Страница 53 из 72
Глава 27
Карим
Я вполне себе терпел Диляру рядом и лгал самому себе, что меня устраивает этот брак. Хотел показать Полине, что я кому-то нужен. Хотел заставить ее ревновать. Да, я был на нее адски зол! Нуждался в мести!
Но ничего не вышло. По итогу причинил вред только самому себе.
– Не переживай, я буду вести себя паинькой, – запела Диляра совсем по-другому, улавливая мой посыл. – Хочу лишь убедиться, что нашему браку ничего не угрожает. Мы ведь образцово-показательная семья. И скоро у нас будет пополнение.
Я не сразу понял ее фразу, а затем она вдруг опустила руку на живот и погладила его. Показательно, намекая на…
– Ты беременна?! – спросил я и стал подсчитывать даты, когда мы последний раз были с ней близки.
– Мы должны родить наследника, Карим. Сына! Все от нас этого ждут, – произнесла она как-то странно, оставив меня в сомнениях.
Намекала ли она на беременность, или просто хочет забеременеть.
Ребенок от Диляры мне не нужен. Мне нужен развод, и это только вопрос времени, когда я поставлю точку во всей этой истории. У нее ни разу не было даже задержки, так откуда ребенок? Я привык верить интуиции, и сейчас нутром чуял, что Диляра что-то задумала. Если и беременна, то с какой-то целью и хитрым расчетом.
Но я выясню. Пусть не думает, что сможет меня облапошить!
А рожать мне детей будет Полина!
Диляра потащила меня в центр зала, а я так выпал из реальности, что не сразу осознал, напротив кого мы остановились.
– Поздравляю с открытием танцевальной студии! Место для строительства было выбрано невероятно удачное, Руслан. Вы сделали для своей невесты такой великолепный подарок. Сразу видно, как вы ее любите, – заулыбалась Диляра, пока я отходил от ее слов.
Нет. Никак нельзя допустить ее беременности, иначе Полина никогда не примет меня обратно. Мои шансы и так стремятся к нулю, а забеременей Диляра, и дорога к любимой женщине будет закрыта.
– Добро пожаловать! – ответил Диляре Руслан, а вот Полина смолчала, даже не посмотрела в нашу сторону, будто мы – пустое место.
Такие же гости, как все остальные. И будто не были мы так близки, что становилось неясно, где она, а где я. Словно мы не были единым целым.
Гноящаяся рана внутри засаднила. Закровоточила.
Полина смогла больно уколоть своим равнодушием. Холодная статуя, а не моя любимая, страстная, восторженная жена, смотрящая на меня как на бога.
А что теперь? Что, Полина? Ты правда совсем ничего не чувствуешь?
Неужели я недостоин того, чтобы ты хотя бы взглянула на меня одним глазом?
Я же смотрел на нее не таясь. Моя это женщина. Моя. Пусть и не подает вида, но я знаю, я верю, что смогу вернуть ее, завоевать, снова сделать своей по праву.
В постели, в сердце, в мыслях – везде буду главенствовать я!
Кровь быстрым потоком отлила от головы, пах натянулся от неуместного желания, которое мгновенно поработило меня.
Унять его я был не в силах, ведь красота Полины сражала наповал.
Она и раньше была прекрасным, чувственным цветком, но юной. Едва распустившимся бутоном. И это я был тем, кто научил ее всему. Я был ее первым – и я буду единственным, даже если мне придется пойти на крайние меры, прикончить Полянского, похитить жену и привязать к кровати, мучая ласками, пока она не сдастся.
Но в этот раз я буду действовать иначе. Я наделал ошибок. Я вел себя как дерьмо. Унизил любимую женщину, дал себе и другим ее обидеть. Она сказала всё верно, и хоть во мне тлела обида, что она не дала и шанса высказаться и нормально объяснить свою позицию, я признавал в ней право чувствовать себя потерпевшей стороной.
Я потерял ее, потерял дочь – и теперь готов действовать разумно, а не как дикий горец, мнящий себя во всем правым.
Я ошибся – но все свои ошибки искуплю.
Ради Полины наступлю на горло ненужной гордости, она здесь совсем не помощник.
Она поймет, что я готов пойти на всё, чтобы вернуть всё как было.
Голодным взглядом шарил по ее закрытому длинному платью. Красивая темно-красная ткань струилась по телу и обнимала его. Подол скрывал стройные ножки, прятал от меня волнующие изгибы и дразнил воспоминания. Впервые в жизни я завидовал тряпке! Сердце запульсировало внутри, колотясь о грудную клетку.
Черт, Полина, женщина, как бы я хотел избавить тебя от этого футляра…
Стоял, смотрел на нее и сгорал заживо. Странно, что от меня не шел пар. Дикий зверь внутри встал в стойку. Приготовился к прыжку, хоть я и запер его в клетке.
Тихо, Карим, тихо, здесь люди, а ты не дикарь…
– Отличный подарок, – выдавил я из себя, чтобы заполнить неловкую паузу, но не отрывал своего взгляда от Полины. Она похорошела за этот год. Будто расцвела. Такой я видел ее в последний раз еще до нашего с ней брака. Когда только встретил. Она вся сияла изнутри и испускала счастье. Неужели наш развод пошел ей на пользу? Или это любовь другого мужчины так на ней отражалась?
Я сцепил зубы и задержал дыхание, чтобы успокоиться. Но не помогло. Внутрь словно кто-то вбил кол, острием протыкая все органы, но в первую очередь – сердце.
Внутренности скручивались в тугой жгут, превращались в фарш, когда я смотрел на Полину под руку с Полянским. Так и хотелось оторвать ему их под самый корень, чтобы не распускал на то, что принадлежит мне!
– Руслан меня балует, я так благодарна ему. Он во всем меня поддерживает, – вдруг произнесла Полина и впервые за вечер глянула мне в лицо. Там не было прежних чувств, которые бы срезонировали с моими, которые так и гудели внутри, лишь холод и равнодушие. Чистый белый лист, на котором не было ни одной эмоции. Ни одного чертового всплеска в мою сторону!
Как же так, Полина? Как же так?
– Очень рад за тебя, Полина, – произнес с плохо скрываемым раздражением.
Камень в мой огород с ее стороны засчитан. Но она права. Я активно сопротивлялся тому, чтобы она вообще работала, и сейчас она почти прямо говорила, что нашла то, чего не могла получить в браке со мной. Горько. Горько, я не догадался, как это важно для нее. Жизненно необходимо. Думал, что меня одного хватит, чтобы заполнить всю ее жизнь.
Но Полина не такая…
– Благодарю, Карим, – сухо произнесла она и выдавила из себя улыбку.
Фальшивую, ненастоящую. В ней не было тепла. Я ведь знал, как улыбалась прежняя – моя – Полина. А эта новая женщина не моя, и в этот виноват лишь я сам.
– Как Диана? Я бы хотел обсудить с тобой наши с ней встречи.