Страница 69 из 102
Атака эльфов захлебнулась. Потеряв стремительность и оказавшись в зоне обстрела без движения, одна из дев, бросив взгляд на одинокую фигурку человеческой магички, скомандовала отступление. Элья не стала их преследовать, помня, что у них вообще то перемирие и то, что эльфийки могли бы её убить, если бы нацелились, но даже не ранили.
С этого показательного выступления, к девушке, как к магу, стали относиться с настоящим уважением. Больше всего изумлялись огневики, спрашивали, что она может ещё, начали придумывать задачи, помогали реализовывать их.
Опытным путем определили, что девушка прекрасно может сотрудничать с воздушниками. Приглашали из соседней крепости сэра Батора, мага с воздушной стихией, и с ним Элья устраивала движение каменных смерчей, пылевые бури, вместе они могли вытащить из земли камень и метнуть его так далеко, как глаза видят. Когда девушка устраивала волну, то при помощи насыщения её воздухом, волна поднималась на многометровую высоту и смотрелось это страшно. Но больше всего её просили экспериментировать с големами. Огневики в азарте пытались сделать огненных големов, но вышло затратно и сложно управляемо.
Появились у миледи и обязанности. По тревоги она должна была бежать на стену, как маг способный отражать атаку. Как у важной единицы крепости, ей были назначены ангелы-хранители, прикрывающие во время магичества. Пятёрка лихих ребят, способных стоять рядом с магессой вопреки всему и несмотря ни на что. Старшим в пятёрке был Честер. Отважный, удалой, веселый, но внимательно следящий за своими ребятами и вверенной ему магичкой.
Серое уныние крепости развеялось красками проснувшейся природы, риск, общение, ощущение полезности, оживили графиню. Она стала чаще улыбаться, нередко ребятам удавалось её рассмешить, глаза засияли молодым задорным блеском. Даже таинственный, молчаливый граф Риисо время от времени приносил букетик цветов к её дверям.
Эльфы тревожили крепость не часто. Сэр Родерик полагал, что так они проводят свои тренировки, обучают молодняк.
— Если бы у них была задача захватить крепость, то наступало бы их значительно больше. Для пауков нет преграды в виде стен, но если защитники сбивают всадницу, то паук начинает вести себя согласно инстинктам. Иногда продолжает лезть, иногда убегает в лес, изредка бежит к упавшей эльфийки и сторожит её. Атакуя в двести, триста голов, стены не преодолеть. Значит цели в захвате нет, - объяснял старый воин.
Поэтому огневики бывало били не сразу наповал, а давали по предупредительному огню. Всё это вселяло надежду, что худой мир будет длиться долго, пока не произойдёт событие, которое либо укрепит, либо даст новый виток вражды.
Для Эльи, ведущую снова активную жизнь, времени задумываться, как долго продлится мир, не было. Она готовила сладости, собирала корешки и высаживала их в плошки, заполонив горшочками одну из свободных террас, выполняла обязанности мага.
Служанки у неё не было, поэтому приходилось следить за одеждой самой. Посмотрев, как женщины всё воинское стирают в едином котле, она побрезговала и своё стирала сама. Такая самостоятельность миледи, любви женского состава крепости к девушке не добавила. Злыми языками, а то и грубыми толчками, крайне малочисленная и от того бесценная для мужчин женская часть гарнизона, пыталась осложнить жизнь нежной графине.
Элья не стала искать понимания, среди зарвавшихся работниц и ответила жестко. Топорщившиеся камни под ногами, особенно когда злоязыкая дева что-нибудь несла в руках, разваливающиеся каменные огромные корыта, выплескивающие кипяток и мокрую одежду на прачку, перекосившиеся двери и многочасовое сидение в холоде, а для самых неугомонных собранный из мелкого камня голем был последним испытанием. Он подходил, обнимал и рассыпался, оставляя женщину покрытой пылью и вытряхивающую камешки из разных мест. Всё это заставило утихомириться местных обитательниц и если они и продолжали злословить, то делали это так, чтобы графиня не слышала. Но и тут, Элья внесла сумятицу в их слаженный противостоянием коллектив, подслушивая и наказывая за болтовню одну из сплетниц, тем самым заставляя подозревать вторую в стукачестве.
Девушка не стала терзаться сомнениями хорошо ли поступает, она каждый день рискует своей жизнью защищая не только крепость, но в том числе и сплетниц, поэтому считала, что имеет право на уважение. Если "дамы" не хотят осознать некрасивость своего поведения, она их будет учить так, как они того заслуживают.
-Леди Таури, - воскликнул один из сопровождающих ребят - смотрите, хороший росток у орехового дерева. Давайте я его вам выкопаю. Ему здесь всё равно сил не набраться, а растение редкое, как вы любите.
Миледи, подхваченная при спрыгивании с ящера, на руки Честером, что было откровенно говоря излишней галантностью со стороны старшины, побежала смотреть на обнаруженный росток.
Орехи популярностью по назначению не пользовались, но если их правильно посушить, после сильно обжарить и заварить, то получался чудесный кофе с лёгким ореховым послевкусием. Оставалось подобрать по вкусу сладкий сироп и наслаждаться напитком. Но местные жители таких сложностей не любили, поэтому только истинные гурманы могли позволить себе искать орехи, сушить, жарить, молоть, заваривать и подбирать дополнительные составляющие. Гурманами оказались разведчики. Им не лень было возиться ради волшебного запаха и чувства бодрости, пили они его без всяких добавок, смакуя насыщенный вкус.
-О, конечно выкапываем, а ещё нет? - девушка стала осматриваться и к своей радости обнаружила ещё пару маленьких растеньиц. - Можно мне ещё вот эти? Вдруг капризничать будут и не все приживутся?
Честер показал знак не занятым ребятам смотреть в оба, а сам мягко прикоснувшись к ручкам графини, прикрыл их своими и произнеся:
— Не пачкайтесь миледи, - забрал из них приготовленную тряпку и обернул выкопанные саженцы. Ребят удивляла любовь аристократки к растениям, особенно не приносящим пользы. Но все мужчины в крепости с удовольствием радовали её принося луковки, корешки и размахивая руками объясняли, что из них вырастет "вот такенный цветок!". Отдаваясь многолетней службе воины оказались очень внимательны к природе и хорошо помнили, где из года в год растёт нечто привлекательное или необычное. К сожалению названий растений, они не знали.