Страница 152 из 157
Глава 27
Максим наблюдал за Алисой и видел, как она нервничала. То и дело девушка поглядывала в окно, видимо в надежде, что скоро появится поворот на Веретьево. Князь ради безопасности невесты взял с собой четверых сыскарей. Двое из них, Кнут и Сыч, были восстановлены на службе и устроены в управление, где работал князь.
Нюхач много интересного рассказал. И про особый приют Ордена, где сироты становились орудием. Вот такое будущее ждало мальчишку, которого спасли. Ваня, кажется, его звали? В каждом городе имелись такие «солдаты» Черного Феникса.
Если Нюхач рассказал, что творилось в нижней иерархии Ордена, то граф Строганов и Лебедев выдали всех помощников среди чиновников, сыскарей и даже во дворце. Барон фон Рихтер тоже пришел в себя и сразу же пошел на сделку.
Император был взбешен. Максим до сих пор помнил, как принес доклад его высочеству и видел холодную ярость в его глазах.
— Действуйте, князь, — приказал император. — Жду от вас ежедневный отчет. Если справитесь, место главного прокурора страны будет вашим.
Воронцов старался не из-за повышения и даже не из-за долга. В первую очередь он хотел обезопасить Алису и отомстить за брата, а также за других дворян, которые пострадали от действий Черного Феникса.
Алиса. Он смотрел на девушку и до сих пор не мог поверить, что она согласилась. Конечно, ему следовало подождать, пока Алиса придет в себя, а не лезть с предложением сразу, как только она открыла глаза. Взгляд Алисы и подтолкнул его к решению. В них светилось чувство, которое князь уже и не надеялся увидеть в ее глазах. Ведь девушка вела себя с ним осторожно, несмотря на то, что он каждый раз доказывал, что ему можно доверять. Теперь Максим понимал, какая тайна окружала ее. Понимал ее страх, а ненависть, которую он видел в первые дни их знакомства, так и осталась загадкой. Впереди у них была целая жизнь, и он постарается выяснить, чем так заслужил ее тот взгляд, полный молчаливой ярости, когда они встретились впервые на балу у Орловой.
— Ваше сиятельство, — тихо произнесла Алиса, отвлекая Максима от мыслей. — Мы въезжаем в Веретьево. Попросите кучера ускориться.
Князь сделал, как просила девушка. Она еще перед поездкой попросила его сначала заехать в мастерскую отца и говорила, что это важно..
— Я чую запах дыма, — взволнованно воскликнула Алиса. Она вся встрепенулась. — Смотрите.
И Максим выглянул в окно. Редкие уличные фонари рассеивали вечерний сумрак, а на горизонте виднелось зарево пожара.
— Это горит мастерская. Я опоздала. Опоздала, — в глазах девушки заблестели слезы. Она прижала дрожащие пальцы к вискам и шептала: — Как же так.. Я не смогу. Слышишь? Не смогу начать все заново.
— Алиса, — князь сел рядом с ней. Прижал дрожащую девушку к себе. — Это не может быть мастерская. Ее защищают императорские артефакты..
Максим замолчал. Экипаж все ближе подъезжал к толпе, которая окружила пылающую мастерскую Горского.
— Стой! — закричала Алиса.
Кучер остановил карету, а девушка вырвалась из объятий князя и бросилась на улицу. Максим поспешил за ней. В голове крутилась только одна мысль: «Откуда она знала?»
Алиса расталкивала прохожих.
— Пустите! Пустите! — она рвалась вперед, и князь принялся сам расталкивать зевак, а Кнут и Сыч ему помогали.
Здесь же стояли пожарные с бочкой и заливали горящее здание водой. Максим заметил бледного подмастерья, которого держал за плечи батюшка Мефодий. Растерянного Григория Львовича с кипой документов в руках.
— Папа! — вскрикнула Алиса и бросилась к отцу, который лежал на носилках. Голова у него была перевязана, глаза закрыты, лицо измазано сажей. Над мастером склонился доктор, он как раз клал на грудь Арсения Петровича лунный камень — лечебный артефакт.
Алиса упала перед отцом на колени.
— Он жив, — услышал Максим низкий голос. Он оглянулся: перед ним стоял инок Ираклий. Голубые глаза с легкой синевой устало смотрели на князя.
— Что вы тут делаете? — не сдержался Максим. Он сурово взглянул на Ираклия. «Только еще Братства нам не хватало!» — мелькнула мысль, когда князь услышал голос Григория Львовича.
— Инок Ираклий спас Арсения, ваше сиятельство.
Алиса вскинула голову. Она, как завороженная, смотрела на инока. Медленно поднялась.. Князь шагнул вперед, пряча девушку за спиной. Он справился с Орденом, а значит, и с Братством тоже разберется.
Ираклий лишь криво усмехнулся и отступил, накинув на голову капюшон. Алиса вдруг шагнула к нему, дотронулась до руки и сказала:
— Здравствуй, дядя! Наконец-то мы встретились.
* * *
Я дома. Отец жив. Дядя Марк жив.. И я невеста князя.
— У нас все получилось, — прошептала я, прикасаясь к кулону. «Сердце Феникса» откликнулось на мои слова знакомой вибрацией. — Спасибо!
Грудь опалило приятное тепло, словно кулон ответил: «Пожалуйста!»
— Алиса Арсеньевна, — в комнату вошла Параша. Несколько минут назад она помогла мне переодеться в другое платье, подправить прическу.
Служанка снова благодарила за Ванечку. Он потихоньку привыкал к новому дому, помогал Дарье на кухне и Юрке в конюшне.
Вы велели проводить инока в кабинет, он вас ожидает.
— Хорошо, —- кивнула я. Бросила быстрый взгляд в зеркало трюмо, подмечая, как в моих глазах горит нетерпение. Впереди был непростой, но такой важный разговор.
Папеньку разместили в его спальне. Лечебный артефакт хорошо выполнял свое дело, и отец дышал ровно, спокойно, как будто спал.
— Рана неглубокая, так что все обойдется, — успокоил меня доктор.
Вовка очень переживал за отца. Батюшка Мефодий сказал, что проводит подмастерья до дома и поговорит с ним по дороге. Потому что Вовка считал виноватым во всем себя. А я слушала сумбурный рассказ Григория Львовича и не понимала, для чего дядя Марк хотел поджечь мастерскую отца? Почему напугал меня в усадьбе? Почему не признался тогда? Много было вопросов, и я хотела на них получить ответы. А Максим ждал ответы от меня, и я пообещала, прежде чем поднялась наверх в комнату:
— Мы обязательно поговорим, но завтра.
— Я бы хотел остаться здесь, — вдруг произнес князь. — Не хочу оставлять тебя одну.
— В доме два охранника, Боярышников и Журин. Они меня защитят, — сказала я, пряча улыбку. Что скрывать, беспокойство князя было приятно.
— И все же.. лучше я останусь, — твердо заявил Максим. Спорить я не стала. Распорядилась, чтобы приготовили гостевую комнату для его сиятельства.
Сейчас Григорий Львович и Максим находились в гостиной. Я быстро прошла мимо в сторону кабинета. На мгновение замерла перед дверью, а после решительно распахнула ее.