Отражения

Толи не зная, что сказать в своё оправдание, то ли просто из вредности, с объяснениями не спешил, отчего я ещё больше занервничала. Стояла в нескольких шагах от него, не способная пошевелиться, и, кусая до боли губы, всматривалась в черты ставшего родным мне человека. Надеялась услышать правду и в то же время до дрожи боялась, что правда эта мне не понравится. Разом перечеркнёт все надежды на наше счастливое будущее.

Ещё одного предательства я простить не смогу. И переживу навряд ли.

Хорошенько помучив молчанием, Даггерти выпрямился и, с интересом наблюдая за моей реакцией, признался:

— Долго. А после ужина полетели в клуб. «Элизиум». Помнишь такой? Кажется, там ты целовалась сначала с Дионом, а потом с Дайфларом, — ещё одна искра, способная в один миг разжечь пламя ссоры.

— И как? Понравилось в клубе? — Отвернулась, не желая, чтобы он и дальше читал мои эмоции. В этом Рейну не было равных.

Так же, как и в том, чтобы трепать мне нервы.

Отойдя к стене, представлявшей собой одно сплошное окно, глянула на простиравшийся внизу город, лабиринты улиц, подсвеченные огнями рекламных щитов.

— Было неплохо. Муж Шериз, правда, такой зануда.

Вздрогнула, огорошенная неожиданным заявлением. Обернувшись, пристально посмотрела на жениха.

— Вы были втроём?

— Да, Шиона, мы были втроём! — с раздражением подхватился Даггерти. Залпом допив то, что ещё плескалось на дне бокала, отправился на кухню за добавкой. — Хочешь, хоть сейчас вас познакомлю. Только бы ты успокоилась, — и снова в его голосе мне слышалась насмешка.

— Не хочу, — прошептала, чувствуя, как ревность вытесняет обида.

— Ты ведь никогда не забудешь мне ту измену? — Рейн горько усмехнулся.

— А ты, похоже, меня в этом упрекаешь, — вернулась к изучению простиравшегося за окном пейзажа. Взгляд упёрся в соседнее здание, своей верхушкой, казалось, пытавшееся дотянуться до самого неба. — Удивляешься, почему ревную? А ты хотя бы раз задумался, каково мне всё время находиться вдали от тебя, не зная, ни где ты проводишь время, ни с кем встречаешься..

— Вообще-то ты сама жаждала поступить в академию, — припомнили мне и это. — А теперь предъявляешь претензии. Может, вместо этого попробуешь просто мне доверять? Это облегчило бы жизнь нам обоим.

Вот, значит, какие мы правильные. Безгрешные.

— А сам-то? — не сдержавшись, хмыкнула я. — Как насчёт того, чтобы прислушаться к своему собственному совету и не психовать просто из-за того, что я хочу увидеться с друзьями? Глупо к ним ревновать.

— А я и не ревную. Но мне неприятно, что, встречаясь со мной так редко, ты всё равно предпочла их.

У-у-у.. упрямый баран!

— И я тебе уже объяснила почему. Один раз! Всего один раз Авен попросил меня об услуге.

— И что, твои Луора и Нуна не подскажут ему, какого цвета выбрать коврики и в какой угол лучше задвинуть кактус? — Нет, определённо, ему нравится доводить меня до белого каления. — Можно подумать, без тебя там не разберутся!

— Может, и разберутся, — огрызнулась раздражённо. — Но я тоже хочу поучаствовать.

— Да пожалуйста. Могу хоть сейчас тебя к ним доставить! — И, не дожидаясь ответа, ринулся к лифту.

— Рейн, — попыталась его задержать, а потом в голове будто что-то щёлкнуло: и снова у него кто-то крайний!

Тогда, изменив, обвинил в своей слабости арийские традиции, запрещающие отношения до свадьбы. Теперь ему не угодили мои друзья. Почему я должна разрываться между ним и ребятами? Даже не пытается понять и войти в моё положение. Вместо этого только и делает, что язвит, и забрасывает меня упрёками.

— А знаешь что? Доставь! Не хочу тратить время на скандалы. Там от меня будет больше толку.

— Как пожелает моя принцесса. — Даггерти вошёл в лифт и жестом ненавязчиво предложил выметаться из его квартиры.

Видать, раз с постелью вышел облом, то и терпеть меня дальше нет смысла. За время полёта не проронил ни слова. Мне тоже с лихвой хватило нашего утреннего общения, поэтому сидела, отвернувшись к окну, снедаемая противоречивыми чувствами. И расставаться больно: уже заранее знала, что до следующей встречи сама себя изведу, буду мучиться, не находя себе места. И первой сделать шаг к примирению не позволяла гордость.

Хватит! Я и так в этих отношениях только и делаю, что уступаю, сглаживаю углы, ищу компромиссы. А он привык диктовать условия, требовать и добиваться своего. Любыми способами.

— На выбор подвенечного платья у тебя времени, я так полагаю, тоже ещё не нашлось? — совершая посадку, ни с того ни с сего вдруг изволил заговорить Даггерти.

— Пока не нашлось.

— Понимаю.. Друзья, конечно же, важнее подготовки к свадьбе.

— Постараюсь за этот цикл подыскать что-то в сети, — всё-таки сделала маленький шажок навстречу.

— Можешь не спешить.

И как это понимать? Мы уже сомневаемся, хотим ли вообще жениться? После одной несчастной ссоры?

К счастью, флаер уже приземлился, и пытка под названием «общение с женихом» подошла к концу.

— Тут я, наверное, с тобой соглашусь. Спешить не буду. Всего хорошего! — вместо прощального поцелуя очень хотелось залепить нахалу прощальную пощёчину.

— Веселись с друзьями! — послал мне вдогонку.

— Так и сделаю! — крикнула и, развернувшись, поспешила прочь.

Рейн

Выскочив из флаера, рванулся было за ней, но в последний момент передумал. В таком состоянии, когда внутри всё клокочет от гнева, о перемирии не могло быть и речи. Да и Рейн не считал, что виноват в скандале, а значит, не он должен искать примирения. Может, сегодня и вспылил, но спровоцировала его Шиона.

Заметив на другом конце площади затрапезного вида забегаловку, ринулся к ней. В этой части Старого Города Рейн бывал редко, брезговал наведываться в такие кварталы, но сейчас любое место сгодится. Главное, чтобы имелась выпивка.

Несмотря на ранний час, в баре было не протолкнуться. Публика здесь подобралась разношёрстная. В основном инопланетяне, члены экипажей космических кораблей, — сделал вывод Даггерти, вспомнив, что отсюда до космопорта менее часа полёта.

Протиснувшись к барной стойке, заказал себе двойную текилу, с которой расправился в один момент, и велел андроиду повторить.

Думал, получится успокоиться. Но нет, вспоминая их ссору, только ещё больше распалялся. А алкоголь, разжигая кровь, разжигал и пламя гнева.

Он как дурак ждал встречи, чуть ли не дни считал, мечтая о ней. А она предпочла редкие мгновения с ним посиделкам с друзьями. Которых и так видит каждый день!