Страница 26 из 34
Глава 14
Я надеялась больше о нем не слышать, но драконьим богам, видимо, показалось забавным, чтобы разные мужчины тыкали им в меня снова и снова…
— Такие горячие строки… Такие возбуждающие мечты… — протянул чешуйчатый. — Уинфорд ведь посмеялся над ними, да? Наверное, сказал, как такая недостойная, как ты, посмела мечтать о нем? Что ты и в подметки не годишься его высококровной невесте, которая вот-вот станет его женой? Я прочитал в газете, что они уехали вместе на Валь де Изер. Красиво там. И дорого. Мне на такой отдых вовек не скопить, как бы я не экономил империалы. Как же грустно, что такие прелестные девушки, как ты, дарят свою любовь недостойным. И совсем не смотрят на достойных…
Сучич приблизился и склонился ко мне совсем близко. Поправил прядь моих волос…
Вблизи от него пахло каким-то мускусным запахом, напоминающим рыбный.
Я задержала дыхание, но надолго это делать не получилось.
— Что так смотришь на меня? Тебе противно, да? Я тебе противен такой, какой я есть?
Этот лейтенант уже откровенно меня пугал почище испанского сапога.
Меня замутило, а в голове, у самых висков, начала пульсировать боль.
Соберись, Тесс!
— Стихотворение в газете было напечатано без моего согласия. Меня хотели унизить.
— Это ничего не меняет — написала-то его все равно ты. И посвятила Уинфорду. Все вы, бабы, одинаковые… Все смотрите на внешность. На богатство, статус. И никогда не смотрите на душу…
Сучич явно хотел, чтобы начала оправдываться или разубеждать его, вступила с ним в личный диалог, но вместо этого я повторила:
— Какое все это имеет отношение к делу Гроув, лейтенант?
— Знаешь, а я ведь мог бы написать рапорт о том, что все проверил и ты непричастна к ее убийству высококровной. Подозрения были сняты с тебя, и ты вернулась назад в АВД и снова стала служанкой своего любимого ректора…
Мужчина улыбнулся, показав свои треугольные острые зубы.
Господи, что же он такое ел, что от него так пахнет? Или дело совсем не в еде, и Сучич благоухает сам по себе?
Отвращение к нему смешивалось с липким, вползающим в душу страхом, и я даже не знала, чего из них было больше.
Пожалуй, больше всего было какого-то мутного марева, которое клубилось перед глазами.
Что-то с ним было не так.
— Если бы ты стала со мной встречаться…
— Что?
— Иногда встречаться со мной, и рассказывать об Уинфорде. Ничего особенного. С кем он встречается, о чем разговаривает, какой у него распорядок дня, какое он вино пьет… Порой будут поручения — отснять какие-нибудь его документы или капнуть пару капель… эм… лекарства в его напиток… Сущая мелочь, в общем. Наш маленький союз был бы отличной местью высокомерному уроду за то, что тобой пренебрег, согласна?
Я вздрогнула, как всегда, стараясь не выдать лицом своих эмоций.
Так вот тут какие расклады пошли…
Сучич хочет, чтобы я шпионила для него на Лейтона?
Сливала секретные документы, подмешивала ректору что-то в еду?!
— Я согласна, лейтенант. Замечательная месть за его высокомерие по отношению ко мне. Пишите рапорт о том, что вы признаете меня невиновной.
Довольный лейтенант ухмыльнулся так широко, как будто под фильтром «большой рот», что меня передернуло.
Я очень надеялась, что теперь наконец-то чешуйчатый отойдет и перестанет дышать на меня своим амбре, но тот продолжал упорно торчать перед самым моим носом.
Как будто специально.
— Что ж, я необыкновенно рад, что мы договорились, и ты готова сотрудничать, Тесса. Но любой договор нужно скрепить — я же не могу поверить тебе просто так, на словах, красавица…
Боже, боже, кажется его не провести!
— Скажи, ведь ты хочешь отсосать Лейтону Уинфорду? Ты же мечтаешь об этом, да?
Тошнота подступила к горлу.
Сучич расстегнул ширинку своих потрепанных штанов и достал оттуда какой-то ужас.
Что-то обвисшее, тонкое и кривое, покрытое мелкой чешуей.
