Страница 42 из 114
Дойдя до небольшого пруда, сейчас, словно стеклом, затянутого льдом, мы повернули обратно. Солнце уже почти скрылось за верхушками деревьев, и я начала мерзнуть. Мэдок это заметил, предложил вернуться к карете. Правда, дорогу выбрал другую — через шумную площадь, на которой как раз в самом разгаре была предновогодняя ярмарка. На ней мы пропустили еще по стаканчику, на сей раз горячего вина с медом и травами, немного согрелись, снова повеселели и, продолжая болтать о бестолковых, но почему-то таких интересных мелочах, спорить и смеяться, незаметно добрались до экипажа.
Обратная дорога до дома тоже прошла незаметно. Я даже ненадолго задремала, убаюканная легкой тряской и своим расслабленным, умиротворенным состоянием. В себя пришла, уже когда карета въезжала в распахнутые ворота особняка.
— Спасибо за чудесный день, леди Адельвейн, — помогая мне выйти из кареты, низким, каким-то будоражащим голосом сказал Мэдок.
— Мне тоже понравилось, лорд де Горт, — честно призналась я, чувствуя, как уголки губ сами собой вздрагивают в улыбке.
Сегодня мне хотелось улыбаться. Что я и делала, поднимаясь на крылечко, входя в холл и приветствуя бледного, явно чем-то напуганного дворецкого.
При виде метнувшегося к нам слуги улыбка сошла с моего лица. А вскоре не осталось следа и от хорошего настроения.
Когда Фрисо выпалил:
— Ваше всемогущество!
— Что произошло? — резко спросил де Горт, превращаясь в привычного мне закованного в ледяную броню Истинного.
— Леди де Морсан.. Она.. — Фрисо громко вдохнул, а потом на выдохе выпалил: — Она пыталась лишить себя жизни!
Больше ни о чем не спрашивая, хальдаг сорвался с места, взлетел по ступеням и скрылся в коридоре. А я опустилась на банкетку и невидящим взглядом уставилась куда-то перед собой.