Хаджиевы. Аслан

Глава 14

Я стояла посреди сломанных лотков и рассыпанной вокруг рыбы и виновато смотрела на тетю Марину. Та, похоже, подсчитывала убытки и качала головой.

— Твою ж... Чтоб тебя... Вот... — она не находила слов, изредка пролетал крепкий мат.

А я все стояла и смотрела на бардак вокруг. К нам никто не подходил. Все видели, что творили эти двое, но никто не попытался заступиться. Конечно... Кому оно надо? Еще по лицу получить от бандитов.

— Теть Марин, — с тронула ее за руку, но она одернула ее, зло посмотрела на меня.

— А ну, вон пошла отсюда к своим бородатым Асланам! Ты кого мне сюда привела, а? Кто за это все платить будет?! Кто, я тебя спрашиваю?! У тебя деньги есть покрыть убытки?!

Я отрицательно покачала головой.

— Нет...

— Нет?! А придется!

Тут я поняла, что попала по-крупному. Хаджиев не просто мстил мне за ту проклятую вазу. Он выжигал все и всех вокруг меня, чтобы я стала для всех изгоем. Чтобы никто не помог, не протянул руку. Кроме него. Если я, конечно, приползу и попрошу прощения. Тогда, быть может, он снова примет меня в официантки. Или понизит до уборщицы, кто его знает...

— Теть Марин, я не виновата. Правда. Давайте вызовем полицию, я знаю, кто это сделал.

— Ах ты знаешь?! — завизжала тетя Марина. — Так что ж сама не разобралась со своими дружками? Зачем сюда их привела?!

— Давайте просто вызовем полицию и...

— Какую полицию?! Чтоб мне эти в кожанках пришли и голову тут оторвали?! Пошла вон отсюда! И чтобы через три дня принесла мне деньги за рыбу! Поняла?! Я убытки подсчитаю и матери твоей позвоню! Как хотите, так и рассчитывайтесь!

Я развернулась и, глотая слезы, побрела прочь из рынка. На меня все оглядывались, смотрели с интересом. Такое шоу у них не каждый день бывает. А позади вовсю голосила тетя Марина, которой я теперь должна неизвестно сколько денег. Вот же попадалово.

Хаджиев перекрыл мне кислород. Полностью. Будто краник закрутил. Лишил меня всех возможностей, да еще и должницей сделал.

— Сволочь, — прошипела, вытирая рукавом пуховика злые слезы. — Какая же ты тварь, Хаджиев.

Я шла по улице, не разбирая дороги из-за слез. На кого-то нечаянно налетела, кто-то бросил мне что-то обидное. Я не вслушивалась и не обращала внимания.

А дома меня ожидал еще один сюрприз.

Трое здоровенных мужиков заполняли собой все пространство узкого коридора.

Испуганная мать и побитый отчим стояли, как солдатики, по струнке.

Я остановилась на пороге, застыла.

— Вы кто? — спросила, предполагая, что это люди Хаджиева.

— Это коллекторы, Динк. Слушай, у тебя денег нет? Нам там проценты накапали за займ... — начал было отчим, а я закрыла глаза и медленно выдохнула. Вот же задница.

— Откуда у меня деньги? — зло спросила я отчима, мазнула бешеным взглядом по дрожащей матери. — Как вы вообще умудрились займ взять? Я же давала вам деньги!

— Ай-яй-яй, как нехорошо, — покачал головой один из мужланов. — Получается, денег нет? — усмехнулся. Нехорошо так, пошло.

— Нет, — буркнула я, опуская глаза.

— Ну это ты сможешь решить, Дина, — мое имя он произнес так... словно знал его еще до прихода в нашу квартиру.

Опять Аслан?! Серьезно?! Он что, доконать меня решил?!

И все из-за паршивой вазы, которой отхватил за дело?!

— Доченька, придумай что-нибудь... — просила мать, обливаясь слезами. Видать их нехило так припугнули. Оба дрожат, к стенке прижимаются.

Я едва не хмыкнула. Придумай что-нибудь. Я могу придумать, как растянуть на три дня банку дешевой тушенки или как оттянуть оплату за квартиру. Но с коллекторами я дел раньше не имела. До знакомства с мажором Хаджиевым. Хотя, какой он мажор? Он настоящий бандит. Только бандит может такое вытворять.

— Передайте тому, кто вас послал... — начала было я, но здоровый бугай остановил меня, подняв указательный палец вверх.

— Не, красавица. Ты сама договаривайся. Мы просто делаем свою работу. А под кого лечь, ты сама знаешь, без нас.

Я густо покраснела. Под кого лечь... Их точно прислал Хаджиев.

— Денег нет, но я решу вопрос по займу... — пробормотала себе под нос, буквально физически ощущая, что я уже не на дне. Я его пробила.

— Ну вот и умница! — пробасил здоровяк и кивнул своим на выход. Один из них задел меня плечом и я едва не свалилась им под ноги.

Захлопнув за ними дверь, я молча прошла мимо матери с отчимом и закрылась в своей комнате. Сползла по двери на пол.

Дрожащей рукой разблокировала его номер и быстро настучала сообщение:

«Во сколько мне прийти?»

Ответ, будто назло, не приходил около часа. Он словно издевался надо мной. Играл в свои мажорские игры.

Я успела раздеться, помыться. Мыться, правда, пришлось холодной водой. Опять проблемы с колонкой, а чинить ее... проще купить новую.

Вышла из душа и первым делом схватила телефон.

«Сегодня в 20:00 в моем кабинете. Ну в том, откуда ты виски сперла. Только переоденься, не выношу запах рыбы.»

На его издевательское сообщение я отреагировала лишь злой ухмылкой.

Ладно. Будь по-твоему, подонок. Я приду. И даже попрошу прощения. Но чует мое сердце, что ему не это нужно. Не мои пустые, неискренние извинения. Он хочет большего.

Вечером я надела джинсы, водолазку, закрывающую горло, натянула старые ботинки. Мать молча наблюдала, как я одеваюсь.

— Ты, дочка, куда? К этому? Из-за которого Колю побили?

— К нему, — холодно бросила я.

— Ну, ты уж там постарайся... договорись с ним... пусть Коле деньги вернут...

Я хмыкнула. Постарайся. Чтоб Коле деньги вернули. Обалдеть.

Любая другая мать преградила бы собой путь и не выпустила из квартиры, а эта... «Постарайся».

Во рту стало горько и до ужаса обидно. Она же даже не знает Аслана. А вдруг он больной извращенец, который подвесит меня на цепи и будет измываться? Нет же, я должна постараться!

— Ты не мать, — бросила ей я и вышла в подъезд, не дожидаясь ответа.

Было больно и обидно. Тошно. Почему кому-то все, включая любящих, богатых родителей, а кому-то нищета, пьющая мать и одиночество?

До клуба я дошла пешком. Не хотелось тратить деньги на проезд. Да и торопиться не хотелось. До восьми еще было время, а отираться там в ожидании, когда пожалуют барин, не было никакого желания.

Зашла через парадный ход. Охранник, узнав меня, кивнул и отошел в сторону, пропуская в клуб. У барной стойки отиралась Лика. Я быстро прошла мимо, пока она меня не заметила. Поднялась на второй ярус, где мне преградил путь другой охранник.

— Куда? — спросил грубо.