Страница 33 из 52
– Простите сего ничтожного даоса за прямоту, но с давних времен говорят: «Больше содействия получает тот, кто обретает путь к истине, а кто теряет этот путь, тому меньше оказывают помощи»[16]. Юйвэнь Юнь готов попрать здравый смысл, лишь бы поступить наперекор покойному отцу. Если так пойдет и дальше, боюсь, все достижения прошлого государя пропадут втуне – их все равно что водой смоет. От нынешнего благополучия империи Чжоу не останется и камня на камне: земли Ци к ней присоединили совсем недавно, обстановка в стране неспокойная, к тому же у границы тиграми ходят тюрки, бросая на нас алчные взоры и поджидая лишь удачного случая. Ваше высочество, вы всегда пользовались большим уважением и обладали огромным влиянием…
Юйвэнь Сянь жестом остановил его. Вид у него был удрученный, в лице отразился испуг:
– Монах Шэнь, я понимаю, к чему вы клоните. Предыдущий государь всегда привечал меня, и потому едва новый император взошел на престол, он тут же отнял у меня всякую военную власть и велел своим людям денно и нощно наблюдать за моим домом. Вся моя семья от мала до велика сидит под стражей в стенах собственной усадьбы. Но у меня никогда и мысли не было пойти против императорской власти, к тому же если я и впрямь подниму восстание, то поступлю именно так, как хочется новому государю: дам ему повод заклеймить меня предателем и мятежником.
– Монах Шэнь, вы, верно, не знаете, что после кончины отца новый император один за другим отменил все его запреты, – добавил Су Вэй. – Монах Сюэтин вновь сделался наставником государя, а сам государь особливо покровительствует Юань-гуйфэй[17], которая приходится монаху Сюэтину ученицей в миру.
Наставник Сюэтин был могучим бойцом, и с его присутствием при дворе тайное убийство Юйвэнь Юня становилось невозможным. А что до открытого выступления против нового императора, то Юйвэнь Сянь сейчас не имел сколько-нибудь значимого преимущества и оттого не хотел развязывать войну.
Доу Янь к тому времени уже давно доела лапшу, щеки ее порозовели, и теперь она внимательно слушала разговор взрослых. Посмотрев на приободрившуюся девочку, Юйвэнь Сянь улыбнулся:
– Почтенный монах, это ведь вы привели к нам А-Янь, а я даже не поблагодарил вас.
– Не нужно благодарности, ваше высочество, – ответил Шэнь Цяо. – Меня сие нисколько не затруднило.
– Вы, верно, прибыли в Чанъань по какому-то важному делу? – продолжил циский князь.
– Один старый друг попросил меня приехать в столицу, дабы проведать предыдущего государя, но увы, я опоздал.
– А друг, ваш, должно быть, младший наставник Янь? – уточнил Юйвэнь Сянь.
– Верно, – сказал Шэнь Цяо. – Еще когда на главу Янь ополчился весь белый свет, он предвидел, что в столице могут случиться внезапные перемены, и просил меня отыскать циского князя, ежели Юйвэнь Юна постигнет беда.
Юйвэнь Сянь горько усмехнулся:
– Я понимаю, что имел в виду глава Янь, но он переоценил меня. Ныне я потерял почти всю власть, войска мне не подчинены, а если и удастся поднять восстание, оно закончится ничем: прольются реки крови, пострадают безвинные, и все зря.
– Но, ваше высочество, нельзя же просто сидеть сложа руки и покорно ждать смерти, – возразил Су Вэй. – Вы много лет командовали войсками, солдаты вас любят и уважают. Пусть Юйвэнь Юнь лишил вас полномочий, стоит вам обратиться к армии, и многие откликнутся на ваш призыв. Еще есть возможность все изменить.
– А что мне делать, если Юйвэнь Юнь возьмет в заложники мою семью? – рассердился Юйвэнь Сянь. – Неужто я должен пожертвовать родными ради трона? И чем тогда я буду отличаться от Юйвэнь Юня? Недаром сказано: «Если имена неправильны, то слова не имеют под собой оснований»[18]. Юйвэнь Юнь унаследовал престол от отца, даже если он и вправду убил предыдущего государя, многие ли про то знают? Пусть я ворвусь во главе войска в императорский дворец, что помешает Юйвэнь Юню сбежать на пару с наставником Сюэтином? Тогда он объявит себя императором в изгнании, и империя Чжоу погрязнет в междоусобице. Мы с братьями столько лет не щадя живота своего трудились, дабы объединить северные земли под нашим началом, и что же, все наши труды пойдут прахом? Как я буду смотреть людям в глаза, если стану тем негодяем, что ввергнет родную страну в пучину беспорядков?
Су Вэй промолчал.
На глазах Доу Янь заблестели горючие слезы – несмотря на свой юный возраст, девочка как будто все поняла.
Шэнь Цяо вздохнул про себя. Есть те, кто от рождения великодушен и мягкосердечен, пусть даже им довелось воевать и сразить многих врагов. В смутные времена таким людям ни за что не возвыситься, и Юйвэнь Сянь принадлежал к их числу. Он, может, и знал, как должен поступить, но не мог.
– Увэй, ты всегда старался держаться подальше от власть предержащих, ибо тебе претило их пренебрежение к человеческой жизни. – Юйвэнь Сянь повернулся к Су Вэю. – Со мной ты сдружился именно потому, что я не таков, как они, а теперь сам подталкиваешь меня ступить на тот же путь?
Су Вэй почтительно сложил руки у груди и поклонился:
– Я допустил неподобающие речи, прошу циского князя меня простить.
Юйвэнь Сянь придержал его за локоть:
– Ты знаешь меня лучше всех. Я родился в богатой и знатной семье, скакал верхом по полю боя, разил врагов без счета, но, будь моя воля, я бы никогда не стал воином. Я бы предпочел поселиться с семьей в каком-нибудь уединенном месте, где горы чисты и прекрасна вода, разбил бы сад и выращивал цветы. Вот настоящее счастье!
Увы, человек – лишь игрушка в руках случая. Некогда могущественный циский князь, что вселял страх во врагов по всей земле, теперь прятался у друзей, страшась гибели и оттягивая неизбежное.
Видя общую подавленность, Юйвэнь Сянь обратился к Шэнь Цяо:
– Что вы намерены делать теперь, почтенный монах?
Немного подумав, Шэнь Цяо спросил:
– Цискому князю ведомо, где сейчас Бянь Яньмэй?
Юйвэнь Сянь лишь покачал головой:
– Предыдущий государь почил, а на следующее утро Бянь Яньмэй исчез и дом его опустел. Никто не знает, куда он направился. Похоже, брат Бянь давно предвидел нынешние невзгоды и потому заблаговременно поспешил скрыться. Надо сказать, он оказался куда дальновиднее меня.
– Монах Шэнь, ежели не погнушаетесь, можете остановиться у нас в усадьбе Су, – предложил Су Вэй. – Вы оказали нашей семье немалую услугу, матушка часто о вас вспоминает, а мой брат восхищается вашим мастерством в боевых искусствах. Они будут рады вас повидать, пусть и в таких обстоятельствах.