Хаджиевы. Аслан

Глава 25

Солнце безжалостно резало глаза, а я просыпалась с ощущением, будто по мне проехал грузовик. Первое, что я почувствовала, какую-то тяжесть на запястье. Открыла глаза, уставила на свою руку, лежащую на подушке.

«А.Х» — твердила гравировка на браслете.

— Ну, здравствуй, дорогой ошейник, — проворчала недовольно и медленно села на кровати.

И тут же в голову, как рой гудящих пчел, влетели воспоминания вчерашнего вечера. Его руки на моем животе. Его губы на моей коже. И мое собственное тело, которое предательски плавилось под его напором.

А потом моё «Аслан, нет!». До сих пор не понимаю, как смогла это произнести. Оно до сих пор звенело в ушах, как пощечина, которую я отвесила не только ему, но и себе. Словно ведро ледяной воды опрокинула на обоих.

Отдать должное моему мажору, он остановился. Остановился и ушел. И сейчас, наверное, ненавидит меня всей душой.

Но меня пока не выперли из квартиры в одной пижаме с жирафами, а значит, можно выпить кофе и посмотреть телевизор, чем я собственно и занялась.

Сварила себе ароматный кофе в турке и только налила в чашку, как послышался негромкий стук в дверь.

Сердце подпрыгнуло к горлу. Неужели Аслан вернулся? Но у него вообще-то есть ключи. Он не из тех, кто стучит лишь потому, что я могу быть не одета. Посмотрела в камеру но ее будто чем-то закрыли.

— Кто там? — крикнула я.

— Курьерская доставка! — послышалось в ответ.

Я открыла дверь и тут же нырнула в ароматную охапку крупных бархатных роз. Так вот чем глазок камеры был закрыт.

— Ааа... Этооо...

— Для Дины Волковой, — пояснил курьер.

— Это я, — кивнула отрывисто.

— Распишитесь, пожалуйста.

Он вручил мне охапку цветов и тяжелую ярко-красную коробку.

Закрыв дверь за курьером, я положила цветы и открыла коробку.

Замочек щелкнул, и меня окатило ледяным сиянием камней. Явно драгоценных. Хотя раньше мне приходилось видеть их только в кино. Колье. Красивое, блестящее, гламурное.

Очередная попытка купить моё расположение, загладить вину за вчерашние приставания или просто напомнить, кто здесь заказывает музыку? Я долго смотрела на камни, кусала губы. Потрогала колье пальцами и захлопнула крышку. Порылась в цветах, еще раз заглянула в коробку, но никакой записки нигде не нашла. Может это по ошибке принесли? Хотя такие камни по ошибке не приносят.

Вздохнула и пошла вглубь квартиры в поисках вазы. На сей раз для цветов, а не чтобы приложить Хаджиеву.

Коробку с колье я закрыла и положила на тумбочку у его кровати в его спальне. Не нужны мне такие подарки. За них потом много платить надо.

Весь день превратился в бесконечное ожидание. Я включила телевизор, чтобы заглушить тишину, но не понимала ни слова из того, что оттуда доносилось.

Телефон лежал рядом и почему-то упрямо молчал. Я хватала его каждые десять минут, открывала контакт «Аслан» и замирала.

«Спасибо за подарок...» — нет, подумает, что я приняла колье и готова запрыгнуть к нему в койку.

«Спасибо за подарок, но я не приму его» — опять стерла.

«Купить меня хочешь, мажоришка?» — снова не то...

И вообще, писать ему сообщение, это значит признать, что он занимает мои мысли. Что я думаю сейчас о нем и о его дорогущем, но бессмысленном подарке.

В итоге я со злостью отшвырнула телефон на подушку и, свернувшись калачиком, провалилась в тяжелый сон.

Проснулась от противного звонка будильника. Вечер. На экране ни одного пропущенного, ни одного сообщения. Тишина. Внутри всё сжалось от странной, обидной пустоты.

«Ну и катись», — подумала я, вставая с кровати.

Нужно собираться на работу. Работу, которую дал мне он... Аслан. Все, что у меня сейчас есть, дал он. Может он и не такой козел, как я о нем думаю? Ладно, что уж там. Поеду в клуб.

Лика и Лерка там уже небось заготовили яд. Ждут меня. И Сашка... Бедный Сашка, которому вчера досталось.

Когда я вошла в клуб, по залу пролетел шепот. Поздоровалась с охраной, которой после вчерашнего прибавилось, с диджеем, который настраивал свой новый пульт. В зале был идеальный порядок, словно и не было той жуткой стрельбы.

У барной стойки отирались девчонки, с которыми мы еще совсем недавно делили чаевые и жаловались друг другу на тяжелые смены. Сейчас же они смотрели на меня с неприкрытой неприязнью.

— Гляньте, помощница шефа пришла, — громко, специально для меня, вякнула Лика, а потом отвела взгляд и принялась с ухмылкой поправлять свой фартук. — Мы скучали.

— Не сомневаюсь, — буркнула я, не желая ввязываться в скандал.

Я прошла мимо них, высоко задрав подбородок, хотя внутри всё дрожало от желания громко материться на Лику и ее прихлебал. Да только толку? Что от этого изменится? Отношение Аслана ко мне станет другим? Нет. Так нечего тогда и пыжиться.

Единственным местом, где я могла выдохнуть, был бар. Сашка уже стоял за стойкой, натирал бокалы. Его движения были быстрыми и профессиональными, а я глянула на белую полосу бинта на его руке.

— Привет, — подошла к стойке, улыбнулась. — Как дела? Как рука?

Сашка поднял глаза. Взгляд какой-то странный. Растерянный, что ли.

— Привет. Нормально всё, заживет скоро, — он поставил бокал и вытер руки полотенцем. — Спасибо тебе, Дин. Рана действительно была глубокой, если бы ты не перевязала...

Он полез под стойку и вытащил мой шелковый платок. Тот самый, который купил мне Аслан, а я им перевязала руку Саше. Теперь он был идеально чистым и аккуратно сложенным.

— Я отстирал его от крови. Забери. Спасибо еще раз, выручила.

Я взяла платок, и мы зацепились языками. Говорили о какой-то ерунде и я на мгновение забыла о том, что меня здесь все ненавидят и о том, что скоро, скорее всего, в клуб нагрянет Аслан. С Сашкой было просто и легко. С ним я всегда находила общий язык и сейчас было приятно осознавать, что он больше не отворачивается от меня. Что у нас все нормально и мы по-прежнему друзья. О том, что случилось здесь вчера (а именно о ревности Аслана), мы не вспоминали. Было и было. Может у Хаджиева помутнение какое-то случилось. Со всеми бывает.

В какой-то момент двери клуба распахнулись. В зал вальяжно вошли Заур и Рус. Они сразу заметили меня у бара. Я видела, как Заур замедлил шаг, как его глаза отчего-то сузились. Оба окинули меня пристальными взглядами и Рус улыбнулся.

— Привет, котенок! Как ты? Вчера, говорят, тут жуть творилась? Никто не обидел? — поинтересовался Рус, Заур же скользнул взглядом по платку в моей руке, потом по Сашке, сунул руки в карманы.

— Все нормально, спасибо, — улыбнулась я в ответ.