Золотая мгла

— Лучше просто воды.

Лимонад – это не пунш, а леди Энн-замужем-за кем-то там поблизости не видно, но мало ли. Других леди вокруг пруд пруди, та же Камилла, например. Пожалуй, лучше не рисковать, да и руки слегка подрагивают. Словом, все к одному, час от часу не легче. Пью поданную мужем воду большими глотками. Думай, Тереза, думай, с чем подойти к Луизе. Ты же умная женщина. Наверное.

— Кажется, Луиза понемногу покоряет ваших благовоспитанных дам.

Обвожу залу быстрым взглядом – у одного из высоких арочных окон стоят Айрин Мэрринг и моя будущая сестра. Это непривычно и странно, несмотря на предстоящий брак с Винсентом, с ней мало кто общается, когда того не требуют обстоятельства и этикет. Все потому, что ей не могут забыть прошлое, тот скандал, когда она отказалась выходить за брата, ее инакомыслие, которое поставило женщину на одну ступень с мужчиной в свободе выбора. Некоторые считают это вопиющим кошмаром, другие завидуют. Думаю, со временем эта история окончательно канет в лету, но пока Луизе приходится нелегко.

О-о-о!

Я чудом не запрыгала на месте, потому что осенившая меня идея была великолепна. Превосходна. Гениальна. Точна как загорские часы.

Я умница. И ни капельки не преувеличиваю.

— Анри, проводи меня к ней. Хочу попытать ее по поводу подарка.

— Отличная идея!

Я тоже так думаю. Правда, не про подарок.

Чем ближе мы подходим, тем ярче сходство Айрин и моей будущей сестры. Огоньки светильников путаются в медно-рыжих прядях, превращая их в пламенные волны. Правда, держится Луиза не в пример увереннее и свободнее, а еще.. как-то мягче, что ли. В каждом движении – соблазн, игра, провокация. На грани, едва уловимая, она поворачивается, словно танцует. При этом – ни капли манерности или жеманства.

Интересно, как со стороны выгляжу я?

— Миледи. Миледи. – Мы подходим, Анри целует руку сначала Луизе, затем Айрин. – Вы очаровательны.

Дочь барона заливается краской – у рыжих это заметно, даже если они смущены самую малость, Луиза улыбается, бросает прямой взгляд из-под ресниц – заинтересованный, сверкающий, живой. Против такого мало кто устоит.

— Благодарю, граф. Вы так внимательны.

Я вцепилась в затянутый в перчатку локоть, предоставив Анри развлекать дочь Мэрринга, прошептала одними губами, так, что сама едва расслышала.

— Мне нужна ваша помощь.

Дважды повторять не пришлось, Луиза с присущей ей одной легкостью подхватила меня под руку и увлекла за собой. Мы пошли вдоль стены, поближе к раскрытым окнам, из которых не доносилось даже малейшего дуновения.

— Я помню про зелье, Тереза. Мне должны вот-вот его доставить, и..

— Про зелье? – Я недоуменно посмотрела на нее, и тут только до меня дошло. – А, забудьте, оно мне больше не нужно. Анри сам занимается этой проблемой. Что?

Луиза покачала головой:

— Ничего. Вы только что заговорили «про это» и не покраснели.

Спасибо, вот теперь я покраснела.

— О, все в порядке.

Я глубоко вздохнула, досчитала до десяти. Не забываем про цель, про цель не забываем.

— Но.. чем еще я могу вам помочь?

— Нужно, чтобы все считали, что я хожу с вами на примерки и все такое. Но на самом деле мне нужна квартира.

Брови у Луизы подскочили вверх. В своем яблоневом, бледно-розовом платье с тонким узорчатым кружевом она напоминала коллекционную куколку. Вот почему на ней такой цвет смотрится нормально, а если я такое надену, стану похожа на леденец? Хотя я еще не видела такого цвета, который этой женщине не идет.

— Это не то, что вы подумали!

— Да я еще ничего не подумала.

— Вот и хорошо. Сделаете это для меня?

— Тереза, зачем вам.. квартира?

Я ждала этого вопроса. Но тут, к моему вящему ужасу, Винсент и Альберт как по команде обернулись и одарили нас улыбками. А потом направились к лестнице – и явно не для того, чтобы прогуляться вдоль бальной залы под ручку, как это делали мы. Наверное, больше отказа я боялась только того, что нас перебьют. Сочинительница из меня – как из Луизы сестра добродетели, я и так взмокла до корней волос. А еще я боялась, что Альберт разгадает меня в два счета, у него же не взгляд, а заклинание правды. Поэтому сейчас я развернула будущую герцогиню с проворством кавалера в танце и потащила за собой как золотоискатель, увидевший золотую жилу – тяжеленный сундук. В противоположную сторону.

— Тереза! Что вы делаете?

— Мы не договорили. Квартира мне нужна, чтобы оттачивать магию.

— Но..

— Нет, дома я этого делать не могу.

— Почему?!

— Мы поспорили. С Анри. Он сказал, что я не воспроизведу заклинание Бур-Эшеца..

— Кто такой Бур-Эшец?

Не знаю, в природе его не существовало. Оказывается, когда начинаешь врать, остановиться уже сложно. Одно радует – в истории магии Луиза не сильна.

— Маг. Некромаг. – Я понизила голос и добавила: – Очень могущественный. Но Анри сказал, что я – женщина, поэтому, даже если три месяца буду над ним биться, у меня получится пшик.

Я выдала это на одном дыхании и замерла. А потом в глазах Луизы мелькнуло понимание, она прищурилась, скрывая недобрый огонек – из тех, которые толкают эту женщину на любые глупости.

— Не думала, что граф де Ларне такой.. шовинист.

— Сама не ожидала, если честно.

Я потупилась и тяжело вздохнула.

Не переиграть, главное – не переиграть!

— Я вам помогу, Тереза.

Победа!

— Не за один день, конечно, но..

— Квартира мне нужна срочно, – уточнила я. – Иначе Анри выиграет спор.

— Что ж, хорошо, – Луиза выглядела несколько растерянной и в то же время предельно собранной – видно было, что уже просчитывает варианты и прикидывает, к кому бы побыстрее обратиться. – На сколько она вам понадобится?

— Неделя. А лучше две. И насчет денег.. сами понимаете, что у меня их нет. – Еще бы – все в распоряжении Винсента или Анри. – Но есть драгоценности.

— Насчет денег не беспокойтесь, я что-нибудь придумаю, – Луиза пожевала губу. – Главное, найти свободную.. – Она посмотрела на меня. – И приличную. Более или менее..

Не знаю, как насчет приличий, мне сейчас не до них. В любом случае стены придется покрывать усиленной защитной магической сеткой, да еще и полог безмолвия накидывать. Боевая некромагия – это вам не кантрель в неглиже отплясывать.

— Мне показалось или вы нас избегаете?

Голос за спиной чуть ли не заставил меня подпрыгнуть. А ведь когда-то от него замирало сердце и дыхание перехватывало.