Страница 112 из 114
Вдалеке различила женский силуэт, а когда мгла рассеялась, передо мной предстала богиня во всей своей красоте. Она шла навстречу, такая недосягаемая и прекрасная, излучающая какой-то невероятный, божественный свет, отчего появилось желание снова склонить колени.
— Ты не умерла, — ласково проговорила Лакшми, развеяв мои худшие опасения, и протянула мне руки, как старой знакомой. — Здесь ты в безопасности. Пока находишься со мной, никто не причинит тебе зла.
Ее прикосновения согревали, а слова вселяли уверенность, что скоро придет конец моим страхам и ужасам, и у нас, по традиции русских сказок, все будет в шоколаде. Но как бы спокойно я себя здесь ни ощущала, какая-то неясная тревога маленькой червоточинкой разъедала мне сердце.
Несмело подняла глаза на богиню, порываясь спросить, но та предвосхитила мой вопрос:
— Да, я помогу тебе. Исполню одно, но самое заветное твое желание. Только скажи, какое.
— Так просто? — поразилась я, едва не сморозив глупость: «И надо же было столько нас мурыжить!»
Лакшми улыбнулась. Она, несомненно, знала, что творится в голове у ее собеседницы и гораздо лучше разбиралась в моих мыслях и чувствах, чем я сама.
— Ну же, — мягко подбодрила богиня, — ты должна только загадать его..
Я уже открыла рот, намереваясь озвучить просьбу, которую так долго вынашивала в своих мечтах. Не верилось, что через каких-то пару секунд стану свободной, и тогда мы сможем вернуться: я — домой, друзья — в свой загадочный клан. Но смутные опасения не давали сосредоточиться и произнести всего лишь несколько слов. Почему-то казалось, что если сейчас даже удастся избавиться от проклятия, я не обрету покой. Больше того, никогда уже не смогу быть счастлива. Проклятый дар заберет с собой какую-то часть меня самой или что-то бесценное из моей жизни. И ради этого одного необходимо было вернуться.
Выскользнув из теплых рук, я невольно попятилась.
— Мне нужно идти. — Наверное, это были самые абсурдные слова и не менее абсурдный поступок; неподвластный логике, но одобренный и благословенный моим сердцем. С мольбой взглянула на богиню. — Я должна уйти..
Доброе лицо женщины, ее сияющие черные глаза будто растворились в тумане. А я, словно Афродита из пены, выступила из этого сизого марева и, к своему удивлению, снова очутилась в храме, возле статуи богини, как и прежде протягивающей мне белоснежный цветок. Правда, сейчас его лепестки были обагрены каплями крови..
Сердце замерло в груди. Подбежав к ведьмаку, опустилась с ним рядом. Алые пятна были повсюду: на полу, на моей одежде, на руках Этери, пытавшегося остановить кровотечение. Юноша пальцами прижимал артерию, не желая смириться со смертью друга. Застывшие безжизненные глаза Кристиана заставили меня вздрогнуть.
Я дотронулась до него, кожа была холодной. Почувствовала, что и меня начинает обволакивать стужа. Судорожно сжав заледеневшие пальцы, с укором посмотрела на высеченную из мрамора статую. Та совсем не походила на женщину из недавнего моего видения. Гордая и равнодушная к людскому горю, могла ли она услышать меня? Или уже слишком поздно, и возможность вымолить у Лакшми исполнение моего желания утрачена навсегда?
Не выпуская его руки, я мысленно взывала к богине, моля ее об одном: чтобы та свершила невозможное, воскресила того, кого совсем недавно я так ненавидела, и чтобы он получил второй шанс. Вместо меня.
Даже не помню, когда иссякли слова и полились слезы. Но ничего не менялось. Кристиан по-прежнему лежал без дыхания, а меня покидала надежда. Похоже, богиня забыла свое обещание. Просто-напросто обманула..
— Пожалуйста, ты обещала.. — сквозь слезы прошептала я, невольно сжимая холодную руку, и вдруг почувствовала, как пальцы юноши чуть дрогнули.