Страница 100 из 116
И вот Анна Степановна с Константином уже под руку шли к загсу мимо восторженных зрителей, а Василий снимал их проход. Я же не стала просто смотреть, а начала снимать других невест с их женихами, родственниками и подругами, которые сузив глаза и поджав губы, завистливо разглядывали порозовевшую от смущения Анну Степановну. Я подмечала всё: глаза, перешёптывания и даже недовольство, ведь по разочарованным взглядам и вздохам было видно, что многим невестам уже не нравился их собственный наряд и они бы тоже хотели быть в таком же платье, как у проходящей мимо красотки. А я про себя порадовалась, что не зря решила снимать с другого ракурса. Ведь как сказал однажды какой-то умный философ, что зависть - это особое чувство справедливости, которая бывает двух видов: корыстная и бескорыстная. Корыстная - "Хочу, чтобы и у меня это было!". Бескорыстная - "Хочу, чтобы и у неё этого не было!". Так вот, у многих невест в глазах была бескорытная зависть и их взгяды в этот момент были самыми искренними и говорили сами за себя.
Уже в здании загса, когда мы все ждали очередь на регистрацию брака наших молодожёнов, мимо их пары несколько раз туда-сюда прошли несколько девиц, намеренно замедляя шаг возле Анны Степановны. Самая бойкая видимо не выдержала и обратилась напрямую к нашей невесте:
- Простите меня за наглость, но вы не скажете где достали своё платье и фату?
Анна Степановна как всегда на секунду растерялась и даже ещё не успела придумать ответ, как её уже опередила Валентина Александрровна. Она гордо выпятила грудь в нарядном шифоновом цветастом платье и важно и в то же время ехидно произнесла:
- За наглость прощаем, а вот где мы взяли такой наряд, то там его уже нету.
Но девушка не обратила внимания на неприветливую женщину, так как видимо сама была не робкого десятка, поэтому тут же задала другой вопрос, обращаясь всё так же к Анне Степановне.
- Скажите, а вы ещё никому своё платье продать не обещали? - спросила она, напрочь игнорируя нахмуренную мать невесты, которая уже набрала в грудь воздуха, чтобы отшить нахальную особу. - Я бы у вас купила. И ещё вопрос, а у кого вы приобрели розы, их кто-то в нашем городе в теплице выращивает, да? Или же вам их привезли откуда-то?
Анна Степановна с улыбкой посмотрела на свой букет и ответила:
- Это искусственные розы. Они не завянут никогда.
После её слов девушка с ошеломлённым видом уставилась на цветы и ненадолго потеряла дар речи. Рядом с нею стояли с открытыми ртами другие заинтересованные девушки и молодые женщины, которые заинтересованно прислушивались к их разговору.
- Это просто невероятно! - прошептала одна из них.
- А платье? Что вы скажете по поводу платья? - всё не сдавалась бойкая девушка.
- А своё свадебное платье и фату я никогда и никому не продам, ни за какие деньги. - с немного виноватой улыбкой ответила Анна Степановна и с любовью посмотрела на Константина, который нежно обнял её и легонько поцеловал в щёчку.
- Жаль. - расстроенно ответила ей девушка, но через секунду её взгляд стал другим и она произнесла: - Но я хорошо запомнила, как оно выглядит и закажу в ателье похожее, можете не сомневаться! До свидания!
Сказав это, она высоко задрала свой острый носик и нервно дёрнув плечами, пошла в сторону своей компании, а остальные девушки ещё немного пристально поглазели на наряд, словно во всех подробностях пытаясь его запомнить и только после этого ушли восвояси.
- Фу-ты ну-ты. - ехидно произнесла им вслед Валентина Александровна, а Марфа Устиновна, которая пристроилась сбоку, согласно покивала головой.
- Гражданин Вершинин и гражданка Меркулова! - громко произнесла работница загса, на которой был скучный костюм цвета детской неожиданности, из под пиджака которого выглядывала бледно-розовая шифоновая блузка с бантом на шее. - Прошу жениха с невестой и гостей пройти в зал бракосочетания!
Константин и Анна Степановна суетливо встали перед двустворчатыми дверями, а родственники, гости и я в том числе пристроились сзади. Заиграл марш Мендельсона и мы строем направились в торжественный зал. Правда перед этим произошла небольшая заминка. Когда Василий хотел зайти самым первым, то бдительная блюстительница гражданских браков попыталась остановить его несанкционированное проникновение в святая святых. И только после того, как ей объяснили, что молодой человек снимает свадьбу на видеокамеру, она нехотя пропустила его вперёд всех.
Далее шла стандартная процедура, где равнодушная женщина с наигранной улыбкой торжественно читала напечатанный текст, который держала в раскрытой красной папке. Меня всегда на этом моменте удивляло одно: ну неужели женщины, работавшие в загсе не один год, не могли выучить поздравления и пожелания вступающим в брак? Ведь там всего-то и надо было, что запомнить имена жениха и невесты, которые расписывались в этот момент. Так нет же, они в обязательном порядке держались за папку, словно за какой-то спасательный круг, который им не даст пойти на дно, если они вдруг нечаянно запутаются в словах.
Но вот прозвучали клятвы верности, жених и невеста надели друг другу кольца, поставили свои подписи в документе и наконец поцеловались уже как муж и жена. Родственники новоиспечённой молодой семьи со слезами на глазах стали их, а так же друг друга поздравлять и желать всего самого наилучшего. И пока они обнимались и целовались, я с другими детьми-подростками, которые были в числе приглашённых гостей, поспешила на выход.
Дело в том, что ещё до того как невеста и жених приехали в загс, я познакомилась с младшим сыном Фаины Рашидовны, которому было шестнадцать лет и ещё двумя девочками и мальчиком примерно тринадцати-четырнадцати лет. Им я дала задание своеобразно поздравить Константина и Анну Степановну уже после того, как они распишутся. Когда я им объяснила, что от них требуется, то они с радостью согласились.
И вот сейчас мы на улице ждали, когда появятся главные участники сего действа. Когда же они появились на крыльце и стали спускаться по ступеням, то ребята с весёлым смехом стали пускать в их сторону блестящие разноцветные конфетти и белоснежный серпантин, которые я им раздала по несколько штук на руки. Костя и Анна Степановна радостно улыбались, хотя сначала от неожиданности вжали голову в плечи, а я всё это снимала на видеокамеру.