Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 24 из 88

Глава 14.

Я потеряла дар речи!  Эта картина выглядела бы умилительно, если бы девочкой не была моя дочка! А Романов еще и придерживал ее рукой! Подскочив ближе, я возмущенно воскликнула:

– Отойди от нее! Что ты себе…

– Тс-с-с, она спит, – прошептал Андрей, прижимая палец к своим губам.

Нахмурившись, я хотела забрать ребенка, но и тут бывший босс проговорил:

– Марина, я ничего с ней не сделаю, ну, в самом деле! Ребенок спит, видишь? Ей тепло и безопасно рядом со мной!

– Ты это нарочно, да? Романов, это моя дочь и ты не…

– Марина, не кричи, разбудишь ведь! – строго глянул на меня этот вероломный мужчина.

Хватая ртом воздух, я не знала, как быть, что делать и вообще, как так все получается? Зачем Тая пришла к нему? С каких это пор она вот так легко засыпает рядом с незнакомыми дяденьками?

Мои мысли прервал звонок телефона. Я обернулась к стойке, кто-то настойчиво звонил, и мне пришлось вернуться. Взяв трубку, я не сводила глаз с дивана, где сидели Романов и моя дочка.

– Алло?

– Марина, слушай, – раздался голос Вероники Семеновны. Вероятно, она звонила из своего рабочего кабинета. – Романов Андрей, тот самый, в общем, постоялец из триста восьмого, по словам врача, серьезно не пострадал, переломов нет. Но у него сильные ушибы и нога странно повреждена. Врач еще к нему утром заглянет, а сейчас попроси кого-нибудь с кухни занести ему ужин? Может, чай сделать или еще что-нибудь? Во избежание серьезных последствий, ладно? Ему желательно не шевелить ногой ближайшие сутки! Постельный режим!

– Обойдется! Этот постоялец сейчас сидит в холле! Нормально ему, на своих двоих пришел! – возмущенно пожаловалась я.

– Что? Но как же…

– Вероника Семеновна, заберите его отсюда! – воскликнула я так, что даже Андрей услышал.

Поджав губы, он покачал головой.

– Он тебе угрожает? – обеспокоилась начальница.

– Нет, но  сидит на диване, – проворчала я и добавила почти шепотом. – А моя Тая устроилась рядом с ним и уснула!

– Марина, –  я услышала в трубке вздох начальницы. – Потерпи. У него бронь заканчивается, ему негде будет жить и скоро придется уехать.

– Надеюсь, – проговорила я. – Тогда замените меня, пожалуйста, на полчасика. Я отнесу дочку в номер.

– Хорошо!

Положив трубку, я победно посмотрела на бывшего. Затем подошла и начала отодвигать от него Таю.

Ребенок крепко спал, и я вновь удивилась этому.  Пригревшись, она трогательно сопела, приоткрыв ротик, совершенно не реагируя на мои действия.

– Я бы не сделал ей ничего плохого! – прошептал Андрей.

Я подняла на него глаза и поняла, что впервые с момента разлуки нахожусь так близко к бывшему. Романов всегда был горячим мужчиной в буквальном смысле этого слова. Его тело дышало жаром, как печка. Даже в лютый мороз он не мерз, а, наоборот, мог согреть меня в объятьях. Тепло его ладоней чувствовалось через слои одежды, когда он обнимал меня… в былые времена. Теперь мне стало понятно, почему Таю так быстро сморило, рядом с ним и, правда, всегда было уютно. Но его обман перечеркивал все хорошее. Не слушая слова мужчины, я забрала дочку и обхватила сильнее руками.

Тут спустилась начальница и подошла к дивану.  Она начала убеждать мужчину вернуться в его номер и отлежаться, иначе может появиться отек.  Кивнув ей, я понесла дочку к лестнице.  Но Андрей не слушал Веронику Семеновну и тяжелым взглядом проводил нас. К сожалению, пока мы шли на второй этаж, Тая проснулась.

– Мама? – малышка открыла глаза, оглядываясь.

Затем потерла их кулачками и вновь закрыла.  Я поморщилась, представляя, что впереди еще шоу с фейерверками и вряд ли дочка будет спокойно спать. В коридорах ходили туда-сюда постояльцы, а из номеров слышался смех и музыка, все праздновали. В номере было тише, но вскоре полночь, многие обязательно на громкую связь поставят своих близких, будут шуметь, слушать речь президента и кричать «Поздравляю».  Даже не кричать, орать. Я помнила это по прошлому году. Но тогда дочка была меньше и спала крепче.

Уложив ребенка, я поправила одеяло. Села рядом с ней, начала гладить малышку и приговаривать:

– Спи, моя хорошая, спи.

Дыхание Таи выровнялось, и я смогла оставить ее, предварительно включив радионяню. Мне предстояло дежурство,  а если дочка проснется, я услышу.

Когда я вернулась в холл, Романов продолжал сидеть на диване, но сейчас рядом с ним были его приятели. Не все, только некоторые, и я не стала вглядываться, кто именно. Похоже, мужчины обсуждали что-то серьезное, потому что в их разговоре то и дело слышались суровые нотки. Кажется, речь шла о произошедшем на спуске случае. Я прошла мимо них в направлении стойки администратора, чувствуя, как глаза Андрея буравят меня.

– Марина, все хорошо? – еле слышно спросила меня Вероника Семеновна.

– Да, она спит, – ответила я.

Начальница кивнула. Тем временем компания самарцев покинула холл, помогая своему лидеру пройти к лифту.  Глядя, как он прихрамывает, я подумала, что, похоже, его нога и правда болит. Тогда зачем он спускался сюда?

– Он расспрашивал, – скорбно проговорила начальница, догадываясь, о чем я думаю.

Я напряглась:

– Что именно?

– Замужем ты или нет, есть у Таи отчим или нет. Даже допытывал, может, ее удочерил кто?

– И что вы ответили?

– Предложила ему не преследовать мою сотрудницу и пообещала принять меры, если он будет продолжать, – ответила Вероника Семеновна.

Я с уважением посмотрела на нее и с благодарностью выдохнула:

– Спасибо!

– Да ладно, я просто понимаю, в какой ситуации ты оказалась.

– Нет, правда, спасибо! И за то, что дали мне работу, и за то, что обеспечили жильем, да и к дочке моей хорошо относитесь!

Женщина улыбнулась.

– Надеюсь, и дальше смогу помогать.

Я уловила в ее голосе сожаление.

– О чем вы?

Начальница пожала плечами:

– Реклама дорожает, и наша прибыль падает. Я сводила сегодня цифры за год, и они меня опечалили.

Замерев, я недоверчиво посмотрела на Веронику Семеновну. Честно говоря, в финансовую часть  работы курорта я не вникала, да и бухгалтерию она сама вела. Но гостей действительно, только в сезон было много. В остальные месяцы отель и наполовину не заселялся. Вот как закончится этот месяц, так и поредеет количество наших гостей.

– И что нас ждет? –  мне внезапно стало так зябко, что я поежилась.

Вероника Семеновна тяжело вздохнула:

– Не хочу тебя расстраивать, да и панику сеять раньше времени не нужно.