Страница 134 из 159
Возразить было нечего, поэтому вернулась к тетради. Дальше записи становились плотнее, появлялось всё больше исправлений, а знак нити повторялся возле нескольких схем. На одной из них несколько линий сходились к единому центру, причём возле каждой стояло отдельное обозначение потока.
Подтянула рисунок Арвена и положила рядом.
— Смотрите. Зоряна работала не с самой тенью, а с её связями.
Эмрис придвинулся ближе.
— Хотела их оборвать?
— Сначала удержать все одновременно, чтобы тень не смогла закрепиться через другую опору, а затем разрывать одну за другой. Разлом при этом должен оставаться закрытым. — Сопоставила обозначения на обеих схемах и нахмурилась. — Только для этого нужно удерживать сразу несколько разных потоков.
Арвен тоже заметил проблему.
— А Зоряна была одна.
— Да. Похоже, способ она нашла. Просто в одиночку провести такой ритуал не смогла.
От этого открытия стало не по себе. Ошибка прапра теперь выглядела пугающе понятной. Зоряна считала случившееся своей виной и пыталась исправить всё одна, хотя её же расчёты показывали, насколько безумной была эта затея.
Эмрис накрыл ладонью мою руку.
— Ты не одна.
— Знаю. Поэтому повторять её попытку мы не будем. Сначала выясним, сколько людей понадобится и что должен делать каждый. А потом решим, как заставить эту схему работать и никого в ней не потерять.
Вспомнив о поле, подняла голову и посмотрела на Сайра, всё это время державшегося чуть в стороне.
— А прежде мне понадобитесь вы.
— Снова хотите отправить меня за границу?
— Хочу попробовать сделать так, чтобы вы смогли пройти дальше. Если воздействие поля нарушает ваши магические потоки, их можно попытаться стабилизировать. Обещать ничего не стану, но если получится, Мираэль встретит там не только нас.
Возвращение на поле уже не казалось настолько безумной затеей.
Сайр взглянул на разложенные по столу записи и придвинул свободный стул.
— Если считаете, что сможете что-то изменить, я согласен. Но предупрежу: то, что произошло сегодня, далеко не худшее. В детстве мне рассказывали о тех, кто пытался пройти глубже. Некоторые теряли сознание, у других начинались судороги, а один воин несколько дней не мог пользоваться магией.
Вот этого Рейнар не упоминал.
— Насколько быстро становилось хуже?
— По-разному. Отец говорил, многое зависело от силы демона. Он дошёл дальше большинства и едва не погиб. Чем сильнее сопротивлялся воздействию поля, тем быстрее слабел.
Перед глазами всплыли потоки Сайра после пересечения границы. Вместо привычного движения они словно начинали мешать друг другу.
— Возможно, дело в сопротивлении. Ваша магия чувствует чужое воздействие, пытается его вытеснить и сама начинает сбиваться. Если так, защищать вас от всего поля не придётся. Достаточно удержать собственные потоки в порядке.
— Звучит так, будто вы знаете, как это сделать.
— Если бы знала, отправила бы вас отдыхать, а сама пошла варить зелье. Пока есть только предположение и один демон, которому хватило безрассудства согласиться на мои опыты.
— После сегодняшней прогулки поздно изображать осторожность.
— Поэтому завтра делаете только то, что скажу. Давление, слабость, головокружение или любое другое изменение сразу озвучиваете. Терпеть ради результата запрещаю.
Сайр согласился, а мне уже хотелось добраться до лаборатории, которую корабль создал ещё в те времена, когда приходилось едва ли не жить в лазарете.
Тетради остались Арвену: он собирался ещё раз пройтись по схемам вместе с Леароном и Эиландиль. Забрав свои пометки, отправилась вниз, а Эмрис, разумеется, пошёл следом, хотя помочь с зельем пока ничем не мог.
— Ты ведь понимаешь, что до утра не остановишься? — спросил Эмрис, когда я открыла шкаф с заготовками.
— Остановлюсь, когда будет от чего отталкиваться. Первую смесь хочу сделать сегодня, а испытывать будем утром.
— Хорошо. Тогда хотя бы поешь, прежде чем решишь, что голод тоже можно вылечить зельем.
Обернулась к нему.
— Ты решил следить за тем, ем ли я?
— Кто-то же должен. Особенно когда ты перебираешь пузырьки с таким видом, будто остальной мир временно перестал существовать.
Возмущаться было бессмысленно: эту привычку за собой знала слишком хорошо. Пришлось согласиться на еду, которую Эмрис вскоре принёс прямо в лабораторию, а следующие несколько часов прошли между ступкой, котелком и записями о состоянии Сайра.
Первый состав закончила ближе к ночи, но утренняя проверка быстро показала ошибку в расчётах. Сайр выпил зелье на корабле, и, дав ему время подействовать, мы вместе с Арвеном и Эмрисом отправились к границе.
На этот раз изменения появились позже. Сайр успел отойти дальше, прежде чем по моей просьбе остановился и позволил проверить потоки. Зелье помогало, но для боя такой защиты было мало.
— Возвращайтесь.
— Я могу пройти ещё, — заупрямился мужчина.
— Можете. Только мне нужно выяснить не то, насколько далеко вы уйдёте перед тем, как свалитесь. Мне нужно средство, с которым вы сможете здесь сражаться, а не ставить рекорды по количеству шагов.
Желания возвращаться у него явно не было, однако спорить Сайр не стал. Через несколько минут за границей его потоки начали приходить в норму.
Первый состав можно было вычёркивать.
Второй пришлось менять основательно. Убрала один компонент, усилила другой и добавила настой, который использовала при магическом истощении. Ближе к полудню мы повторили проверку. Результат оказался лучше, но до нужного всё равно не дотягивал.
После третьего возвращения в лабораторию Эмрис прислонился плечом к столу, наблюдая, как я переписываю пропорции.
— Сколько ещё?
— Пока не получится.
— Останавливать тебя я не собираюсь. Хочу понять другое: ты сама уже знаешь, что ищешь?
Отложила перо и ещё раз просмотрела расчёты.
— Теперь да. Первое зелье слишком жёстко удерживало потоки, поэтому организм Сайра начал бороться ещё и с ним. Второе позволило магии двигаться свободнее, и он продержался дольше. Значит, удерживать её вообще не нужно. Нужно сделать так, чтобы магия перестала воспринимать воздействие поля как угрозу, на которую требуется отвечать всей силой.
— То есть обмануть её?
— Скорее убедить не паниковать. Организм порой удивительно глуп, когда считает, что спасает собственного хозяина.
Эмрис усмехнулся.