Хаджиевы. Аслан

Глава 36

Войдя в палату, увидела маму. Она исхудала, осунулась. Еще больше. А ведь когда-то она не пила. Когда-то она была нормальной. Красивой и улыбчивой. Я помню еще те времена. Она была хорошей мамой. Заботливой и внимательной. И конфеты вкусные покупала.

Что с ней случилось потом? Почему она не выдержала? Почему сдалась? Не помню, она начала выпивать уже с отчимом или еще до него? Кто в этом виноват?

Я сняла пальто, кинула его на спинку стула и присела на него.

— Привет, мам, — проговорила негромко, ее веки дрогнули и мама открыла глаза.

— Динка Дочь Ты пришла?

— Пришла, конечно. Как ты себя чувствуешь?

— Я нормально, Дин. Но медсестра сказала, что меня еле откачали

— Да. Я очень испугалась. Не делай так больше, мам. Не пей.

Она вздохнула.

— Кто-то оплатил лекарства и палату. Это ты? Или этот твой парень?

— Тот, у которого ты взяла деньги и даже не спросила у меня, куда я ухожу из дома? — старая обида всколыхнулась внутри, хотя я больше не злилась на маму Всему виной алкоголь. Это он сделал из нее несчастную жертву, готовую на все, лишь бы выпить. Ей было плевать на меня, но в этом нет ее вины. Алкоголизм — это болезнь, которую нужно лечить.

— Дина Прости меня, дочь. Прости. Я увидела тогда его, такого разодетого, богатого И подумала, что тебе с ним будет лучше. Что тебя ждало в нашей хибаре?

— А если бы он оказался каким-нибудь уродом, а, мам? А ты даже не попыталась меня остановить. Пусть я взрослая и сама принимаю решения, но ты мать! Моя мама! Ты должна была хотя бы попытаться — я замолчала, не видя смысла продолжать этот разговор. Не время и не место.

— Он тебя обижает? — дрожащим голосом спросила мама.

— Нет, мам. Скорей наоборот. Ты же меня знаешь, — усмехнулась я.

— Это хорошо. Хорошо, что не обижает.

— Мам, а что ты думаешь делать дальше? В том смысле, что сейчас тебе помогут, вытащат, а потом? Снова вернешься домой, к своему сожителю и опять все по накатанной пойдет? Опять пьянки, гулянки?

Она отвела взгляд в сторону, сглотнула.

— Дочка, послушай

— Нет, это ты послушай. Я попрошу у Аслана денег. И ты ляжешь в лечебницу. И вылечишься. А этого своего сожителя ты прогонишь из нашего дома. Пусть проваливает туда, откуда однажды явился. Ты еще молода. Бросишь пить, снова станешь похожей на человека. И у тебя еще будет возможность наладить личную жизнь. Только не держись за этого алкаша. Он же весь в долгах, постоянно пьяный и вонючий Мам, ты ведь не была такой! Я помню, какой ты была. Красивой и живой! И я снова хочу увидеть тебя такой!

— Дочка

— Не перебивай! Это мое условие. Либо ты соглашаешься с моим предложением, либо больше никогда меня не увидишь. Я знаю, что в пьяном бреду я тебя мало волновала, но сейчас, когда ты чиста, посмотри мне в глаза. Я твоя дочь. И я хочу помочь тебе. Давай исправим все, пока не поздно?

Я замолчала, долго смотрела на маму. Она смотрела в потолок, а по вискам катились слезы.

— Ты права, Дина. Я превратилась в ничтожество. Ты прости меня за все. Я согласна. На лечение Только насчет денег Ты точно не попадешь в неприятности?

Я усмехнулась. Надо же. Ее это начало волновать.

— Нет. Не попаду. Он поможет. Я Возьму у него аванс, — знать бы какой по счету это аванс.

— Аванс? Ты у него работаешь?

— Да Есть такое Он мой шеф вроде как, — а вернее был им, до сегодняшнего утра.

Кто мы друг другу сейчас? Я даже не знаю

— Шеф? — недоверчиво сощурилась мама и я на какое-то мгновение узнала в ней ту женщину, которой она когда-то была.

— Да. Он хозяин клуба, где я работаю.

Мы болтали еще долго. Мама то и дело пыталась узнать об Аслане побольше. Но я всякий раз переводила разговор в другое русло. Не стала рассказывать ей о наших странных отношениях и о том, кто он такой. Узнай мама, из какой он семьи, ее бы инсульт хватил. Сейчас, когда она была в здравом рассудке, не стоило ей знать всего.

Через какое-то время капельница подействовала и мама начала засыпать. Я дождалась, пока она закроет глаза и, склонившись, поцеловала ее в лоб. Захотелось заплакать, но я не позволила себе.

Когда она окончательно придет в себя, я все же заставлю ее лечиться. Я верну свою маму, чего бы мне это не стоило.

Аслан ждал все там же. Сидел на стуле с закрытыми глазами и кажется даже дремал.

Я присела рядом, подняла руку чтобы коснуться его руки и так застыла, потому что он открыл глаза.

— Как мама? — спросил устало.

— Уже лучше. Благодаря тебе. Спасибо за все.

Он вздохнул, поморщился, будто его мучила изжога.

— Ты уже достала со своим «спасибо». Я сделал это не потому, что хотел отношений с тобой. Я сделал это, потому что человек. Что бы ты там обо мне не думала.

— Извини. Я не хотела тебя обидеть То есть, то что я сказала тогда Я была не права. И я была с тобой не из-за того, что ты тратишь на меня деньги. Я ляпнула это, не подумав. Мне хотелось, чтобы ты был рядом. Чтобы обнимал меня. Я нуждалась в тебе. И я ни о чем не жалею.

Он долго смотрел на меня и мне показалось, что на дне его зрачков заплескалось что-то теплое, нежное. То, чего я видеть в его глазах не привыкла.

— Поехали домой. Отоспимся нормально. Я устал.

— Да Поехали, — я встала первой, он за мной. Вышли на улицу.

У Аслана зазвонил телефон и я успела увидеть на экране «отец». Аслан вздохнул, шумно и раздраженно. Челюсти напряглись, скулы заострились. Протянул мне пульт от машины.

— Иди в машину, я сейчас приду. Надо ответить, — и, приложив телефон к уху, отошел в сторону.

Я направилась к его внедорожнику, но сесть в него не успела.

— Дина Волкова? — услышала совсем рядом и повернулась. На меня смотрел медбрат в форме. — Тут некоторые вопросы насчет вашей матери возникли, давайте пройдем и дозаполним бумаги.

Странно, но в его руках не было никаких бумаг. А еще, он говорил с еле заметным акцентом, хотя на груди висел бейджик Евгений. Также мужчина нервничал, быстро бегал глазами.

— Я подожду своего друга и мы придем вместе, — ответила я. А мужчина резко подался вперед.

— Наши люди сейчас у палаты твоей матери. Или идешь со мной, пока Аслан не заметил, или ей конец. Тебя хочет видеть Мурат Берзоев. Выбирай. И давай побыстрее.

— Что вы Вы кто? Берзоев — сердце бешено заколотилось и я попятилась к машине.

Он быстро достал телефон, кого-то набрал.

— Кончайте бабу.

— Нет! Я пойду! Не трогайте маму! — горячо зашептала я, оглядываясь на Аслана.

Я сама не знала. Хочу ли сейчас, чтобы он увидел этого мужика или нет. Только бы маму не трогали.