Страница 46 из 104
Набравшись храбрости, Фенелла наступила на одну из змей, и та, даже не успев издать возмущённое шипение, исчезла. За ней вторая и третья..
— Вот так вам.. Вот! Получайте, гадины! Так вам! И вот так!
Хотела посоветовать ей закрыть окно и уже потом продолжать разбираться с нашей общей галлюцинацией, но комната вдруг померкла. Я зажмурилась, почувствовав, как пол под ногами тает, а когда открыла глаза, поняла, что нахожусь не в спальне соперницы, а у себя в кресле перед зеркалом. На висках и руках следы кулинарных изысканий фрейлины, в мыслях каша, в груди сердце скачет как ненормальное.
— Всё в порядке? — Абель встревоженно надо мной склонилась.
— Всё.. Фенелла! — Я тут же подхватилась и бросилась к дверям.
Не знаю, что это было: сон или последствия притираний фрейлины, но в последний раз, когда мне снился кошмар, хоронили парня. Просто потому, что ему почудилась какая-то блажь.
До покоев принцессы добежала за считанные секунды, толкнула двери и увидела стоящую у распахнутого окна девушку. Глаза её были плотно прикрыты, а губы шевелились в такт с движениями босых ног:
— Вот так вам!.. Так..
Фенелла шарахнулась в сторону, как будто что-то увидев. К счастью, я успела схватить её за руку, дёрнула со всей силы, и девица полетела вниз. На меня. А если учесть, что мы с ней находились в разных весовых категориях, приземление оказалось болезненным. Для моей хрупкой персоны. Хорошо хоть ковёр смягчил удар, хотя спину всё равно засаднило.
Принцесса открыла глаза.
— Дамия?
— Проснулась, спящая красавица.
— Что ты здесь..
— Может, для начала слезешь с меня?
Продолжая растерянно хлопать глазами, её высочество, слегка подрасплющившая моё высочество, поднялась.
— Мне снился сон, — тихо проговорила она. — Ужасный! И.. настолько реальный. — Оглянувшись на открытое окно, поёжилась и обхватила себя руками.
— Давай-ка мы его закроем.
Я успела закрыть окно и вернуться к дрожащей Фенелле, а вот позвать служанок или её компаньонку — нет. Дверь в спальню распахнулась, без стука и предупреждения, и внутрь ввалились стража, его темнейшество и несколько Коршунов.
Под тёмным, тяжёлым взглядом Саварда мы с Фенеллой невольно поёжились и застыли, глядя на него как два кролика на хищного удава.
Тьфу ты! Опять думаю о ползучих тварях!
— Что здесь происходит? — властно поинтересовался его темнейшество.
А его тёмность, та самая, которая не далее, как вчера, спаивала нас в пабе, ну то есть в местном кабаке, бросился ко мне.
— Дамия, это кровь?!
Невольно попятилась от Ярнефельта, уж слишком много беспокойства звучало в его голосе и то же самое читалось в его глазах.
— Где? — спросила, отступив ещё на шаг.
— На тебе. — На Фенеллу Ивар принципиально не смотрел, словно это не она едва не стала жертвой зловещих глюков, а я чуть не ушла из жизни.
— На мне?
Приблизившись почти вплотную, Коршун коснулся моего виска, и тут уж я вспомнила, что на мне художества фрейлины, и в полумраке тёмную подсохшую жижу вполне можно принять за капли крови.
Он обо мне заботится? Спасибо, не надо.
Ни заботы, ни нежностей, ни привязанностей!
— Это у меня маска. Для лица. Увлажняющая.. — Дёрнула головой, избавляясь от прикосновения, от которого мурашки побежали по телу, и обхватила себя за плечи.
Взгляд тенебрийца тут же переместился ниже, к моим верхним восьмидесяти, кокетливо подчёркнутым кружевами и тончайшей тканью.
Неловко-то ка-а-ак..
— Сейчас.. — Ярнефельт стащил с себя мундир, набросив его мне на плечи.
Почувствовав на себе взгляд Фенеллы, полный обиды и ревности, выразительно посмотрела на Коршуна, и он, поняв без слов, что вторая дэйя осталась без внимания, пошёл к креслу за пеньюаром.
— Ты закончил? — мрачно и ледяно (уж слишком ледяно) поинтересовался претёмный владыка, когда и вторая его невеста прикрылась.
Судя по выражению лица Саварда, забота побратима его не слишком впечатлила, а скорее, оставила в мыслях неприятный осадок.
— Я всё ещё жду ответа, дэйи. Что. Здесь. Случилось?
— Я-а-а.. — неуверенно начала Фенелла, откровенно тушуясь под взглядом жениха.
Что же касается меня, то я была не готова вот так сходу признать, что гуляю по чужим снам. Или ухожу в астрал, или Пьяный его знает что ещё вытворяю под воздействием хвостиков да травок.
— Я прибежала на крик. Точно так же, как, полагаю, и вы. — Поплотнее запахнула мундир на груди под хищным, всё ещё вымораживающим взглядом Саварда.
Такой жених мне откровенно не нравился, несмотря на всю его красоту, магию и мужское обаяние.
— Долго не могла уснуть, а тут услышала крик. Испугалась, побежала.. — Я замолчала и покосилась на принцессу, давая понять, что теперь её очередь выступать.
— А мне.. мне приснился кошмар. Жуткий, невозможно реальный.. Казалось, всё происходит на самом деле. — Фенелла вздрогнула, и по её щекам одна за другой покатились слёзы. — Повсюду были змеи, они пытались меня задушить, ужалить, подобраться ближе! Я уже готова была.. выпрыгнуть из окна, когда.. — Её высочество прерывисто вздохнула. — Ощутила чьё-то присутствие, как будто кто-то был рядом и пытался удержать меня от отчаянного шага. Потом вдруг поняла, что змеи ненастоящие и начала давить их. А потом.. прибежала Дамия.
Ярнефельт с его величеством переглянулись, и я поспешила перевести взгляд на витой подсвечник, сделав вид, что увлечённо считаю кованые загогулины. Одна, вторая, третья..
— Сейчас же пришлю к вам лекаря, — сказал Савард, обращаясь к Фенелле. — А вам, дэйя Дамия.. — в упор посмотрел на меня.
— А мне лекаря не надо, — поспешно заверила я. — Говорю же, это просто увлажняющая маска. Для поддержания красоты и юности.
Улыбнувшись, максимально беззаботно и очаровательно, я опустилась в коротком реверансе и спросила, могу ли быть свободна. Заметила, как Ивар было ринулся ко мне, но его остановил Савард.
— Вас проводит стража. Где, к слову, ваш личный охранник?
И почему все мужики в этом месте недолюбливают мою Улю-Эвельера? Ну хоть лучшая половина Агатовых чертогов от него-неё в восторге..
— Ему ведь тоже иногда отдыхать надо. Доброй ночи, ваше темнейшество. Ваши тёмности.. — попрощалась я кивком головы и с Коршунами.
Правитель что-то шепнул одному из ринувшихся за мной стражнику, а Ярнефельт проводил меня взглядом.
Только оказавшись за дверями спальни, я позволила себе выдохнуть. Добравшись до кровати, рухнула на одеяло, и ко мне тут же принялась ластиться моя ласковая собачка.