустота под ногами сменилась чем-то твёрдым и почему-то очень скользким. А может, это я была настолько вымотана, что с трудом держалась на ногах. Первые мгновения никак не могла понять, куда переместилась: окружающая обстановка расплывалась и ни в какую не желала приобретать более-менее чёткие очертания.
— Ваша светлость! — совсем близко послышалось удивлённое восклицание, и я облегчённо выдохнула. Мадлен. — Как.. как вы здесь оказались? — от испуга заикалась девушка.
Наконец пятна перед глазами стали походить на мебель, и на её фоне замаячила недоумевающая служанка, нервно теребящая оборку передника.
— Ваша светлость, вы что же.. — голос девушки дрожал.
— Где сейчас маркиз? — нетерпеливо перебила её я, на всякий случай прислонившись к резной колонне балдахина.
С каждой секундой слабость только усиливалась. Кажется, я переоценила свои возможности: сначала долго возилась с магической защитой дворца, а потом ещё и отправилась на путешествие сквозь зачарованные зеркала.
Хорошо, если Моран дома. Говорить по душам можно и в горизонтальном положении. Вот сейчас рухну на такую манящую кровать и до завтра даже шевелиться не буду.
К сожалению, с тем, чтобы куда-нибудь рухнуть, у меня так и не сложилось.
— Его светлость ещё не вернулся со службы, — отчиталась Мадлен и продолжила забрасывать меня вопросами: — Ваша светлость, с вами всё в порядке? Вы такая бледная.
Ладно, поизображать трупа вполне можно и в карете. Пока доберусь до Анфальма, возможно, силы ко мне вернутся. Хотя бы их малая толика. Если это, конечно, не опасное для жизни магическое истощение, после которого нет нужды изображать покойника. Маг им просто становится.
Отогнав от себя страшное предположение (как будто мне уже имеющихся кошмаров недостаточно), велела Мадлен скорей бежать вниз и распорядиться насчёт экипажа. Девушка попробовала было возразить, мол, маркизе явно не здоровится и её место сейчас в сорочке и чепчике под пуховым одеялом, но осеклась под моим строгим взглядом и побежала выполнять распоряжение.
Минуты, пока шла по коридору, а потом осторожно спускалась вниз, судорожно сжимая перила, опасаясь навернуться с лестницы головой вниз, сохранились в памяти, как нечто размытое, подёрнутое мглой, никак не желавшей где-нибудь раствориться.
Прохлада каменного дома сменилась удушливой атмосферой жаркого вечера. Это вам не Луази, где даже летом приходится кутаться в шаль и только в мечтах рисовать себе тёплое солнышко. Небо Навенны поражало своей чистотой. Полная луна, точно драгоценное украшение, сияла в самом центре чернильного купола. Она казалась ослепительно яркой, а многочисленные звёзды, беря с неё пример, тоже сверкали, как только что отчеканенные сантали.
Пришлось зажмуриться и, опираясь на руку кучера, укрыться в полумраке кареты. Я даже шторку на всякий случай задёрнула, чтобы не ослепнуть от ядовитого лунного света. Откинувшись на подушки, измождённая, прикрыла глаза.
И, пока ехала, тихо твердила то ли вслух, а то ли про себя:
— Главное, не уснуть. Главное, бодрствовать и быть сильной.
Найти Морана. Предупредить. Расспросить об этой страшной колдунье.
В курсе ли он, с кем водила дружбу его обожаемая маркиза и на что готова была пойти ради собственного спасения?
Как можно было быть такой бессердечной..
Из размышлений меня вырвал сильный толчок, когда карета, резко вильнув на повороте, неожиданно замерла, словно приклеилась к мостовой колёсами. Раздался крик кучера, яростная брань, заглушённая испуганным ржанием лошадей, молотящих по камню копытами.
А потом всё стихло.
Кроме моего сердца, оглушительно колотящегося в груди. Один удар, другой. Третий.
Тихо. До одурения тихо.
И страшно. Настолько, что цепенеет тело.
Шелест шагов по дороге. Я вжалась в сиденье.
А когда резко распахнулась дверца, только и успела, что раскрыть рот. Но крик так и не сорвался с моих губ.
Заметила высокую фигуру, метнувшуюся ко мне с быстротой вспышки, ощутила резкий запах, что источала тряпка в руке незнакомца. И мир, до этого тонувший в вязкой дымке, окончательно померк.
Пожилой маг терпеливо ждал, когда у ворот покажется привратник. Последний был явно недоволен поздним визитом незваного гостя и даже не пытался скрыть своего раздражения. Впрочем, мэтру Леграну были безразличны чувства этого светловолосого мальчишки. Куда больше магистра заботила судьба новоиспечённой маркизы.
— Мне надобно переговорить с её светлостью, — вежливо обратился к долговязому слуге учитель. — Передайте, дело срочное.
— Вы с её светлостью разминулись, — неохотно, словно каждое слово давалось ему с огромным усилием, ответил ленивец. — Маркиза недавно уехала.
— Уехала куда? — даже не пытаясь скрыть досады, воскликнул мэтр.
Юноша махнул рукой в сторону тёмной улочки:
— Куда-то туда. — Не преминув со смешком закончить: — Мне госпожа не докладывает о своих поездках.
Вернувшись в карету, маг велел кучеру ехать в направлении, указанном слугой. А сам прикрыл глаза и сосредоточился на той, чья жизнь и благополучие были в опасности.
Возможно, он был единственный, кто мог её защитить.
Чувство, что не хватает воздуха и никак не получается вздохнуть, выдернуло меня из обморочного состояния. Оказалось, я действительно задыхалась, а всё из-за мерзкого на вкус пойла, которое мне безжалостно заливали в рот.
Один детина, в предки которого наверняка затесались мифические создания — великаны, своей лапищей сжимал мне лицо, отчего я не могла стиснуть зубы. Другой, такой же крупный и мощный, возвышался надо мной подобно глыбе и продолжал, что-то беззаботно насвистывая себе под нос, вливать в меня тошнотворную дрянь.
— Хватит! — послышался нетерпеливый окрик, после чего проклятая ведьма, похитившая меня, принялась запоздало сокрушаться: — Ну вот! Следовало сначала её раздеть! Всё платье мне заляпали!
— Раздеть — это мы с радостью, — ухмыльнулся первый наёмник.
Кое-как оттерев стекавшую по подбородку и шее липкую дрянь, я жадно глотнула ртом воздух. Даже представить было страшно, чем она меня опоила. Ядом? Это вполне в духе Опаль.
— Ну так как, раздевать?
Не церемонясь, меня схватили за шкирку и, словно марионетку, поставили на ноги. Правда, я тут же по стенке сползла обратно на пол. Предательское тело не слушалось. Лица мучителей расплывались. То ли комната тонула в полумраке, разбавленном тусклым пламенем свечных огарков, то ли это у меня по-прежнему темнело в глазах.