Время Удачи [часть 1

Глава 16

Первые визитеры

— Примите мою благодарность, Мария Владимировна. Вы просто чудо!

Повел плечом и немного поморщился от боли. Впрочем, если бы попробовал сделать нечто такое час назад, то завыл бы, а не поморщился. Прыжок на дерево представлялся немного иначе и куда более героическим, но вышло так, что пришлось лететь до земли, ломая собой ветки. Поэтому перелом ключицы — это весьма хороший расклад. Легко отделался.

— Что вы, что вы, Андрей Михайлович. Чудо — это про вас, а не про обычную девушку с весьма заурядным Даром. — в глазах Масяни залегла смешинка. — Через денек будете в полном порядке. Я ведь еще только учусь и придется чуток подождать.

«Весьма заурядный Дар» у нее, как же. Целитель — это очень серьезно и такие люди на вес золота. Сколько их наберется в миллионном городе, который по праву считается столицей Сибири и в котором Одаренных чуть меньше, чем в Питере? Двое на весь город, а теперь трое. Заурядный Дар, ага.

— Мария Владимировна, мне нужна от вас еще одна услуга и пригласил вас, собственно, ради нее.

— Вот как? — блондинка изогнула бровь и присела в кресло напротив. — И чем же я могу вам помочь, Андрей Михайлович?

— Не мне, Мария Владимировна. Вернее, мне, но эм-м опосредованно. — я улыбнулся Масяне. — Нужно отрастить ногу и восстановить руку нашему директору.

Она кивнула, подтверждая, что ожидала такой просьбы.

— Насколько я понимаю, Андрей Михайлович, вы хотите расширить наш договор с единичного обмена услугами до некого рамочного соглашения. Верно?

— Неверно, Мария Владимировна. — твердо посмотрел ей в глаза. — Я предлагаю дружбу и взаимовыручку.

— Во-о-т как. — во взгляде девушки появилась задумчивость. — А вы не опасаетесь за свое будущее, граф? Если дружба такого, как вы и такой, как я, всплывет, то перед вами могут оказаться закрыты многие двери высшего общества. Вы уверены, что готовы поставить на кон свое будущее ради услуг начинающего Целителя?

Я едва удержался от смеха. Ставлю на кон свое будущее ради пацана, который не может нормальную кличку себе выбрать, а тут целая ОНА.

Вопросы — вопросики.

— Мария Владимировна, а вы действительно считаете, что нашу с вами связь удастся скрыть от тех, кто обладает реальной властью? — все же не удержался от усмешки. — САМА Масяня наведывается в какой-то детдом, который сама же и спонсирует… Дружба ради услуг начинающего Целителя… Нежели вы такого мнения обо мне? Неужели не поняли суть мальчишки перед вами? Нет, Мария Владимировна, я ставлю свое будущее на кон каждый день, а дружбу предлагаю впервые и отнюдь не ради услуг. Я предлагаю ее, потому что вы — это вы.

Масяня как-то сразу растеряла весь свой лоск и кокетство. Передо мной сидела крайне опасная девка и буравила тяжелым взглядом. Виду не подал, но в кабинете директора, где мы находились вдвоем, стало неуютно и куда более тревожно. Словно появился некий невидимый груз, который ощутимо придавил плечи. И чего я такого сказал?

— Дружба… — прохрипела хищница, словно пробуя это слово на вкус. — Дружба не заканчивается хорошо для таких, как я и для тех, кто рядом с такими, как я. Знаешь почему? Потому что одних используют против меня, а другие умирают за меня. Каким другом хочешь стать ты?

Вот теперь я не удержался от смеха и остановился только от резкой боли в неуспевшей зажить ключице. Неприятно, но вид взбешенной моим поведением Центровой куда более неприятен. Так почему же мне так весело?

Потому!

— Мария Владимировна, простите меня, пожалуйста! Честное слово — не хотел вас обидеть.

Я смахнул выступившие слезы и даже ни на секунду не устыдился этой нежданной влаги. Здесь стыдиться нечего — это другое.

— Я-то думал, что вы откажетесь по совершенно другой причине. — подмигнул пышущей злобой валькирии и пояснил. — В первую очередь рядом со мной опасно находиться именно вам! Неужели вы до сих пор не поняли? Ну же! Сколько человек в нашей стране может «на глаз» определить потенциал претендента на Прорыв? Определить для него подходящую жертву или увидеть кривого в толпе? Вы всерьез считаете, что все мои возможности заключаются в зарядке особого амулета? Вы вообще не должны были Дара получить! Потому что потенциал у вас слабый, Мария Владимировна, как и у Казаха, а Ух не должен был прорваться. Понимаете? Мой Дар позволяет исключить ТУ САМУЮ неопределенность! Ту, которой боятся все дети без исключения, а их родители платят огромные деньги хоть за какой-то намек. На всю страну только один такой человек — Мещеряков Роман Авраамович. Вы не могли не слышать о нем. Был один! Теперь нас двое.

По мере моего монолога во взгляде фурии появлялось понимание. Все же не так уж она и хороша, как я напредставлял себе. Вот Ефимов сразу все понял. Опыт, может, и возможно пропить, но отставному офицеру этот подвиг не дался.

— Впрочем, вы наводили порядок в обретенном королевстве, а потом занимались «своим» кривым и я уже молчу про знакомство с новыми силами. Дел хватало. Понимаю.

Масяня замерла, глядя в видимую только ей точку и лишь мерно вздымающаяся высокая грудь показывала, что девушка жива. Оценивает перспективы? Риски? Качество окраски стены?

Не имеет значения.

Все это время я сидел и смиренно ждал. Минуту. На второй минуте уже не удержался от тяжелого вздоха.

— Мария Владимировна?

— Что?

И ведь смотрит так, как будто впервые видит. Вылупилась глазищами своими огромными и губы облизывает. Даже неловко как-то.

— Граф, а вы знаете, почему каждая девка рада перед Одаренным ноги раздвинуть? — неожиданно выдала Масяня, подавшись вперед.

Не предвидя подобного выпада сглотнул и поплыл. Много ожидал. От удивленных восклицаний до ругани, но чтобы так… Еще и ее неизменная белая футболка натянулась на упругие полушария. И запах от нее такой. Как будто вишня или…

Я понял, что вжался в спинку кресла и окончательно смутился. К горлу подкатил очередной комок, который никак не получалось сглотнуть, а глаза зажили своей жизнью и никак не хотели встретиться со взглядом собеседницы.

— Н-нет.

— Потому что от Одаренных дети рождаются редко, но если рождаются, то почти всегда с потенциальным Даром.

— Ну-у, об этом-то я знаю достаточно. — судорожно выдохнул, радуясь хорошо знакомой теме. — И позвольте…

Она рывком сдвинулась на самый краешек кресла, вновь заставив меня умолкнуть одним только действием. Я машинально поднял взгляд и провалившись в синие омуты ее глаз, захотел оказаться где-нибудь еще.