Страница 101 из 172
Она имела в виду шашки и домино, головоломки по типу тетриса, башенки из доминошек, которые надо было строить, вытаскивая нижние этажи и перекладывая их наверх, деревянные кубики крестики-нолики, пирамидки из шариков, где победитель тот, кто поставил свой шар на вершину и прочее. Этот товар Полина надеялась продать на Большую землю, так как обыватели там были более обеспеченными. Этого мастера тоже пришлось взять на довольствие, пока он дожидался прихода кораблей.
Ещё во владения баронессы приехал кузнец, но поняв, что артефактора на её землях нет, не остался и устроился в городе. Как Полина ни уговаривала его попробовать поработать, прислушиваясь к её советам, не согласился. Она его не помнила и, наверное, он услышал о Скальной гряде от кого-то из своих знакомых, поэтому получил искажённую информацию.
Город разрастался, и пришлось пожертвовать огородами ради новых улочек. Полине казалось, что всё происходит очень медленно, но на её землях на постоянной основе поселилось уже два десятка семей, не считая временных жильцов, которые планировали обжиться и привезти свои семьи и приехавших рабочих.
По меркам Земли это шутка, а не город, но у города была красивая набережная, выдолбленная прямо в гряде огромная площадь с насыпной клумбой посередине, строится ратуша и казарма, проложены широкие каменные дороги, выстроились ровные улочки.
Виляев набрал пятёрку служивых, которые следили за порядком, сопровождали баронессу в коротких поездках, иногда подрабатывали на добыче камня или ходили в море за рыбой, пока стоял лед. Мишенька и Сундуков обживали кабинеты в недостроенной ратуше — и оба мечтали о секретарях, потому что дел становилось всё больше.
А Полина крутилась, как белка в колесе, но её мысли всё время сворачивали в сторону генерала. Она представить себе не могла, как можно было бросить такого мужчину!
Поля вспоминала свою первую встречу с ним, когда он небрежно предупредил её о том, что Огневой женат. Она тогда обиделась на него, но даже сквозь обиду не могла не отметить его сияния. Таким мужчиной хотелось восхищаться и не только ей. В нем чувствовалась сила и способность вести за собой людей. Его спутники смотрели на него с преданностью.
Это не купишь, к этому не принудишь.
Томаш мог оказаться тираном в семейной жизни, мог подавлять, подстраивая под себя спутницу жизни, но он все бразды правления передал жене и сам пытался подстроиться под неё. Полина была уверена, что это более чем устроило княжну. Она же хотела быть полноправной хозяйкой!
Но самое главное, он её любил! Пусть это был договорной брак, но она понравилась ему, он был покорён ею с первого взгляда. Неужели это не тронуло сердце Кэриты?
Поля видела генерала в последний раз зимой на дне рождения принца. Он тогда пострадал от её рук, но вряд ли она была виновата в его хмуром виде. То есть, виновата, конечно, но в нём будто бы выключили свет, и поразившая её при первой встрече и на параде харизма героя-победителя поблекла. Тогда она не придала этому значения, не до того было, а сейчас поняла, что Томаш выглядел разочарованным в жизни мужчиной.
Когда-то она сочла его небожителем, недоступным для такой простушки, как она, а сейчас..
Сейчас она себя простушкой не считала!
Домашняя девочка-мечтательница осталась, но появились новые слои личности.
Прав был многоуважаемый Шрек из мультика, говоря о себе, как о многослойной личности.
Полина теперь могла быть деловой и дисциплинированной, соблюдающей единожды установленные правила и держась данного слова, а могла рискнуть, всё поставить на кон, эпатировать! Временами ей нравилось быть в центре внимания и покорять сердца окружающих, а иногда она предпочитала уединение и тихое рукоделие.
Это всё теперь была она!
Она как маленькая девочка с удовольствием слушала Сундукова, рассказывающего о мире, в который она попала, и она же была учителем для Мишеньки.
Она стала предприимчивой и хваткой в глазах многих чиновников, а для своих людей оставалась глупенькой из-за своей открытости, и капризной, когда всё-таки настаивала на своём, отвергая возражения об осторожности.
Она горячо спорила с получившим прекрасное эльфийское образование Лилианэ о жизни, о тех путях развития, которые могли бы быть у эльфов, у людей, у объединившихся народов, и о том, что есть.
Девушка испытывала тайную гордость, что эльф теперь общается с ней и задумывается над её высказываниями. А ей нравилось приоткрывать для него горизонты, нравилось испытывать его ум, показывая, что всё относительно.
Так что, серой мышкой теперь её не назовёшь, да и сама она себя больше таковой не считала.
Однажды в тёплый весенний день Лилианэ вынес горшок с проклюнувшимся семечком из своей комнаты и при всех попросил дозволения у хозяйки Скальной гряды посадить мэллорн в её саду.
— Это магическое дерево и его надо любить. Да, любить. Оно, как дитя, нуждается в заботе. Если оно приживётся у вас, то ваша жизнь станет дольше, а дар у тех, кто его имеет, станет сильнее.
Все были в шоке. Чтобы эльф да показал росток волшебного дерева людям? А тут не только показал, а решил посадить его в человеческом поселении!
Лилианэ и сам не знал, зачем это делает. Он посадил мэллорн, хотя в глубине души сомневался, думая, что росток не выживет. Сильные ветра, жаркое лето, студёные зимы.. Давно уже никто не сажал мэллорны вне защиты эльфийского леса, где старые деревья опекают молодые, где всегда лето.
Первыми к ростку начали ходить дети. По наущению Сундукова они говорили ласковые слова первым листочкам, поставили заборчик из палочек, чтобы прикрыть малыша от ветра.
Потом потянулись женщины. Мужчины поставили им скамеечку, и они говорили с ростком. Каждая о своём личном, а заканчивая, нежно касались листочка и от души желали вырасти сильным и могучим.
Мужчины посмеивались, но иногда Полина замечала в темноте, что кто-нибудь из них сидит на лавочке возле саженца и смотрит на звёзды.
Росток не погиб. Он выпустил ещё листочек, потом вытянулся и окреп. Лилианэ подпитывал его магией и не знал, что делать дальше.
Он получил семечко от совета и должен был прорастить его для своего клана, но всё это время он жил с людьми. Семечко проросло в доме баронессы, и держать его дальше в горшке было нельзя, однако в клан Лилианэ ещё не собирался возвращаться.