Страница 28 из 88
Глава 16.
– О чем вы говорите? – переспросила я в надежде, что ослышалась.
– Я веду некоторые дела Андрея, и он хочет подать на вас в суд! – строгие глаза мужчины буравили взглядом, каким смотрят на преступниц в кино.
– Он не имеет на это право! – я выступила вперед, пряча дочку за спину. – Понимаете? Никакого права! Это он обманул меня, а я ничего не требовала! Просто исчезла! А теперь он явился и хочет разрушить мою жизнь? Сломать все, что мне удалось простроить?
– Марина, не надо так реагировать, – чуть мягче проговорил адвокат. – Послушайте, я не…
– Нет! Это вы послушайте! Дочку не отдам! Романов не имеет никаких прав на Таю, а тест ДНК я сделать не позволю!
– Так она все-таки его дочь? – присвистнул Стас, выискивая глазами Таю.
– Это ваше официальное признание? – уточнил Кирилл, что записав у себя в бумагах. Оба мужчины хоть и были одеты в спортивные костюмы, но выглядели, как строгие безжалостные бюрократы. Я почувствовала себя как на допросе.
– Постойте, нет! – испуганно воскликнула я и взяла Таю на руки. – Нет, она только моя.
Моя дочка не понимала, что происходит, лишь переводила взгляд с одного мужчины на другого и хлопала длинными ресницами.
Кирилл внимательно посмотрел на малышку, по-доброму улыбнулся ей, и пока я подбирала слова, возразил:
– Дело не в ребенке! Пока вашу дочь никто не хочет отнять.
То, как он акцентировал внимание на слове «пока», меня ничуть не успокоило. Но кажется, речь и правда шла не о ребенке.
– Марина, мы во всем разберемся, – подала голос Вероника Семеновна.
Она была уставшая и, похоже, разговаривала с этими двумя уже долгое время.
– Да, Андрей подает в суд на этот горнолыжный курорт и на вас, Марина, в частности. Потому что ему стало хуже, поднялась температура, а нога сильно отекла. Вы не предоставили должный уход и бросили его, когда он больше всего нуждался в помощи! Сейчас он под сильным обезболивателем.
– Что? – усмехнулась я. – А на вашего друга он не хочет подать в суд? Это ведь ваш приятель в зеленом пуховике подстроил несчастный случай! А на самого себя не хочет? Как он вчера тут бегал, вместо того, что бы лежать и соблюдать предписания врача?
Мужчины переглянулись.
– Мы можем все решить миром!
Но я уже завелась. Отпустив Таю поиграть, я выпрямилась и положила руки на пояс. Повернулась к начальнице:
– Вероника Семеновна, они просто запугивают нас! Привыкли решать свои дела таким образом? Я молчать не буду, и все узнают, как все произошло на самом деле! Может, тот мужчина специально подстроил несчастный случай, а Андрей хочет компенсацию? Вдруг это для них привычная схема? Так он заработал свои миллионы?
Кирилл и Стас опять переглянулись.
– Дело не в компенсации, Марина, – тихо проговорила начальница.
– А в чем?
– Мой клиент не уедет отсюда, пока полностью не поправится, и вы не сможете его выгнать даже после окончания брони! – объявил Кирилл.
– Именно, так что смиритесь, Снегурочка, – ухмыльнулся Стас.
– Я уже объясняла им, что серьезную травму лучше лечить в городе, в больнице, где есть возможность провести все необходимые анализы и обследования, – устало проговорила моя начальница. – Но они уверены, что ему нельзя перемещаться на большие расстояния, а бронь номера заканчивается завтра, я не знаю, что делать!
Закончив фразу, она беспомощно развела руками и продолжила:
– А эти господа настаивают, что можно решить все мирно, но ты должна лично поговорить с Андреем.
Я фыркнула от возмущения. Вот значит как. Не захотела слушать Романова, хлопнула дверью, отказалась от денег, и он решил так на меня надавить? Через угрозы моей начальнице? Как же это низко! Возникло желание сходить и самой стукнуть по больной ноге бывшего босса, чтобы он посчитал меня сумасшедшей и уехал первым же трансфером обратно в свою Самару.
– Разве его не ждет супруга? – ехидно спросила я, прищурившись и взглянув на двух его друзей. – А дела рабочие? У него же фирма в Самаре, да и другие бизнес-проекты, наверняка есть?
Адвокат нахмурился:
– Вас это не должно беспокоить, Марина! Но вы можете значительно облегчить мне работу, если лично переговорите с Андреем и выслушаете все, что он вам хочет сказать. Спокойно и без истерик!
Вот тут уже я не выдержала. Приблизив лицо к этому мерзкому Кириллу, я с ненавистью высказала:
– А я и не собираюсь вам облегчать работу! Но если будете дальше настаивать и давить на нас с Вероникой Семеновной, то я лично дам интервью во все газеты Самары и приложу к своим словам видео в качестве доказательства! А еще расскажу, как он скрывает свой статус женатого мужчины, и обманывает новеньких сотрудниц! Сколько их у него на счету? Наверняка я еще найду таких же? Пусть все узнают, какой на самом деле ваш Романов!
– Ух, вот это баба, – восхищенно пробормотал Стас, глядя на меня во все глаза.
Я и на него презрительно посмотрела:
– А вам я рекомендую уехать и не возвращаться! И я не баба! Могу и в суд подать за оскорбление!
Затем я прошла к игровой зоне и под молчание всех присутствующих, позвала дочку ужинать. Пусть, мы поедим раньше, зато я проведу время с Таей, мне же еще поздним вечером дежурить в холле. Пока Вари нет, график очень плотный. А начальница может заменить меня только на несколько часов в сутки. Проходя мимо нее, я ободряюще улыбнулась:
– Не переживайте, Вероника Семеновна, они здесь с целью запугать вас.
Начальница благодарно кивнула, мужчины отвернулись.
Пока дочка ела картофельное пюре, старательно обходя ложкой кусочек рыбы, я напряженно думала над словами приятелей Андрея. С адвокатами, а также со всеми возможностями бывшего босса мне не справиться. Кто он и кто я? У нас совершенно разные весовые категории. Одно понятно, он хочет что-то обсудить и, судя по всему, мне это не понравится. Не удивлюсь, если он потребует право видеться с дочкой. Иначе, зачем ему все это?
На мгновение появилась мысль сходить и поговорить с Романовым с глазу на глаз, но я побоялась. Зря я сразу начала говорить про тесты ДНК, этот хитрый Стас уже понял, что Тая – дочка Андрея. А Кирилл, будучи адвокатом, сможет придумать множество способов отнять ребенка.
– Не хочу, – заявила Тая, отодвигая тарелку.
Пюре она съела, а рыбу не стала, как обычно. Я пожала плечами, уговаривать ее попробовать хотя бы кусочек, не было сил. Сама я вообще есть не хотела. Так надеялась, что Романов уже завтра исчезнет из моей жизни, а все только начинается.