Страница 28 из 61
— Это Мишель, – повторила я. Спокойно, насколько вообще можно быть спокойной, когда тебя всю трясет от пережитого стресса. – Я отобрала у нее пляж.
— Пляж?
— Очевидно, еще и место под солнцем. И эту часть океана.
Кажется, я переоценила свою способность оставаться спокойной в любой ситуации. Несколько лет личным ассистентом проработала, даже общалась с пассиями Доминика, до его встречи с Чарли, но с настоящими змеями дело имела впервые. Поэтому мой сарказм про океан получился не таким тонким, а голос поднялся на пару октав.
Пришлось делать вдох-выдох и вцепиться в рубашку верховного.
— Это повод убивать тебя?
На очередном выдохе я поперхнулась.
О-оговорочка!
— Значит, эти змеи были ядовитыми?
Видно было, что Рамон не желает развивать змеиную тему, но ответил он все-таки честно:
— Только одна. Похожая на осу.
Я бы грохнулась в обморок! Точно грохнулась бы, не лежи я удобно на верховном. Падать ниже просто некуда, причем буквально. Черно-желтая – это та, которая чуть меня не укусила. Не появись Рамон так скоро, даже думать не хочу, что могло произойти. Уже и так передумала сотни ужастиков, когда лежала в змеином гнезде.
Видимо, я начинаю снова дрожать, потому что объятия Рамона становятся крепче, он кладет ладонь мне на затылок и накрывает мои губы своими. Поцелуй получается неожиданным, он словно высекает из меня искру, вмиг разжигая в моей крови пламя желания. Неожиданным, а еще настолько властным, что уже не получается думать о чем-то кроме самого поцелуя. Именно этой своей властностью и уверенностью он меня успокаивает. Когда он все-таки прерывает поцелуй, дрожу я уже не от страха.
— Теперь можешь сделать из нее сумку и носить как трофей, – говорит он, поглаживая мою щеку. Не знаю, что выдергивает меня из предстрастного состояния: этот знакомый и интимный жест, или же напоминания о змеях и той, кого нужно за них благодарить.
— Или подарить Мишель!
Рамон отстраняется:
— Это не она, – повторяет этот убежденный в невиновности своей подружки койот.
— Почему ты так уверен? Между прочим, от ее «шутки» мог пострадать твой ребенок.
Снова меня обжег злой взгляд с оранжевыми искрами, и по моей спине пробежал холодок. С таким взглядом убивают. И не только змей.
— Я найду виновного.
Да что ж ты такой упрямо тупой?!
Рамон поднялся, я вскочила следом.
— Проверь ее!
— Это не Мишель – и точка!
Наши крики, наверное, половину острова перебудили, но мне было все равно. Я хотела справедливого возмездия за свои погибшие нервные клетки. Кажется, то, что мы уже орем друг на друга, понял и верховный, потому что он сбавил обороты:
— Я найду виновного, – пообещал он. – Кто бы это ни сделал, он понесет соответствующее наказание.
— Какое?
— На острове ты его больше не увидишь.
Это меня устраивает. Наверное.
— Даже если это рыжая? – уточняю я.
Видно, что Рамону хочется со мной поспорить, но он лишь складывает руки на груди:
— Я разберусь с тем, кто это сделал.
То есть рыжая не под прицелом? Вот дрянь! Что с ней? А что с ним? Но кажется, здесь мы не договоримся. От того, чтобы зарычать, я едва сдерживаюсь. Приходится снова глубоко дышать. А после придется самой проследить за тем, чтобы Рамон наказал мерзавку!
— Что мне делать в этом райском домике со змеями?
— Переедешь в мою спальню в главном доме. Прямо сейчас, а здесь приберут.
От такого приглашения я в первую секунду дар речи потеряла. Потому что злить Рамона своим постоянным присутствием это хорошо, но и ходячий соблазн в одной кровати для меня перебор.
— Стоп! Ты обещал мне мою территорию!
— На время, пока я не найду того, кто на тебя покушался. Найду сегодня, вернешься сразу сюда. Идет?
Он протянул мне ладонь, за которую я ухватилась. Как будто у меня есть выбор?
Но есть еще вопрос, о который я споткнулась, когда мы покинули домик, вчера казавшийся мне раем. Сейчас я боялась каждой тени, поэтому охнула, стоило Рамону заметить мой страх и подхватить меня на руки.
— Как ты здесь оказался?
— Я прилетел на остров два часа назад.
— Я не об этом. Как ты оказался в моем домике?
Плечи, за которые я цеплялась, напряглись и мгновенно расслабились. А в глаза было не заглянуть, я могла изучать только волевой подбородок.
— Спускался к океану и услышал твой крик. Открыл дверь и успел вовремя.
— Но я не кричала!
— Кричала. Ты просто не помнишь. Перенервничала.
Я не кричала. Точно не кричала. Или кричала? Я ведь запомнила, если бы это было так.
— Не помню, – растерянно повторила я.
— Как бы я узнал, что тебе грозит опасность?
Действительно, как?
Пока я пыталась придумать, что на это сказать, Рамон добрался до особняка. Толкнул дверь ногой, взбежал по лестнице, и спустя пару минут мы были в знакомой мне спальне. Только там он опустил меня на пол, а до меня внезапно дошло, что я босая, и из одежды на мне легкая пижамка в мелкий цветочек. И то лишь потому, что я ходила в ней по дому перед сном. При воспоминаниях о ночных «гостях» меня снова передернуло, по спине пробежали мурашки прохлады. А может, это от того, что Рамон больше не обнимал меня.
— Ты можешь отдыхать, – не то разрешил, не то приказал верховный и повернулся к двери. Чтобы уйти. – Здесь ты в безопасности.
В безопасности? Этот мужчина в своем уме? Меня чуть не убили, а он предлагает мне – что? Поспать?!
— Я не буду в безопасности, пока тварь, что натравила на меня этих гадов, не будет наказана!
— Я займусь этим.
— Тогда я пойду с тобой.
Я действительно направилась следом и уткнулась ему в спину, когда Рамон резко остановился.
— Нет, – отрезал он, повернувшись и поймав мой взгляд. Пригвоздил своим. – С тебя достаточно. Ты должна думать о ребенке.
— Тебе тоже стоило подумать о ребенке, прежде чем привозить меня на остров к своей девочке.
— Девочке? – угрожающе тихо переспросил он.
— Рыжей такой. Слегка истеричной. Или она не одна? – я приподняла брови.
Рамон прикрыл глаза ладонью, будто пытался справиться с раздражением.
— Этот остров – самое безопасное место.
— С безобидными змейками.
Как вспомню, меня всю трясет! Но еще больше меня трясет от его пронизывающего взгляда. Если представлять верховного старейшину, то именно таким. Зверем. Надеюсь, таким его увидит Мишель.
— Мне казалось, мы договорились, что ты останешься здесь.
— Ты сказал, что я перееду в твою спальню, но я не обещала не принимать участие в расследовании. Я хочу посмотреть ей в глаза, а на казнь так уж и быть не останусь.