Страница 60 из 66
ГЛАВА 56
- Привет, дедушка, - я обняла деда, поцеловала его в щеку. Тот улыбнулся, погладил меня по щеке. – Как дела? Звал меня?
- Да, внучка. Звал. Хотел поговорить. Я соскучился, между прочим. Ты не заходишь к нам и не звонишь.
- Не обижайся, дедушка. Просто дел много, - я опустила взгляд, соврав. Какие у меня могут быть дела? Кроме как развлекать Амира, чтобы тот не скатился в депрессию.
- И что же это за дела такие? – прищурился дед, будто прочитав мои мысли.
- О муже забочусь, - улыбнулась я.
Дед задумчиво покивал.
- Я тебя за этим и позвал. Хочу спросить у тебя… Зачем тебе инвалид? Может разведёшься с ним и поедешь за границу, продолжать учёбу? Не вышло у тебя удачно выйти замуж. Что ж, бывает. Но я не хочу, чтобы ты мучилась с ним всю жизнь.
Меня будто ледяной водой окатили. Обильно так. Из ведра.
- Дедушка, что ты говоришь? – мой голос сел.
- Говорю, как есть. Ты сама понимаешь, что не сможешь это выдержать.
- Я его люблю, дедушка. Не говори о нём так. Амир не инвалид. Он мой муж. И меня никто не заставит с ним развестись.
- Твой отец совсем тебя забросил, - осуждающе покачал головой дед. – Никакого самоуважения.
Я сглотнула. Дед у меня тот ещё «добряк», но даже от него я подобного не ожидала.
В его кабинете было тихо, только тикали большие часы. Я придвинулась на край кресла, опустила глаза, наполнившиеся слезами.
- Мы говорим о самоуважении или о предательстве? – прошептала, поднимая на него затуманенный взгляд. – По-моему, ты сейчас предлагаешь мне как раз второе.
- То есть, ты готова прожить всю свою жизнь с калекой?
Меня передёрнуло от его грубого тона. От слов, ранящих больнее ножа.
- Не говори о нём так. Да, я готова! Это всё? Я могу идти?
- Не злись, внучка. Я хочу как лучше для тебя. Ты ещё очень молода. В твоей жизни ещё появится достойный мужчина. Я это хотел сказать.
- А я хочу сказать, что люблю своего мужа. И ни за что его не предам. И другие мужчины мне не нужны, какими бы достойными они не были. Извини, дедушка, я пойду. Не хочу надолго оставлять своего мужа, - я вскочила с кресла, схватила свою куртку.
- Внучка! – услышала уже у двери, но не повернулась. Вышла прочь.
И тут же попала в мамины объятия. Она увидела мои слёзы, нахмурилась.
- Что тебе наговорил дедушка?
- Ничего хорошего. Он в своём репертуаре. Хотя такого я даже от него не ожидала, - я всхлипнула, обняла маму. – Отец тоже так думает, да? Что мне нужно бросить Амира?
Мама отстранилась, по её лицу проскользнула тень недовольства.
- Нет, твой отец так не думает. Он уверен, что ты сама в состоянии решить, как жить дальше. Как и я. Это только твоё дело. Пойдём к бабушке. Она специально к твоему приходу испекла твой любимый черничный пирог.
На кухне я чувствовала себя чужой. Будто и не жила в этом доме много лет. Мне хотелось сгорбиться, спрятаться от взглядов родных.
Дед больше ничего не говорил. Сидел молча, ковыряя пирог в своей тарелке. Бабушка с мамой пытались мне угодить, а отец смотрел куда-то мимо меня. Он чувствует свою вину за мои неудачи.
- Пап?
- Что, дочь? – он тут же сфокусировался на мне.
- Ты тоже считаешь, что мне нужно бросить любимого человека только потому, что он теперь в коляске?
Дед поднял на меня недовольный взгляд.
- Я думаю, что ты так не поступишь. Это предательство. Но если тебе тяжело и ты страдаешь…
- Нет. Я не страдаю.
- Тогда и говорить не о чем, - отец зыркнул на деда. – Пусть сама решает. Она уже взрослая.
Я улыбнулась папе. Он тоже считает это предательством. Значит сам никогда бы так не поступил. Победно взглянув на деда, я поднялась со стула.
- Поздно уже. Я поеду домой. Амир ждёт меня.
Мама поднялась со мной, чтобы проводить, а я с улыбкой погладила её животик.
- Пока, сестрёнка.
Дома меня ждал Амир. Злой, бешеный, почти неуправляемый.
- Где тебя носит?! – рявкнул с порога.
- Я же говорила тебе… Я дома была.
- Твой дом здесь!
- Амир…
- Иди в комнату, - он резко развернул коляску и поехал в сторону нашей новой комнаты на первом этаже.
Я покорно пошла за ним, чувствуя, как над головой сгущаются тучи. Не люблю, когда он такой…
- Амир, не злись. Я просто увиделась с родными. Что в этом такого?
Он сидел ко мне спиной, смотрел куда-то в угол. Тот самый угол, в который загоняет нас обоих.
- На улице уже темно. Ты прекрасно знаешь, как я не люблю, когда ты не дома. Особенно в такое время, - он говорил уже спокойней, но нотки раздражения никуда не делись. В такие моменты Амир становится похожим на своего отца. И я перестаю его узнавать.
Я сняла куртку, бросила её вместе с сумочкой на стул и подошла к мужу. Склонившись, обняла его за шею сзади. Он замолчал.
- Не злись. Я люблю тебя.
Амир выдохнул.
- Я тоже тебя люблю. Просто чувствую, что тебя хотят разлучить со мной. Я ведь прав? Они говорили с тобой об этом?
- О чём? – состроила дурочку я.
- О разводе со мной.
- Нет. Ничего такого. Ты же знаешь, как я тебя люблю. Разве нас можно разлучить?
Амир медленно повернулся ко мне передом, усадил себе на колени.
- Прости меня, Лан. Я псих.
Обняв мужа, с улыбкой прижалась щекой к его щеке.
- Ты мой псих. Мой любимый псих.
- На счёт Мальдив…
- Что? – я выровнялась, с надеждой заглянула ему в лицо.
- Я согласен. Поедем пожить туда. Подальше от родственников.