Страница 42 из 66
. Я не могла бросить Эмилию после всего пережитого стресса, это было бы верхом профессиональной и человеческой безответственности. Но оставаться здесь навсегда я тоже не планировала. Между нами с Марком Александровичем снова выросла многометровая ледяная стена субординации, которая стала еще толще после той бурной ночи и приезда Стефании .
В районе двенадцати часов дня, пока Эмилия увлеченно рисовала в детской, мой старенький смартфон в кармане джинсов завибрировал. На экране высветился незнакомый городской номер. Я удивленно нахмурилась и нажала кнопку ответа:
— Алло? Ангелина Валерьевна Веснушкина? — раздался в трубке строгий, профессиональный женский голос.
— Здравствуйте. Вас беспокоит главный специалист отдела по ликвидации несостоятельных активов Центробанка. Мы рады сообщить вам, что процедура банкротства вашего коммерческого банка успешно завершена. Из резервных фондов Агентства по страхованию вкладов выделены средства для полного покрытия вашего депозита. Ваши сто сорок тысяч рублей и накопленные проценты разморожены. Вы можете получить их в любом отделении банка-агента начиная с сегодняшнего дня .
Я застыла посреди коридора, полностью потеряв дар речи. Телефон едва не выскользнул из моих ослабевших пальцев. Мои сбережения! Те самые деньги, которые сгорели за одну секунду и едва не лишили меня будущего, вернулись ко мне!
Это был знак. Окончательный, беспощадный знак того, что моя черная полоса подошла к концу. Учебу в университете я закончила, красный диплом лежал в рюкзаке . Из студенческого общежития по регламенту вуза мне нужно было съехать в течение трех дней — комендант уже предупредила, что списки на выселение подписаны . Теперь, когда у меня на руках были мои собственные, честно заработанные деньги, я могла не зависеть ни от кого. Я могла и должна была найти себе жилье.
В свое личное время, пока Эмилия спала днем, я устроилась на диване в гостиной, открыла ноутбук и принялась лихорадочно просматривать сайты по аренде недвижимости. Мне нужна была маленькая, скромная, но полностью своя однокомнатная квартира в тихом районе, поближе к метро, чтобы я могла спокойно начать искать постоянную работу юриста после того, как покину этот пентхаус .
Прошли дни . Но спокойно жить нам не давали. Стефания съехала, но сдаваться она не собиралась.
Она начала атаковать телефон Марка непрерывными звонками. Я слышала, как из его кабинета то и дело доносился его яростный, сдерживаемый рык, когда он в сотый раз сбрасывал её вызовы. Более того, Стефания пошла дальше — она начала караулить нас на улице. Во вторник во время нашей дневной прогулки с Эми на детской площадке у парка из припаркованного такси неожиданно вышла бывшая жена Марка. Без своего белоснежного пальто, в огромных черных очках, она подошла к деревянной скамейке, где я сидела с книгой, и смерила меня уничтожающим взглядом.
— Наслаждаешься моментом, Веснушкина? — процедила она сквозь зубы, шныряя глазами по сторонам.
— Думаешь, выставили меня, и ты теперь королева? Марк никогда не женится на прислуге. Эмилия — моя дочь, и она рано или поздно заставит отца вернуть меня. А ты для него — просто временная заплаткой на разбитом сердце. Проваливай из этого города, пока я не устроила тебе настоящие проблемы через суд.
Я медленно закрыла книгу, выпрямила плечи и посмотрела на неё своим самым холодным, юридическим взглядом:
— Стефания Александровна, статья 119 Уголовного кодекса — угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, а также статья 137 — нарушение неприкосновенности частной жизни. Наш разговор сейчас записывается на диктофон моего смартфона. Если вы еще хоть раз приблизитесь ко мне или к ребенку, эта запись пойдет прямиком в прокуратуру вместе с заявлением от Савельева. Всего доброго.
Стефания испуганно отшатнулась, её губы мелко задрожали от злости, и она стремительно попятилась обратно к такси. Я проводила её взглядом, но руки внутри карманов куртки мелко дрожали.
Вечером, когда Марк вернулся домой, я зашла к нему в кабинет, чтобы сдать отчет по расходам. Я стояла у края стола, строго соблюдая дистанцию в два метра, пока он изучал бумаги. На его рабочем столе рядом с чертежами лежал раскрытый договор с новым элитным агентством по подбору персонала — Марк уже дал Савельеву указание искать новую гувернантку, как я и требовала .
Я видела, как он просматривает анкеты пятидесятилетних строгих женщин с рекомендациями. В его серых глазах бушевал самый настоящий, тяжелый шторм. Он знал, что я ищу квартиру. Он знал, что мои деньги разморожены, и я съезжаю из общаги . И то, что я честно жду новую няню, выполняя обязанности строго по часам, сводило моего угрюмого босса с ума сильнее, чем любые крики. Каменная стена субординации стояла прочно, но воздух в кабинете был настолько горячим, что пороховая бочка наших чувств была готова взорваться от любой искры.
Марк
:
Видеть, как Ангелина Веснушкина каждый день сидит на моем диване с ноутбуком и методично перебирает объявления о съеме однокомнатных квартир на окраине города, — это было самым изощренным, невыносимым испытанием для моей психики.
Она не сбежала с чемоданом. Она честно, со всей своей юридической и педагогической ответственностью продолжала ухаживать за Эмилией, пока Савельев лихорадочно тряс агентства в поисках новой няни. Но эта её идеальная, холодная исполнительность доводила меня до бешенства. Лина застегивала свою белую блузку на все пуговицы, держала дистанцию в два метра и общалась со мной исключительно как наемный сотрудник. Она готовилась уйти. Уйти в свою новую, независимую жизнь на те сто сорок тысяч, которые ей так не вовремя вернул лопнувший банк.
А тут еще Стефания, которая продолжала обрывать мой телефон и, как доложил Савельев, посмела караулить Лину на детской площадке с угрозами. Когда полковник положил мне на стол аудиозапись, где Лина спокойно, стальным голосом цитирует моей бывшей жене статьи Уголовного кодекса, защищая себя и Эми, у меня внутри окончательно сорвало все тормоза контролируемой ярости.
Эта веснушчатая девчонка со стальным характером защищала мой дом, мой покой и моего ребенка, пока я трусливо прятался за анкетами новых гувернанток, пытаясь соблюдать её идиотский ультиматум .