Страница 92 из 102
— И что? — округлила я глаза.
— Когда тебе было семь лет, он нашёл меня. Ты была в лагере, когда он пришёл. В тот день у нас прорвало трубу, и я вызвала сантехника. Он просил прощения и хотел увидеть тебя. Откуда-то узнал, что я забеременела. Я начала кричать и просила его уйти. Мужчина, который был в доме, вышел на наш крик. Я соврала, что это мой муж и ребёнок от него. Сказала, что сделала аборт от него, чтобы он убирался и забыл дорогу сюда. Он поверил и ушёл. Больше я его не видела.
— Почему ты поступила именно так? А не сделала как все. Подала бы на алименты?
— Не знаю. Наверное, не хотела, чтобы он был в нашей жизни. Особенно в твоей. Я любила твоего отца, но его поступки перечеркнули всё хорошее. Когда пытаюсь вспомнить что-то хорошее, всплывают только плохие моменты, — в её голосе не было боли. — Я поддержу любое твоё решение. Выбирай не только сердцем, но и головой.
Она поцеловала меня, вставая, подошла к двери. Я окликнула ее, когда она уже собиралась уходить.
— Почему ты так никого и не встретила? — спросила я.
Она задумчиво посмотрела на меня.
— После предательства сложно снова доверять. Сначала я полностью посвятила себя тебе. Потом... — она пожала плечами. — Не было никакого желания.
— Ты же ещё молода. Разве не хочется отношений и любви. Возможность имеет еще детей?
Она озадаченно посмотрела на меня, и её взгляд куда-то уплыл. Через минуту она снова твердо смотрит в мои глаза.
- Нет— категоричное. Я кивнула Больше, не пытаясь поднять эту тему.
— Пожалуй, вздремну. Ещё слишком рано для всего этого, — усмехнулась я.
— Хорошо, я сегодня подменяю коллегу и скоро уйду. Еда будет на столе, — она тоже улыбнулась и выходит из комнаты. Оставляя меня одну.
Я вздохнула, глядя в окно. Машина всё ещё стояла на том же месте. Качая головой, я упала на подушку. Действительно, слишком рано. Мне было всё равно, чего он хочет. Пусть хоть живёт в этой машине. Мне плевать.
С этими мыслями я уснула. Раньше я, наверное, не смогла бы заснуть в такой момент. Но беременность выматывает, и вставать рано я не привыкла.
Проснулась я ближе к обеду. Машина всё так же стояла на прежнем месте. Я сходила в душ, позавтракала. Весь день дома мне не хотелось сидеть, и я решила прогуляться.
Из-за беременности у меня заметно увеличился только живот, в остальном я осталась почти такой же. Надела шорты для беременных, которые купила недавно, и футболку — на улице уже было жарко. Волосы собрала в высокий хвост и надела солнцезащитные очки.
Вышла, не обращая внимания на водителя. Будто его и вовсе не было. Может, на вид я и выглядела безразличной, но сердце бешено колотилось, и я чувствовала себя не в своей тарелке. Когда я подошла к калитке, бросила взгляд на машину. Из-за очков не было понятно, куда я смотрю. Стоило мне выйти, как дверь машины открылась, и он вышел оттуда.
Весь помятый, он, скорее всего, даже не спал. Но мне было его не жалко. Это его проблемы.
Я сделала вид, что не заметила его, и пошла дальше. Лёгкой походкой направилась мимо домов, не решаясь обернуться. По дороге встречались соседи, здоровались, улыбались, пока не смотрели мне за спину. Я поняла, что кто-то идёт за мной. В глазах соседей было много вопросов и ещё больше любопытства. Пусть думают что хотят — меня это никак не тревожит.
Они и без меня хорошо себе уже успели на придумывать. Не стоит тратить силы, чтобы что-то объяснять и доказывать. Зашла в продуктовый, купила попить и пошла дальше.
Становилось жарко, и я решила немного позагорать. Вернулась домой, переоделась в купальник, взяла покрывало. Пляж находился недалеко, и я решила прогуляться туда. Позади меня не было тени, и я немного выдохнула. Наконец-то он отстал, может, даже уехал обратно. На это я очень надеялась.
Заняла лежак, улеглась. Намазалась кремом. Отдыхала, даже немного задремала. Я не люблю загорать, потому что быстро сгораю. Легла под зонтик, взяла книгу и попыталась читать. Но мысли то и дело уносились в другое направление. Я старалась вникать в текст, но безрезультатно.
— Юля? — услышала я мужской голос рядом с собой. Поднимаю голову вверх и вижу молодого человека примерно моего возраста. — Вот это встреча! Не ожидала тебя здесь увидеть. Думал, ты в Москве.
Он широко улыбнулся, рассматривая меня. А я до сих пор не могла понять, кто это.
— Прости за странный вопрос. Мы знакомы? — усмехнулась я немного сконфуженно.
— Это же я, Слава Артюхов, — рассмеялся парень.
Я с небольшим усилием поднялась с шезлонга, встала в полный рост и уставилась на него.
— Быть не может, — смеюсь, узнав в нём бывшего одноклассника. Когда я лежала, на мне было полотенце, но теперь был виден мой большой живот. Я не люблю слитные купальники, поэтому надела раздельный, чёрного цвета. Глаза у парня комично округлились.
— Вот это да! — развёл руками.
— Да, — тоже смеюсь.
— Привет вам, — парень продолжает шокировано смотреть на мой живот.
— Неужели слухи ещё не долетели? — усмехаюсь.
— Я здесь по работе. Родители переехали. Я остановился в старом доме. Решил поплавать и увидел тебя, — осматриваю парня. Он сильно изменился со школы. Стал качаться, и вода стекала по кубикам пресса. Понимаю, что пялюсь, и перевожу взгляд на его лицо. Совсем другой человек. Он всегда был симпатичным, а сейчас просто красавчик.
— Ты изменился со школы.
— Да, ты тоже, — усмехается, указывая на мой живот. — Вышла замуж и беременна.
— А что, чтобы быть беременной, обязательно быть замужем? — говорю немного обидчиво.
— Нет, что ты. Я просто подумал, — начинает нервничать. Смеюсь над его выражением лица — он думал, что обидел меня. Пытаюсь его успокоить, и он тоже начинает смеяться.
— Расслабься, в нашем городе некоторые ещё живут в Средневековье. Считают, что женщина должна быть замужем, чтобы заводить детей, — усмехаюсь.
— Да, я и забыл, что люди могут наговорить. Надеюсь, в открытую они этого не делали.
— Нет, но их взгляды говорят о многом, — смеюсь.
— Ты надолго здесь?
— Пока не знаю. У меня академический отпуск. Поживу с мамой, а когда ребёнок родится, решу, что делать дальше. А ты надолго приехал?
— Я на пару недель. Скоро нужно будет возвращаться. Может, вечером прогуляемся?
— Серьёзно? Хочешь породить новые сплетни? — усмехаюсь.
— Мне давно всё равно, что говорят другие.