Страница 131 из 159
— Этого достаточно, — произнесла, убирая диск обратно. — Он действительно должен находиться в центре, но вставлять его туда мы не будем, пока не поймём, что именно активирует этот рисунок.
Арвен проследил за линиями, уходившими к краям камня.
— Тогда для начала выясним, где он заканчивается.
Проследив за одной из борозд, заметила, что у края камня она не обрывалась, а продолжалась дальше по тёмной земле.
Арвен первым прошёл вдоль борозды, однако уже через несколько шагов она исчезла под слоем земли и травы. Пришлось двигаться медленнее, время от времени расчищая почву там, где направление ещё можно было угадать. Вскоре линия вывела нас к следующему камню, меньшему и расколотому надвое, но на уцелевшей поверхности сохранилось продолжение рисунка.
Я присела рядом и провела пальцами по неглубокой резьбе. Теперь сомнений почти не осталось. Камни были связаны между собой, только с земли увидеть весь рисунок целиком оказалось невозможно.
— Если это действительно часть того круга, который был в тетради, он гораздо больше, чем мне казалось, — произнесла, оглядывая поле. — На странице всё выглядело так, будто Зоряна нарисовала одну схему. А здесь один только центр занимает несколько шагов.
Арвен задумчиво посмотрел назад, туда, где остался плоский камень с углублением для диска.
— В тетради была схема, а не изображение в настоящем размере. Нам сейчас важнее понять устройство. Если линии продолжаются через остальные камни, нужно найти хотя бы основные точки и посмотреть, куда они ведут.
— И ничего не трогать, — добавила я. — Особенно то, что выглядит сломанным и вызывает желание поставить на место. Прапра однажды уже решила проверить неизвестный ритуал. Повторять семейную традицию не собираюсь.
Тайтар, осматривавший ближайший валун, обернулся.
— Вот теперь мелкая говорит разумные вещи. Запомните этот день.
Отвечать не стала, только выразительно посмотрела на него и пошла к следующему камню.
Дальше дело пошло быстрее. Стоило понять, что искать, как отдельные детали начали складываться в систему. Один камень оказался почти полностью скрыт травой, другой лежал на боку, третий раскололся так давно, что между половинами успели прорасти жёсткие стебли. На каждом сохранялись линии, иногда всего несколько, однако их направление совпадало с теми, что мы уже нашли.
Леарон вскоре вернулся с дальней стороны поля и указал куда-то за моё плечо.
— Там ещё два. На одном есть символы, которых на остальных я не видел. И если расположение продолжается в том же порядке, круг уходит значительно дальше.
Арвен уже достал небольшой лист и быстро наносил на него найденные точки.
— Не круг, — поправил он после короткой паузы. — По крайней мере, не один. Посмотрите.
Мы собрались ближе.
На его наброске отдельные камни действительно начинали приобретать смысл. В центре находился тот самый плоский валун, а от него в разные стороны расходились линии, связывавшие внешние точки. Некоторые возвращались обратно, другие пересекались между собой.
— Похоже на паутину, — пробормотала, проследив пальцем одну из линий.
— Или на то, что должно что-то удерживать, — тихо произнёс Эмрис.
От его слов неприятно потянуло холодом.
Посмотрела на рисунок ещё раз и неожиданно вспомнила другое. Не сам круг, а заметки рядом с ним. Отдельные линии, которые тогда казались просто частью сложной схемы, Зоряна называла нитями.
— В тетради было что-то похожее, — сказала, стараясь восстановить страницу в памяти. — Прапра несколько раз писала о нитях, но я решила, что речь идёт о потоках силы внутри ритуала. Если это те же линии, то ошиблась.
— Помнишь, что именно она о них писала? — спросил Арвен.
Покачала головой.
— Отдельные слова. Нить жизни, нить силы... кажется, ещё была привязка, но утверждать не буду. Тогда у меня не было причины запоминать каждую строчку, а придумывать недостающее сейчас слишком опасно. Нужно вернуться на корабль и поднять записи.
Арвен согласно кивнул.
— Значит, здесь собираем только то, что можем увидеть. Я зарисую расположение, Леарон поможет с внешними камнями. Если найдёте новый знак, зовите остальных, чтобы потом никто не восстанавливал его по памяти.
Именно это мы и делали следующие несколько часов.
Чем дальше расходились от центра, тем яснее становился настоящий размер рисунка. В какой-то момент поймала себя на мысли, что мы всё это время ходили внутри него, даже не замечая границ. От этого поле уже совсем не казалось обычным.
Особенно после того, как Эмрис позвал меня к одному из дальних камней.
Он стоял на коленях, расчистив ладонью землю возле основания, и выглядел непривычно сосредоточенным.
— Здесь ощущения сильнее?
— Нет. Посмотри сама.
Опустившись рядом, присмотрелась к линиям. В отличие от остальных, ровных и глубоких, эти были вырезаны гораздо грубее: несколько коротких штрихов пересекали старый рисунок, а рядом сохранились едва различимые знаки. Стоило расчистить их получше, как появилось знакомое ощущение. Такие же угловатые пометки я не раз встречала на полях тетрадей, когда прапра что-то исправляла или дополняла в собственных схемах.
— Это добавили позже.
— Тоже так подумал.
Расчистила землю дальше, стараясь не повредить неглубокую резьбу. Знаков оказалось немного, и прочесть их полностью без записей я не могла, зато один символ узнала сразу.
— Нить, — произнесла, касаясь его. — Вот этот точно означает нить. Прапра ставила его рядом с несколькими заметками.
Арвен присел с другой стороны.
— А линия поверх старого рисунка?
— Не знаю. Может быть исправлением, может быть предупреждением. Именно поэтому ничего здесь завершать нельзя, пока не разберёмся.
Взгляд невольно вернулся к центру поля.
Диск всё ещё лежал в сумке и после того, как я отошла от главного камня, постепенно остыл. Теперь мысль о круглом углублении тревожила ещё сильнее. Если он действительно являлся недостающей частью схемы, Зоряна зачем-то вынесла эту часть отсюда и оставила Рейнару с условием передать следующей хозяйке корабля.
Она не уничтожила диск.
Но и возвращать его сюда бездумно явно не собиралась.
— Мне всё меньше нравится слово «дар», — призналась, поднимаясь. — Особенно рядом с кругом, который уже однажды открыл дорогу неизвестно чему.
Эмрис тоже встал и отряхнул ладони.
— На этот раз у нас есть преимущество. Ты уже знаешь, чем закончилась первая попытка.