Страница 4 из 11
Следующим вечером друзья зовут в “Атмосферу”. Тим задерживается ненадолго, потому что у него новое развлечение - драконить “Кису” - Варвару Литвинову. Нормальная девчонка с нашего потока, одна из принцесс, но средней степени сучности и заносчивости. Одобряю. Не знаю, сколько Тим с ней продержится, но мне кажется, он уже практически по уши. Его заводит их противостояние, и я не могу винить друга. Меня накануне вечером зацепили этим же.
Пока собирался, начал просчитывать маршрут Есении от универа. Проследил за ней по городским камерам, а потом взломал систему безопасности парфюмерного магазина, в который она зашла. И узрел кое-что интересное. Воровато оглядываясь, эта засранка схватила с полки духи известного бренда и побрызгалась ими.
Хм… Не может себе позволить? Или это у нее развлечение такое с розоволосой подругой?
Когда они выбегали из магазина, я ржал в голосину. Это было забавно.
Она забавная…
Я даже завис на несколько секунд, чтобы посмаковать эту мысль. Внутри было какое-то странное тепло, которого я до этого не испытывал.
Вообще сегодня вечером я собирался зависнуть в Даркнете, но потом узнал, что Есения работает, и принял решение все же поехать.
Мы зависли небольшой компанией однокурсников. Тим быстро улизнул после пары бутылок безалкогольного пива, а мы остались. Наш столик обслуживала не Есения. Но со второго яруса клуба я отлично мог следить за ней. Пока наша компания гудела разговорами, я потягивал вискарь со льдом и следил за своей целью. Обзор был отличный. И она… отличная.
Ствол уперся головкой в джинсы, когда Есения, встав на цыпочки, чуть подтянулась к барной стойке, чтобы что-то сказать бармену. Ее маленькая, упругая попка оказалась во всей красе прямо по курсу. Прямо наводи объектив и делай фотку. Ракурс не идеальный, но фантазия дорисует недостающие детали.
Спустя пару часов я спускаюсь прогуляться по нижнему ярусу. Посетив туалет, выхожу оттуда и зависаю. Есения стоит в тени возле барной стойки. Ее локти на столешнице, лицо спрятано в ладонях. Я слегка напрягаюсь, но потом вижу, что ее плечи размеренно двигаются в такт дыханию. Значит, не рыдает.
Подхожу. Встаю прямо за спиной и медленно втягиваю аромат парфюма, которым она набрызгалась в магазине. Хороший выбор. Ставлю себе отметку о том, какие духи ей нравятся. Зачем? Меня об этом лучше не спрашивать. Я и сам не в курсе.
- Какие интересные у тебя духи, - произношу негромко, но так, чтобы она слышала.
Чуть отстраняюсь, потому что задницей чую, что последует дальше, и не ошибаюсь. Она резко разворачивается и впивается в меня взглядом.
- Ты? Вы? - выдает, так и не определившись, как ко мне обращаться. Потом прищуривается и, окинув меня взглядом, задирает подбородок. Растерянность прочь, на сцену выступает боевой хоббит. - Без ноутбука? - спрашивает, вкладывая в этот вопрос весь сарказм. А мне хочется повторить свой вчерашний вопрос, потому что этот беспокойный рот я жажду заткнуть кляпом. Тем, что дергается у меня в штанах.
Глава 4
Есения
Что он так глазеет на меня?
Еще и ухмыляется. Криво. Красивенько. Притягательно.
Не хочу на этом зацикливаться, но память писателя уже работает вовсю, отмечая каждый изгиб его чуть пухлых губ. И резкие черты лица. Короткую стрижку, которая так сильно отличается от тех, что сейчас носят парни.
- Не хочу отвлекаться от созерцания твоей попки, - наконец отвечает он на мой вопрос, а я прищуриваюсь.
- Не надо ее созерцать, - качаю головой.
- А еще специально сегодня пью, чтобы не занимать столик просто так.
Я складываю руки на груди, задевая его мощную и широкую. Только сейчас обращаю внимание на то, что он одет во все черное. Рубашка с закатанными до локтей рукавами, обнажающими крупные предплечья. И брюки. Смотрится просто вау. Но я же этого не замечаю, правда?
- И про чаевые не забудь… те, - выдаю, немного теряясь, когда осознаю, насколько близко мы стоим.
В конце голос подводит и немного хрипнет, а я чувствую, как по лицу растекается жар. В своей голове я, конечно, дерзкая. И могу спонтанно совершить какой-нибудь поступок, например, подойти к незнакомцу в ресторане и пытаться его выставить. Но это так, сиюминутные порывы, вспоминая которые я потом густо краснею. Вот почему я гнала сегодня весь день воспоминания о вчерашнем. А теперь вот он - живое напоминание моей наглости. Как меня еще не уволили после такого?
- Не забу-ду, - он тоже отделяет окончание, как и я. Только у меня это была приставка для проявления вежливости, а для него это, похоже, игра.
Парень тянется в свой карман, достает оттуда держатель для купюр. Вытаскивает две крупные и засовывает их в карман моего фартука.
- Ни с кем не делись, это только твое, - выдает он и, развернувшись, уходит, теряясь в толпе. Хотя ему чтоб потеряться, надо присесть, слишком высокий и крупный.
Я продолжаю хмуриться, и до меня только сейчас доходит, что он только что сделал. Я же его тут не обслуживала! И не заслужила чаевые. Но… возвращать не стану. Скажем, это компенсация за нервотрепку вчера в ресторане.
- Сень, подключайся! - зовет меня бармен, и я киваю.
Пока выхожу из тени, бросаю взгляд на лестницу, ведущую на второй ярус. Словно почувствовала, что он поднимется именно туда. Так и есть. Он, словно тень, проскальзывает наверх и усаживается за один из столиков. Сразу же поворачивает голову и, взяв стакан с виски, сталкивается со мной взглядом, после чего поднимает стакан, салютуя мне, и делает глоток. Я толком не вижу его лица с такого расстояния, но почему-то мне кажется, что он улыбается.
И мои щеки снова в огне…
“Закрой глаза и представь, что вместо твоих пальцев мой язык. Нажми на клитор так, как тебе хочется. И не молчи. Я хочу слышать твои стоны”
Меня встряхивает, когда я сама придумываю такое сообщение от лица героя книги.
Пальцы порхают по клавиатуре. Потяжелевшая голова уже клонится к груди. Глаза слипаются. Но я должна сбросить эту дурную энергию, которая курсирует во мне. Носится кругами, взвинчивая и без того нервное состояние.
До трех часов утра я работала под прожигающими лазерами стальных глаз. Куда бы ни пошла, везде чувствовала, как он наблюдает. А когда какой-то оборзевший дурачок шлепнул меня по попке, клянусь, я ощутила, как он психует. В смысле ОН. Черт, я даже имени его не знаю.
Ладно, все это я себе придумала. У писателей слишком богатая фантазия, которая иногда прорывается на свободу в самые неожиданные моменты.