Вздрогнув всем телом, я резко отвернулась, лишь бы не смотреть.
— А вместо него отсосешь мне. Да, ты отсосешь именно мне вместо этого высококровного придурка Уинфорда, и тогда мы заключим нашу сделку. Я отмажу тебя от убийства — это в моей власти!
Внезапно из уверенного тон Сучича стал умоляющим, совсем жалким.
— Сделай… Ну, пожалуйста… Приласкай меня…
Вместе с омерзением, пробирающим до кончиков пальцев, внутрь вползала ярость.
Всепоглощающая, дикая, нечеловеческая.
Я напряглась, пальцы скрючились, все мое тело пробрало зарядом мощной энергии, как будто ударом дефибриллятора.
Сцепив зубы, дернулась с бешеной силой, и услышала оглушительный лязг.
Железки, в тиски которых была закована моя нога, лопнули, как пластмассовые, а кожаные ремни, удерживающие запястья и колени, лопнули.
Я была свободна!
Вскочив, ударила Сучича коленом в живот.
Движение отдалось в правой ноге резкой болью, зато Сучич согнулся напополам, глядя на меня расширившимися от удивления глазами.
И выдохнул.
Ощутив мгновенный приступ слабости, я рухнула обратно на отвратительный стул.
— А еще слабачкой прикидывалась! Так вот как, оказывается, ты прикончила Гроув, — прохрипел лейтенант.
Пытаясь справиться с головокружением, до хруста сжала пальцы в кулаки.
Я убью его!
Пусть меня потом судят, но я ни за что не позволю этому уроду прикоснуться к себе хотя бы одним своим поганым пальцем!
Было сложно, голова стала, как чугунная, мысли путались и обгоняли одна другую.
— Я убью тебя, — вслух повторила я.
— Это вряд ли. Ведь ты сейчас слаба, как птичка. Так действует мой токсин, — ухмыльнулся Сучич. — Еще одна побочка от неправильно совершенного оборота. Разве я тебе не говорил?
Токсин?
Я до боли закусила губу.
И в этот момент дверь пыточной распахнулась на полную ширину, с грохотом ударив по стенке.
На пороге камеры стоял Лейтон.
В распахнутом черном гражданском пальто, элегантном костюме с галстуком и с беспросветной тьмой в ледяных голубых глазах.
Мне даже показалось, что он — видение, что его нет на самом деле.
Но ректор был реален.
— Майор Уинфорд, вы? — пробормотал Сучич, торопливо пряча свое уродливое хозяйство обратно, после чего тут же обрел уверенность. — А я тут вашу кривовскую обслугу допрашиваю, такая хитрая изворотливая бестия… Но вы не переживайте, она уже почти подписала чистосердечное.
Взгляд Лейтона метнулся от него ко мне, сжавшейся на допросном стуле, как будто сканируя меня насквозь.
Задержался на правой ноге.
Я попробовала легонько пошевелить ею — движение отдалось болью.
И в голове тоже.
— Кстати, позвольте поздравить вас с помолвкой, майор, — волнуясь, вставил чешуйчатый. — С Валь де Изера прилетели? Долго добирались? Я слышал, там плохие погодные условия, снежный буран. Зря вы побеспокоились, майор, мы тут уже все сделали в лучшем виде…
Лейтон медленно вошел в допросную, глядя на Сучича так, что меня оторопь взяла.
Жуткая стылая мгла, как из фильма ужасов — вот, что было в его взгляде.
— Я не был на Валь де Изере, лейтенант, — спокойно сказал Уинфорд. — И отправил в Академию распоряжение дожидаться меня сразу же, как только узнал о смерти Ангелики Гроув.
Но я уже знала этот тон — тонкий слой спокойствия, словно миллиметровый лед, под которым крылась бездна.
— Но вы не дождались. Вы — какой-то жалкий лейтенант из ничтожного летучего отряда постовых распорядились в моей Академии, как будто имели на это полное право. Вы обвинили мою кадетку в тяжелейшем преступлении и без моего спроса увезли ее в свой… — Лейтон окинул взглядом стены, стол, на котором лежало «Знамя АВД», замызганный ковер на полу. — Отстойник. Принуждали ее подписать фальшивое признание, пытали, и… Хотели применить к ней сексуальное насилие.