Королева отступает последней

— Пусти! — Дёрнулась, но Киернан, наоборот, ещё сильнее сдавил пальцы, сминая грубую ткань мундира.

— И что ты сделаешь? — прошипел мне на ухо. — Бросишься к нему? А что дальше? Лайра!

Рванулась, но безуспешно.

— Я..

Это из-за меня.

Весь этот кошмар происходит из-за меня!

— За что его арестовывают? — донёсся откуда-то сбоку голос Ронана. Парень подошёл к полковнику Клерту и бесцеремонно дёрнул того за рукав, привлекая к себе внимание.

— А кто тебе сказал, что его арестовывают? — хмыкнул военный. — Наоборот, его величество наконец проявил по отношению к нему милость. Не сосчитать, сколько раз Эскорн просился вернуться на фронт, на поле боя. Академическая жизнь не для него. Он здесь медленно чахнет, а там снова будет цвести и пахнуть.

Просил вернуться?

Я жадно глотнула сырой, напитанный дождём воздух и снова дёрнулась, хоть и понимала, что Нейл не отпустит.

— Генерал, не делайте глупостей. Вам оказывают честь! — повысил голос один из «красных кафтанов».

— А выглядит всё так, будто готовят в арестанты. — Вейнанд тоже повысил голос, и сердце в груди ёкнуло.

Может, и просил. Может, раньше и хотел вернуться. Но теперь он точно мечтал о другом! О новой жизни в новых землях. Как можно дальше от войн Адальгера III!

Словно почувствовав мой взгляд, Вейнанд повернул голову, и ярость в глазах, делавшая звериным его взгляд, тут же угасла, уступив место горечи и печали.

— Генерал, хватит упрямиться! — нетерпеливо позвал его другой «кафтан».

Ладони обожгло. Я сжала кулаки и тут же, передумав, раскрыла пальцы, ощущая, как по венам начинает струиться пламя. Бежит, разгораясь, просачиваясь сквозь поры, собираясь обжигающими комьями на ладонях.

Стоит лишь вскинуть руку.. отпустить стихию..

— Ноэро, не усложняй его жизнь ещё больше, — совсем близко раздался шёпот-шипение полковника. — Его всё равно уведут, но если из-за тебя начнётся схватка, отправят не на фронт, а гнить в тюрьме. Или и вовсе по-тихому прирежут. Не будь дурой, Ноэро!

Дурой.. Всё это время я именно ею и была.

Жаль, поняла это слишком поздно.

— Генерал.. — ещё один нетерпеливый окрик.

Бросив на меня последний взгляд, мучительно короткий, мимолётный, Вейнанд отвернулся и резким, уверенным шагом последовал за своим эскортом.

За проклятыми, ненавистными императорскими чудовищами!

* * *

«Возвращайтесь на урок», — бросил нам на прощание Клерт и как ни в чём не бывало направился к замку. Словно его коллегу, его друга только что не арестовали и не увели под стражей.

Ладно, как такового ареста не было, но вдруг вернуть Вейнанда на фронт — это лишь предлог?

Куда именно его направляют? Надолго ли? И почему так внезапно? Почему именно сейчас Великий решил, как выразился полковник, сменить гнев на милость?

— Лайра, пойдём. — Нейл коснулся моей руки, и только тут я поняла, что меня больше не удерживают. Не пытаются остановить, воззвать к моему голосу разума. Поздно уже.

Ничего не исправить.

Начал накрапывать дождь. Те немногие из преподавателей, что присутствовали при постыдной сцене, беря пример с Клерта, велели кадетам возвращаться в замок.

— Пойдём, пока не промокла, — подал с другой стороны голос Ронан.

Дождь быстро усиливался, грозясь в любой момент обрушиться на столицу холодным ливнем. По лицу побежали крупные капли, вот только было непонятно, дождевые ли или те, из-за которых в глазах была пелена.

— Пойдём, — повторили друзья и повели меня в замок.

Как бы ни хотелось сбежать в свою клетку и в ней запереться, пришлось идти на урок к Монтелле. Впрочем, урока как такового и не было. Преподаватель был рассеян, всё время бубнил теорию, а до практики мы так и не добрались. Кажется, его мысли больше занимало случившееся с генералом, чем наше занятие.

Именно с этого он и начал — с новости, что первокурсники остались без наставника.

— Генералу Эскорну, конечно, найдут замену, так что не переживайте. Несколько дней, — профессор нервно улыбнулся, — и у вас будет новый наставник.

Кадеты встретили новость о внезапно отъезде генерала гробовым молчанием. Оно длилось всё то время, пока в классе находился Монтелла, но стоило ему уйти, как одногруппники взорвались бурными обсуждениями. Каждый так и норовил блеснуть умом и выдвинуть предположение, почему именно забрали генерала. И каждый, будь они неладны(!), косил на меня заинтересованным взглядом.

С Рифером удалось поговорить только вечером. Брат принёс мне пирожки с ужина, на который я не пошла. Не было ни аппетита, ни желания снова терпеть чужое внимание, назойливое и раздражающее.

— Думаешь, император узнал о нашем плане? — спросил близнец, пристраиваясь со мною рядом на кровати.

Пружина под ним коротко скрипнула, а спустя мгновение в комнате снова стало тихо.

— Лайра.. — Брат осторожно взял меня за руку.

Вздрогнув, аккуратно высвободила свои пальцы из его и сказала:

— Эшвар предупредил Тессу. Она знает об отъезде.. Эскорна.

Я не могла произнести вслух его имя, да и в мыслях называть его по имени тоже было невыносимо. Было больно думать, вспоминать о том, что уже почти было у нас в руках, но один-единственный приказ великого льва уничтожил все наши планы.

Внезапно и безжалостно.

— Фронт — это не тюрьма, а главное, — не эшафот, — попытался приободрить меня брат, на что я лишь бесцветно хмыкнула. Но Риф не сдавался и упрямо продолжал: — Вейнанд побывал не в одной битве и в обиду себя не даст. А мы.. Ну а мы что-нибудь придумаем.

— Ты всё ещё хочешь убежать? — Я посмотрела на близнеца.

Он протянул мне тарелку с пирожками, от которых я безразлично отмахнулась. Поставив её на стол, проговорил тихо, но с твёрдой решимостью:

— Здесь у нас нет будущего. У тебя нет будущего. Главное всё продумать. И надеяться, что просто так совпало, и император не знал о наших планах. Потому что если знал, сбежать будет ещё сложнее.

— Если он узнал, не будет никакого побега. — Скинув обувь, я легла набок. Прикрыла глаза, чувствуя, как на меня начинает накатывать отупляющая усталость. Провалиться бы в глубокий сон да в нём и остаться. Где угодно, лишь бы подальше от этой джаровой реальности.

— Это что за упаднические мысли? — пихнул меня локтем в бедро Рифер. — Где там моя неунывающая сестра? Ты кто угодно, но только не она!

Шутку я не оценила, мне вообще сейчас было не до шуток. Даже не попыталась улыбнуться. Обняла подушку, сжалась в комок, надеясь, что Рифер всё поймёт и оставит меня в покое.