Запретная для ректора

Глава 19

Васильева стоит спиной к столу ректора, опираясь задницей. Над ней нависает Руслан Эдуардович, держа ту за подбородок.

От этого зрелища у меня подкашиваются ноги, сердце бьется в бешеном ритме. В горле возникает ком, и меня начинает тошнить.

Я никогда не могла представить, что испытаю такую боль, наблюдая, как мужчина, который мне нравится, обнимается с другой женщиной. Это чувство крайне неприятное. Даже до дрожи в руках.

Но, что ещё можно было ожидать от зрелого мужчины? Он привлекателен, обеспечен и успешен. Таких, как я, у него полно. Ничего удивительного. Тем не менее, обида все равно душит.

В ушах у меня гремит собственный пульс, и поэтому я не улавливаю, что именно они говорят. Я вижу, как губы Руслана Эдуардовича шевелятся, но из-за того, в какой позе они находятся, я не обращаю внимания на их лица.

Теперь же я замечаю, как Руслан Эдуардович смотрит на девушку с яростью. Его брови сведены, скулы напряжены, а рука, крепко сжимая её подбородок.

Девушка, в свою очередь, смотрит на него с ужасом. Я не понимаю, что произошло между ними, из-за чего возникло такое напряжение. Пытаюсь успокоиться и сосредоточиться на их разговоре, но, как ни стараюсь, не могу разобрать слова.

Ситуация становится всё более напряженной. Каждый жест Руслана Эдуардовича кажется угрожающим, а реакция девушки вызывает только больше вопросов. Вокруг меня витает тревожная атмосфера, и я все еще не могу уловить суть их общения.

Из моих рук выскальзывает папка с документами, из-за которых я сюда пришла. Я колеблюсь и наклоняюсь, быстро поднимаю её и расправляюсь. На меня устремляются две пары глаз.

Руслан Эдуардович стремительно отходит от девушки и переводит на меня испуганный взгляд. Я подхожу к столу и кладу папку на поверхность.

— Прошу прощения за вмешательство. Светлана Юрьевна просила передать это вам, — говорю уверенно. Собираясь уйти и обдумать ситуацию в другом месте, я разворачиваюсь.

— Васильева, ты свободна. Надеюсь, ты меня услышала, — произносит он, его голос громок и наполняет кабинет.

— Юля, задержись — я вздрагиваю и останавливаюсь на месте. Оборачиваюсь и вижу, что мужчина смотрит на меня, совершенно игнорируя девушку, которая в страхе переводит взгляд от ректора ко мне.

- Васильева, я сказал, свободна, – прорычал он.

Она стремительно убегает, как будто за ней гнался сам дьявол. Девушка тряслась, а слезы сверкали в её глазах. Что произошло? Почему они были в такой интимной позе?

Катя выскочила, хлопнув дверью.

- Похоже, это место проклято, – проговорила я, глядя в ту сторону, где они находились.

- О чем ты? – Руслан Эдуардович подошёл, сел за стол, взяв папку и положив её в ящик.

-Ну как же. Ходили слухи , что предыдущий ректор использовал своё положение и имел интимные отношения со студентками. А теперь вот вы запираетесь с ними в кабинете… Неужели вас не пугает та же участь? – язвила я, не понимая, откуда взялась такая наглость.

Эта сцена подкосила меня, но в то же время придала уверенности. Может, это злоба внутри меня говорит.

Ректор грозно приподнимает бровь и смотрит на меня. Его лицо стало абсолютно серьезным.

Но меня уже не остановить.

- Знаете, я думала, вы хороший человек. А вы лишь предпочитаете манипулировать молодыми девушками, используя свое положение, - с вызовом произношу я. И оттого, что он молчит, злость моя нарастает.

Мужчина, словно грозовая туча, поднимается с места так быстро, что стул оглушительно ударяется о пол. Я невольно вздрагиваю от неожиданности, но он даже не обращает на это внимания.

Его лицо внезапно стало каменным от гнева, кулаки сжаты на столе. Я остаюсь на месте, как будто приросла. Я его разозлила. Что же теперь будет? Мой сонный мозг, похоже, отказывается работать, если я способна так с ним говорить. Он может сделать мою жизнь настоящим адом.

Я бы никогда не осмелилась на такие слова, особенно к нему. Но, не выспавшись, я начинаю нести ерунду.

Руслан Эдуардович встает из-за стола. Я отодвигаюсь назад, опасаясь последствий. Он проходит мимо, даже не взглянув на меня, оставляя за собой мускусный аромат, который кружит мне голову. Я инстинктивно хватаюсь за край стола, поворачиваюсь и наблюдаю, как мужчина направляется к двери.

Однако, он не выходит , как я изначально предполагала, он закрывает за собой дверь, запирая нас в своем кабинете.

Руслан.

Эта надоеда не дает мне покоя. Мысли о ней и о нашем моменте в машине заполнили мою голову. Я всю ночь тревожился, не в силах успокоиться, несмотря на все попытки. Как только я закрывал глаза, она снова возникала рядом.

Я устал, а одна дура еще и начала флиртовать со мной. Она уселась на мой стол, раздвинув ноги и демонстрируя отсутствие нижнего белья. Меня чуть там же не вырвало.

Что происходит с такими девушками! Совсем без морали и принципов. Мне трудно понять, что у этих девушек на уме. Они полагают, что смогут возбудить мужчину своими вульгарными поведениям. Я не подросток, чтобы у меня на каждую вставало.

Такого периода в жизни у меня никогда не было. Я всегда был требовательным и осторожно выбирал. Не любил высокомерных, вульгарных женщин. Их в моей жизни было достаточно. Я не обращал внимания на тех, кому важен был мой статус и деньги. Мне не интересно спать с меркантильными женщинами. Половых партнерш у меня было много, и я этим не горжусь. Наоборот, в какой-то момент я даже перестал заниматься сексом.

У меня была работа, где я мог выпустить пар. Драки приносили мне больше удовольствия, чем секс. Но всё изменилось. Теперь мысли только о ней, о той самой девушке. Она заползла мне под кожу. С нашей первой встречи я не могу забыть ее сладкий голос, запах, вкус губ и аромат. Всё это сейчас накрывает меня, даже во сне.

Я пропитался её ароматом. Не понимаю, что со мной происходит. Но никогда не испытывал таких безумных чувств. В обычной жизни я сдержан, но когда речь идёт о ней, все по-другому.

Вчера я провёл у её окна целый час, размышляя о том, что делать дальше. Я не хотел уезжать — всё внутри меня тянулось к ней. Просто хотелось побыть рядом.

Но есть одно большое "но". У меня всего три месяца, прежде чем я навсегда потеряю свою свободу. Мысль об этом разрушает меня. Хочется закричать от тревоги — я нашёл то, что не хочу отпускать. Как выкрутиться из этого нелепого договора, понятия не имею.

Я попал в серьезную ловушку. Как я не знаю, но мне нужно отпустить её. Вернуться к прежней жизни. Ей предназначено другое будущее, и если останусь, всё испорчу.