Страница 61 из 78
— Даже если твоя правда, если я пришла очень издалека, то что тогда?
Хотя она рисковала, спрашивая так открыто. А вдруг ей также откровенно сейчас ответят? При всех?
Тихо кхекнув, Китр перевел на оргский.
Старейшина тоже не то захекал, не то закашлял… Нет, он смеется⁈
— Говорит, тогда хорошо, — Китр задумчиво почесал затылок. — Говорит, хорошо, что ты из очень далека и что такой чужак.
— Так ты чего, не из Саная, выходит? — все-таки влез Гурмон, не сдержавшись.
— Из Саная, — упрямо качнула головой Мила, но бывший наемник, у которого, видимо, хорошая чуйка, иначе как бы он выжил в своей непростой профессии, ей явно не верил. Пришлось пояснять: — Я… Милдред Питер родилась в Санае! Законнорожденная дочь барона. Но я… немного… м-м, как бы умирала и, кхм, можно сказать, почти сходила к предкам… и обратно. Поэтому, считай, издалека пришла. В смысле, э-э, далеко ходила.
И не солгала, ведь почти все правда. Просто немного недоговорила.
Опять твердо глянула на старейшину.
— А что еще говорят вам духи?
Потому что непонятно, чего хорошего… для духов в ее иномирстве?
Шикнул рядом Шогр. «Ты это… молчи. Нельзя так!» — легонько ткнув ее в ребра, тоже прошипел Китр.
Но старейшина уже что-то заскрипел негромко и с остановками, чтобы перевести сбивающееся дыхание. И чем больше он — или она? — говорил, тем больше вытягивались физиономии у окружающих оргов. Да что там: также у волков, некоторые из которых тоже знали оргский. Даже вожак гостей был удивлен, что было хорошо заметно, хотя у зеленых нелюдей мимики почти нет.
Однако старого гостя никто не перебивал, все внимали с почтением. Мила едва сдерживалась, но как только речь окончательно стихла, сама шикнула на мальчишек:
— Чего говорят?
А то чужой вожак уже так смотрит на нее… непонятно как. Оценивающе, но для чего? Для разделки на запчасти?
— Э-э… — Шогр был слишком озадачен, поэтому перевел Китр: — Говорят, они тебе тоже дают свою молодую поросль.
— Чего⁈ — а в каком шоке была сама Мила!
Рядом резко хохотнул Гурмон:
— Да уж, девка! Ты находишь себе прибыток, даже не выходя из дома. А чего было бы, пусти тебя на улицы столицы?
— Какой еще прибыток⁈ — возмутилась она.
Да это же… это… навязанные гири на ее худенькие плечи! Еще орчат-сорвиголов ей хотят подсунуть⁈ Это же… какая ответственность! А мороки сколько! Одни убытки. И зачем ей все это⁈
Так и спросила:
— А мне это зачем?
Цыкнул на нее Шогр, развернувшийся при этом неудобно… но чтобы прикрыть ее плечом от гостей? Тоже командир нашелся! Дружно выдохнул позади «орлята».
— Эх, девка, ты хоть и умеешь с оргами договариваться, но за подобную дерзость они даже своим по башке дают, — и Гурмон туда же. — А твоя башка выдержит?
— А мои плечи выдержат еще добавку оргских мальчишек? — шикнула ему в ответ Мила. Хотя могла и не принижать голос, все вокруг еще те слухачи. — Что мне с ними делать? Солить скоро придется?
— Чёй-то солить? За что? — уточнил обернувшийся через плечо Шогр.
— Ни за что! Че, не понял? Небось опять условное выражение, — вместо нее ответил Китр.
Гости в это время тоже между собой о чем-то переговаривались негромко. Негромко по оргским понятиям.
— Чего хочешь взамен? — повернулся в итоге к ней главарь.
Чего ей хотеть? Таверну с ними, чужаками, так далеко от «нулевой», заводить смысла не видит. Разве что…
— Защиты хочу, — ответила Мила. — Даже если она понадобится от айнов или… драконов.
Потому что не нравится ей, как драконы себя ведут. Потому что смущает, что те айны приходили в таверну явно посмотреть на нее. И коль та община на границе пока не поддержала ее — никто, кроме Дрыха — то вот же, эти сами напросились. Как упускать такую возможность?
Только она была почти уверена, что они откажут.
Чужой главарь задумался. Но в итоге кивнул.
— Да. Горзанская община будет защищать эту человечку, которая будет нерыар для нашей поросли. От всего. Даже от первородных, — выдал он громко и почти торжественно, обводя двор предупреждающим черным взглядом.
Да⁈
Она не ослышалась⁈ Да⁈
Где-то в стороне достаточно громко ругнулся кто-то из волков, даже человечка услышала.
— Мда-а-а, — озадаченно крякнув, протянул Гурмон, почесывая массивную небритую челюсть. — Слышь, Милдред, ладно, Вернер тебе не по нраву. Так, у меня еще сыновья есть. Как тебе Айварс?
— Чего⁈ — у Милы, и так потрясенной всем происходящим, на новые «заманчивые» предложения уже сил не осталось.
— Ну, или Гернад, коли он тебе понравился. Ну, а что младше, не беда, разница у вас совсем малая. Вот как раз под себя воспитаешь, как тебе надо… вместе с остальными своими мальчишками, — громко хохотнул бывший наемник. — А так-то он уже мужчина. Ежели там дитя захочешь — своего, а не очередного зеленого, он все смогет. Не подведет, он же мой сын.
Мила прикрыла глаза, нецензурно ругнулась про себя. Глубоко вдохнула, медленно и протяжно выдохнула. Открыла глаза.
— По рукам! — подтвердила она оргам, которые, кстати, тоже «били по рукам», когда по-дружески меж собой о чем-то договаривались. Разве что не ладони сжимали, а чуть не по локоть крепко перехватывали друг друга за предплечья. — Только у меня есть пара условий…
— Ну конечно! — опять хохотнул поблизости Гурмон, из-за чего ближайшие «орлята» на него оскалились предупреждающе. Но бывший наемник проигнорировал их. — Чтобы Милдред и без условий — не бывает такого, да? Тебе такая честь! А ты еще сверху условия накидываешь?
Мила его тоже проигнорировала, смотрела только на горзанского воина.
— Во-первых, не более пяти ребят за один раз могу обучать. И чему именно обучать, решаю я. И где — потому что иногда приходится путешествовать, им придется следовать за мной. В Виншадоре я вряд ли останусь надолго. А, во-вторых, но это очень важно: никому из вашей поросли доказывать свою силу не собираюсь. Поэтому слушаются они меня без пререканий или уходят.
Но и на это чужой главарь, подумав, кивнул.