Страница 56 из 66
Глава 25.
Пальцы мелко дрожали, пока я нажимала на заветную кнопку вызова в контактах. Едва в трубке раздался первый гудок, я поняла, что не смогу удержать этот дикий, лавинообразный восторг в себе. Гордость и радость буквально переполняли меня.
— Веснушкина? Что-то случилось? — в трубке мгновенно раздался глубокий, встревоженный голос Марка, а на заднем плане послышался сухой шум какой-то строительной площадки. Наш угрюмый босс явно контролировал заливку очередного фундамента.
— Марк! Ты не представляешь! — радостно закричала я прямо посреди шумного фуд-корта ТРЦ, напрочь забыв про свою строгую юридическую сдержанность.
— Меня пригласили! Настоящее, официальное собеседование в «Легал-Консалт»! Завтра к одиннадцати часам утра! Они сами позвонили, изучили мое резюме и красный диплом. Понимаешь? Сами! Без всякого блата и помощи Савельева!
В трубке на секунду повисла тишина, а затем до моего слуха донесся его низкий, невероятно теплый и бархатный смешок. Я отчетливо представила, как на его суровом лице сейчас расплывается та самая редкая, гордая мужская улыбка.
— Поздравляю, госпожа юрист, — негромко, с глубокой хрипотцой произнес он, и от его интонаций по моему телу пробежала приятная волна тепла.
— Я и не сомневался, что этот город капитулирует перед твоим упрямством. Такой триумф требует немедленного пересмотра нашего вечернего регламента. Предлагаю отметить это событие роскошным ужином в ресторане. И на этот раз никаких хачапури из бумажных пакетов на берегу. Отказы не принимаются, Лина.
Я весело рассмеялась, прижимая телефон к уху. Сегодня мне совсем не хотелось спорить и выстраивать оборонительные стены. Я заслужила этот праздник.
— Хорошо, Марк Александрович, я согласна, — с улыбкой уступила я, демонстрируя ямочки на щеках.
— Заезжай за мной в семь вечера. Я буду готова.
Повесив трубку, я пулей полетела к выходу из ТРЦ. У меня оставалось всего четыре часа, чтобы подготовиться к нашему первому официальному светскому свиданию в статусе нормальной пары.
Вернувшись на свою суверенную территорию седьмого этажа, я первым делом бережно извлекла из лаконичного пакета свою самую главную, шальную покупку. В бутике мне безумно приглянулось одно платье, и я просто не смогла пройти мимо. Оно было выполнено из нежного, струящегося шелка глубокого пудрово-розового оттенка. Никакого пафоса, но этот крой идеально подчеркивал мою тонкую талию, хрупкие ключицы и фарфоровую кожу, заставляя золотистую россыпь веснушек на плечах казаться драгоценными искрами.
Я быстро сходила в душ, распустила свои золотисто-медовые кудри, позволив им мягкими волнами падать на спину, и нанесла самый легкий, почти незаметный макияж. Когда шелк платья плавно скользнул по моему телу, а на ногах оказались изящные бежевые туфли на шпильке, я замерла перед зеркалом. Из него на меня смотрела совершенно новая Лина Веснушкина. Не напуганная студентка в фиолетовом свитере хаоса, а нежная, уверенная в себе и ослепительно красивая женщина.
Ровно в семь вечера тишину двора разрезал знакомый хищный рев двигателя Porsche. Я сделала глубокий вдох, подхватила маленькую сумочку и спустилась вниз.
Марк уже ждал меня у подъезда. Стоило тяжелой двери открыться, как он неторопливо обернулся, вынимая руки из карманов брюк строжайшего черного смокинга. И в ту же секунду наш железный застройщик застыл на месте как вкопанный.
Его ледяные серые глаза мгновенно потемнели до цвета грозового неба, зрачки расширились, а на породистом лице заходили желваки. Он сканировал мой нежный, шелковый образ с таким первобытным, голодным и одновременно ошеломленным мужским восторгом, что у меня перехватило дыхание. Каменная маска миллиардера слетела с него за долю секунды.
Марк сделал один стремительный шаг навстречу, напрочь забыв про все приличия тихого дворика, перехватил мою талию своими большими, горячими ладонями и собственнически прижал мое податливое тело к своему жесткому торсу.
— Веснушкина… ты издеваешься надо мной? — хрипло, ураганным шепотом произнес он мне прямо в губы, и его дыхание опалило мою кожу. Его пальцы судорожно сжали шелк на моей талии.
— Какой к черту ресторан? Какое министерство? Я прямо сейчас закину тебя обратно в машину, утащу в свою спальню на тридцатый этаж и запру там до конца твоих девяноста дней самостоятельности. Ты слишком красивая, Лина. Невыносимо.
Я звонко, счастливо рассмеялась, упираясь ладонями в его безупречные лацканы и шутливо качая головой.
— Никакой спальни, Марк Александрович! У нас всё строго по контракту — официальный ужин в честь моего первого юридического успеха. Держите себя в руках, босс, и везите меня в ресторан. Счетчик тикает!
Марк сокрушенно, но безумно довольно выдохнул, дразняще прикусил мою нижнюю губу и наконец открыл передо мной кожаную дверь автомобиля. Наша затяжная игра характеров вышла на совершенно новый, головокружительный уровень, где правила писали мы оба.
Зал премиального итальянского ресторана был погружен в мягкий, приглушенный полумрак, сквозь который пробивался лишь теплый блеск сотен свечей . Негромко играл живой джаз, пахло дорогим вином, трюфелем и свежими цветами. Но для меня весь этот пафос высшего света перестал существовать в ту секунду, когда мы сели за самый дальний, уединенный столик у панорамного окна.
Всё время, пока официант разливал по бокалам прохладное белое вино и приносил закуски, Марк Александрович не мог отвести от меня взгляда . Вообще. Его ледяные серые глаза, обычно сканировавшие мир с холодным расчетом строительного магната, сейчас горели таким первобытным, голодным и невыносимо чувственным мужским огнем, что у меня то и дело перехватывало дыхание . Шелк пудрового платья казался слишком тонкой защитой перед этим гипнотическим давлением .
Марк вел себя как абсолютный, уверенный в своей победе хищник. Наша двухметровая субординация была не просто нарушена — она была стерта из его личного регламента .