Страница 34 из 88
Глава 19.
Я с тревогой посмотрела на небо – до вечера было еще далеко, и мы обязательно дождемся трактора, который почистит дорогу. Но со мной ребенок, а лишние несколько часов в холодной машине явно не пойдут ему на пользу.
– Застряли? А объехать не получится?
Водитель задумался, прочесал подбородок:
– Объезд далеко, и я боюсь, что там еще хуже ситуация. Если ветер, то снежные завалы точно будут. Так что нам проще дождаться трактор и проехать здесь.
– А сколько ждать?
– Не знаю, – ответил мужчина и, посмотрев по сторонам, проворчал. – Развернуться не получится, если немного отъедем назад, то это тоже опасно, машина может съехать.
– В кювет?
– Если бы, – усмехнулся он. – Сразу вниз, на самое дно ущелья, тут же насыпь.
– Если опасно, то лучше не надо, -испуганно проговорила я.
– В общем так, сидите в машине, а я выйду и поднимусь на пригорок, там хотя бы сеть иногда ловит. Буду звонить и просить расчистку дороги.
Я кивнула.
– Остановились? – Тая начала с любопытством разглядывать впереди завал.
– Застряли, видишь сугроб? Он не дает нам проехать, – объяснила я.
– Надо позвать трактор!
– Вот дядя Сережа как раз и пошел его звать, – улыбнулась я дочке, стараясь не показывать свое волнение.
Дети все очень тонко чувствуют, а Тая особенно, так как рядом с ней всегда была только я. Она мои эмоции считывает сразу.
– Ура! Я хочу трактор! Он сюда приедет? – довольная девчушка захлопала в ладоши.
– Сюда, сюда, – ответила я, подумав, что это только в мультиках спасатели быстро работают, а нам тут ждать придется несколько часов и мне как-то надо развлекать дочь.
Вернулся водитель.
– Едва дозвонился. Сказали, сейчас много завалов, надо ждать, когда машины освободятся.
– Понятно, а в отель?
– Начальнице тоже звякнул, сообщил место и все объяснил. Она переживать сейчас начнет.
– Надеюсь, продукты в кузове не испортятся, – проговорила я.
– А я вот переживаю, что как бы вы у меня не испортились. Извини, печку придется скоро отключить, иначе аккумулятор сдохнет.
Я кивнула. Теперь самое главное – это сохранять спокойствие и следить, чтобы Тая не замерзла. Я повернулась к ребенку и плотнее завязала ее шарф, натянула поглубже шапку, да и пуховые варежки пришлись кстати.
Прошло два часа. Мы все еще ждали. Идти пешком не вариант, впереди до отеля еще километров тридцать. Ноги уже давно замерзли, и я даже выходила попрыгать на дорогу. Но там еще холоднее. Тая тоже недовольно спрашивала, когда уже приедет трактор и расчистит нам путь. Почему он про нас забыл и ей уже хочется домой. Я растирала ее ладони, щечки, пыталась просунуть руки в зимние сапожки и проверить, не замерзли ли ступни. Мы с ней вместе играли в ладушки, сгибали и разгибали ноги. Чай в термосе закончился, да я и побаивалась слишком много поить ребенка. На запас в дорогу надевала ей подгузник, хотя она давно уже не носит их. Но сейчас он меня спас, где бы на морозе я повела ребенка в туалет?
Телефон разрядился, оно и понятно. Оставалось лишь надеяться, что дорожные службы доберутся до этого участка раньше, чем мы превратимся в ледышки.
– Давай хоть ненадолго включу печку, – обеспокоенно предложил водитель, глядя на нас.
Он включил зажигание, но от этого лишь выхлопных запахов стало больше. Небо быстро темнело. Я уже тысячу раз пожалела, что поехала сегодня так далеко. Но за все время, что тут работала, еще ни разу не попадала в подобную ситуацию. Только бы Тая не заболела! Шмыгнув носом, я постаралась сдержать слезы. Да, я никак не могу повлиять на ситуацию, но мы хотя бы сообщили о завале, и сейчас остается только ждать.
За нами уже остановилось еще пара машин. Кто-то, увидев с пригорка, сразу разворачивался и уезжал, кто-то, как и мы, ждал. Зависело от размеров автомобиля.
– Вы не замерли? – в мое окошко постучали и тут же воскликнули. – Ой, тут ребенок! Как же вы, мамочка, ай-ай-ай!
М-да, еще не хватало мне порицаний от незнакомцев, будто я сама не знаю, как опасно часами ждать в холодной машине. Но дальше другие водители продолжили что-то обсуждать между собой, и обо мне забыли.
Небо стало еще темнее. И в тот момент, когда я отчаялась, послышался странный рев. Впереди стали видны отблески фар, и я даже не сразу поняла, это от нашей машины или какой-то чужой.
– Р-р-р-р, – вновь послышался шум, и уже было понятно, что это от трактора, я встрепенулась.
– Ну наконец-то, – с облегчением выдохнула я и растормошила дочку. – Смотри, трактор!
Тая почти спала, она устала, и ей уже было неважно.
Водитель открыл дверцу:
– Ну, все, Марина! Сейчас дорогу прочистят, и мы поедем. Максимум минут двадцать!
Так и случилось. Навстречу нам выехал огромный трактор и стал бодро отодвигать снежные сугробы на край дороги, а за ним, светя фарами, выехала еще одна машина. Наверное, я плохо видела, но мне померещился Романов, который вышел из машины и ринулся к нам. Дверца открылась, его лицо оказалось прямо передо мной.
– Маринка, замерзла? – он теплыми ладонями обхватил мои щеки. – Совсем ледяные! А Тая? Так, бегом в мою машину, домчим быстрее ветра.
– Чего? Ты тут откуда? – удивилась я, торопливо хватая ребенка и выбираясь из холодной машины.
– Потом объясню, давай, не мешкай! – он забрал Таю, а я так замерзла и устала, что не успела среагировать. Бережно обняв малышку, он немного прихрамывая, поторопился в автомобиль, на котором приехал.
Оказавшись в крутом внедорожнике, насквозь пропахшем одеколоном Андрея, я огляделась. Убедившись, что я села, он посадил мне Таю на колени, сам пристегнул ремнем сразу нас обеих. Затем обогнул машину и сел на водительское сидение, вытащил термос.
– Здесь горячий чай, попей сама и напои ребенка, – с этими словами он раскрутил крышку и вручил мне ее, но увидев, какими дрожащими руками я ее взяла, торопливо налил сам. – Давай, пей.
– Я не хочу быть тебе чем-то обязанной! – возмутилась я.
– Можешь потом меня отругать, но сейчас я вас отвезу в отель, все.
Заведя мотор, Андрей лихо развернулся, пользуясь тем, что его автомобиль гораздо компактнее нашей грузовой машины, и мне лишь оставалось удивленно открыть рот, проезжая мимо шустро работающего трактора. Чай был горячий, поэтому Тае я не рискнула его дать, обожжет рот с непривычки.
На той стороне завала тоже скопились машины.
– Постой, а Сергей?