Играя с Мишель

Она достала из подсумка гранату, сорвала чеку и бросила вперёд. Следом раздался характерный хлопок. Несколько секунд затишья, и снова град выстрелов. Вдогонку девушка бросила ещё одну, и ещё, пока громкие мужские крики, звук вылетающих пуль и периодические хлопки постепенно не слились в единый гул. Мелкие крупицы строительной пыли вперемешку с облачками дыма неприятно щипали ноздри, забивались в горло и лёгкие, стало трудно дышать; пропитавшаяся холодным потом одежда прилипла к телу. Девушка приложила пальцы к вискам, в ушах противно зазвенело.

– Лиса, ты в порядке?

Услышав рядом голос Хана, Мишель сморгнула предательскую пелену с глаз.

– В полном, – выдохнула в ответ, доставая из кармашка рюкзака бутылку с водой. Жадно сделала несколько глотков, вытирая губы тыльной стороной ладони.

– Выглядишь не очень, – нахмурился Хан, присаживаясь рядом.

– Я в порядке, – снова повторила как мантру. – Похоже, их развелось здесь как тараканов.

– Тогда потравим рыжих ублюдков, и дело с концом, – хохотнул Хан.

– А вот и скорая дезинсектопсихологическая помощь подъехала! – воскликнул Гуччи. – Может, хватит трепать языком? Нужно оттеснить их назад и дать мне возможность выбраться отсюда живым.

– Сегодня вечером я заставлю повторить тебя это слово несколько раз, чтобы понять твою степень опьянения, – в перерывах между выстрелами протараторил Хан.

– У нас разве вечеринка намечается?

– Угу. По случаю развода боевого товарища.

– Кажется, я что-то упустил? Кто разводится?

– Гром! – хором произнесли те, кто находился в поле слышимости их разговора.

– Чёрт! Я опять один не у дел оказался? Что за несправедливость!

– Поднажмём, парни! Лиса, Кент, прикройте. Попробую занять наиболее выгодную позицию, – проорал Хан, выскакивая из укрытия.

Воздух снова наполнился стрёкотом вылетающих из оружия пуль и грубых мужских ругательств. Только спустя полчаса им удалось ослабить противника и добраться до комнаты, где прятался учёный. Гуччи, который всё это время носа не высовывал из своего укрытия, то и дело попадая под перекрёстный огонь, чудом не зацепила ни одна пуля. Другим повезло меньше, но время, отведённое на восстановление, пролетало в ходе интенсивного боя незаметно.

Чтобы вывести цель из здания и доставить до пункта назначения, им потребовалось чуть больше усилий. У выхода их поджидала засада: пока их команда концентрировала все силы внутри лаборатории, противник занял позицию снаружи и перекрыл единственный выход. Им на ходу пришлось менять план действий, но он сработал как надо.

Ближе к закату, уставшие, но счастливые, они распределились по машинам и направились в отель. Давид дал всем ровно час, чтобы привести себя в божеский вид. Обещанная вечеринка по случаю его нового статуса холостяка должна была состояться в баре через дорогу. Мишель ясно дала понять, что не намерена с ними идти; заперлась в своём номере, приняла душ, поговорила по телефону с мужем и уже собиралась спуститься перекусить в местный ресторан, как в дверь постучали.

Сомневаться, кто так нагло вламывается в её личное пространство, не приходилось. Распахивая дверь, она уже открыла рот, чтобы пожурить Давида за настойчивость, но на пороге стоял не он.

– Сю-ю-юрпри-и-и-из! – расплываясь в лучезарной улыбке, закричала Лика и бросилась в объятия подруги.

– Боже мой, Лика! – взвизгнула Мишель, до боли в рёбрах стискивая подругу. – Как ты тут оказалась?

– Не поверишь! Твой муж тебя сдал с потрохами! Вообще-то я ждала, что ты сама мне сообщишь о своём приезде, но… Как ты могла? – она легонько стукнула её по плечу, отстранившись. – Такой шанс! Мы так редко видимся!

– Во-первых, тебе пилить двести километров. Во-вторых, где Машуля?

– О-о-о, ради такого случая Артур согласился с ней поводиться! Взял пару дней отгула, представляешь? А двести километров, разве это расстояние? К тому же я давно уже хотела свалить из дома. Материнство – сложная штука, я тебе скажу. А тут прекрасный повод нарисовался!

– Входи уже, чокнутая мамаша! – хмыкнула Мишель, затягивая подругу внутрь и захлопывая дверь. – Хватит стоять на пороге.

– Мне кажется, или ты куда-то собиралась? Я не вовремя? – разуваясь, продолжала щебетать Лика.

– Хотела поужинать. Мы час назад отстрелялись.

– Если честно, направляясь сюда, я опасалась, что застану тебя с любовником и обломаю тебе вечер, – проходя в номер, она многозначительно посмотрела на двуспальную кровать. – А тут уютненько.

– Как видишь, я одна, – развела руками Мишель. – Можешь заглянуть во все шкафы и в ванную, если сомневаешься.

– Где твои боевые товарищи?

– В баре.

– Почему ты не с ними? Муж не отпускает? – хохотнула Лика.

– Мужу глубоко насрать, где я и с кем.

– А вот это ты зря, – покачала головой подруга, присаживаясь в кресло. – Он просто тебе доверяет. Разве другой мужик отпустил бы тебя с такой компанией?

– Вот именно. Ни один нормальный мужик не отпустил бы свою жену с чужими мужиками, – скрестив на груди руки, ответила Мишель.

– С каких пор тебя это стало беспокоить? Ты же сама устанавливала эти правила? Разве не так?

– Никакие правила я не устанавливала.

–Угу. Он сам тебе предложил вступить в страйкбольную команду своего начальника и перекрестил на дорожку. Ты поставила его перед фактом, Мишель, и ему пришлось тебе уступить. Он всегда так делает, потому что любит.

– Если ты приехала читать мне нотации, можешь уезжать обратно, – фыркнула она, отворачиваясь к окну и уставившись на улицу.

– А вот сейчас было обидно, – прищурилась Лика. – Напоминаю, что я недавно родившая мать, и мои гормоны до сих пор не пришли в норму.

– Прости. Но мне показалось, что ты передёргиваешь.

– Мишель, я просто хочу сказать, что у тебя прекрасный муж, – уже мягче продолжила подруга. – И ему не насрать на тебя… Поужинаем вместе? Я только что с дороги и тоже не прочь перекусить.

– Конечно. В отеле есть ресторан. Судя по отзывам, готовят вкусно. Как раз туда собиралась.