Страница 24 из 168
Пролистнув следующую страницу, я натолкнулась на проклятие подчинения демона. И тут же поняла, что схема проклятия может мне помочь в создании артефакта. Я впилась в нее взглядом. Крулту, видимо, столкнулся с теми же проблемами при создании проклятия, что и я с матрицей для артефакта. Сделанные мной расчеты не подходили ни для одной из стандартных схем, а схемы не совмещались в одну матрицу. Проклятийник решил проблему по-другому: он соединил три матрицы в виде треугольников, почти образовав единую схему, а к ним добавил стабилизирующие потоки магии руны. Боги! Как же гармонично и просто у него получилось совместить несовместимое, даже не прибегая к сложным расчетам… Схема сошлась, образовав в середине четкий стабильный контур с нечетным числом углов, что для темных артефактов играло немаловажную роль. Моментально перед мысленным взглядом возникли схемы матриц вращающиеся между собой и соединяющиеся в единый узор. И меня вдруг осенила еще одна идея, я поняла, что в центр можно поместить камень подчинения. Теперь у меня все должно получиться! Это было гениально и в то же время просто!
Я тут же вскочила, озаренная новым решением, ощутив резкое головокружение. Корин хотел было придержать меня, но я, схватив листы бумаги и обычное перо, стремглав уже бежала в лабораторию. Наконец меня посетило вдохновение, и я нашла решение вопроса мучавшего меня все последние дни.
Звучала музыка, и запело мое сердце, а я с улыбкой на губах снова чертила, вносила руны, считала, стирала написанное, перемещала символы и снова чертила. Время шло, но я не замечала этого. Лишь уловила, как присоединился Тенебрей, присев за стол Тирела, и занявшись своими делами.
- Лея, уже довольно поздно, - услышала напоминание спустя время.
- Скоро закончу, - ответила, понимая, что я только в середине пути.
Слава всем богам, Тенебрей не стал настаивать, лишь подошел сзади и положил руки на стол по обе стороны от меня, рассматривая, что я делаю. Стало как-то странно. Я не любила, когда мне через плечо кто-то заглядывает, и разрешала это делать только отцу. Работать под этим взглядом я больше не могла и отложила перо.
- Чего занервничала? – ощутил мое напряжение Тенебрей, и его ладонь скользнула по моим волосам, касаясь шеи.
- Не люблю, когда стоят за спиной, - призналась я.
- Не доверяешь по-прежнему?
Мягкий, будто обволакивающий голос завораживал меня, и руки под столом начали дрожать. Но я не испытывала страха, что же тогда? Тенебрей заметил и это и отступил.
- Я могу помочь? – услышала вопрос.
И кивнула доверив ему расчеты. Что ж, он хотя бы не прогонял меня сегодня спать, как маленькую…
Работу я продолжила и завершила очень поздно. Однако не только мы с Тенебреем полуночничали. В гостиной обнаружился за своим столом Стомиан, вырезающий подаренным мною инструментом фигурку из дерева.
Я подошла, ведомая любопытством. На столе уже стояла деревянная миниатюрная фигура орка из красного саурского дерева. Орк был чем-то похож на Нагаса, только с более мощной фигурой, в военных доспехах и перевязях, с кистенем[3] в одной руке и мечом в другой, в угрожающей позе настоящего воина, готового к схватке. Стомиан настолько искусно владел ресьбой, что умудрился даже цепь кистеня сделать из отдельных звеньев.
Сейчас дракон вырезал из темной вишни дроу. Работа была только в начале, и догадаться о том, что он делает, можно было только по картинке из учебника истории, открытого на странице с рисунком сражения темных эльфов.
- Как красиво, - признала я, разглядывая орка.
Несмотря на позднее время, спать мне совершенно не хотелось, несмотря на усталость. На столе у диванов продолжал стоять никем не тронутый пирог и почти полный чайник с чаем. И я решила, что мне уже можно поесть, резко ощутив голод. Тошнота вроде бы прошла.
Через полчаса ко мне присоединились и Корин со Стомианом. Дракон пока не закончил работу с эльфом.
- И для кого ты решил сделать эти фигурки? – поинтересовалась я у мага-стихийника.
Сейчас на столе стоял орк и подаренный мне ранее деревянный дракон. Вместе они составляли композицию, которой можно было любоваться очень долго.
- Ты говорила, что мальчик, которого вы нашли, сирота… - ответил Стомиан. – Я хотел сделать ему подарок.
Я удивилась и обрадовалась одновременно. Он - ребенок, а всем детям нравятся игрушки. Сама я об этом совершенно не подумала. Любой мальчишка будет в восторге от такого необычного и чудесного подарка.
- Спасибо, - улыбнулась я. – Ты очень внимательный, Том.
Дракон смутился и кивнул. Во взгляде я заметила нечто-то глубоко личное, мимолетно проскользнувшее по лицу.
- Я – тоже сирота, Лея, - вдруг признался парень, чему я сильно удивилась.
Стомиан на выходные иногда улетал домой, значит, семья у него какая-то была и такое признание было для меня неожиданным.
- Меня нашли и приютили когда-то гномы, - пояснил он. – Их я и считаю своей семьей.
Сказать, что я удивилась – это практически ничего не сказать. Драконы все же имели много расовых особенностей. В частности, ребенку-дракону, чтобы научиться летать и оборачиваться, обязательно был нужен отец. Именно он учил своего отпрыска всем премудростям и контролировал проявления магии, пока тот не возьмет ее под полный контроль. Ребенок-дракон при обороте мог не вернуться в человеческую форму и одичать. Как же тогда учили этому Стомиана? А летать?.. Сдерживать внутренний огонь, чтоб не испепелить все вокруг?.. Снова становиться человеком?..
Гамма эмоций и вопросов отразилась на моем лице, от чего Стомиан фыркнул, рассмеявшись. Невысказанное я осмелилась произнести вслух.
- Не без труда… - улыбнулся парень, вспоминая о чем-то далеком. И начал рассказывать мне. Видимо, Корин эту историю знал и слушал, обняв меня и не мешая нашей беседе.
[1] Баттута – палка для отбивания такта в музыке и танце.
[2] Ле Виденский вальс в классическом исполнении танца.
[3] Кистень – холодное оружие, состоящее из ручки, цепи и шипастого шара.