Страница 14 из 32
– Да, насколько мне известно, Дженни и Джон прожили очень счастливую жизнь.
Крисси понимала, что теперь у нее есть все основания успокоиться, однако у нее осталось странное чувство, будто Гай что-то скрывает от нее…
– Нет, так больше продолжаться не может! – простонал Гай час спустя, когда они нежились в его постели и рука его скользила по телу Крисси. Он нежно поцеловал ее и добавил: – Мне так хотелось сохранить все в тайне, прежде чем мы объявим во всеуслышание…
– О чем ты? – недоуменно спросила Крисси, и сердце ее бешено забилось в груди от мелькнувшей в голове догадки.
– Мы могли бы завтра же отправиться в Амстердам, – тихо молвил Гай. – Я знаю одного ювелира, который занимается старинными украшениями. Но если ты предпочитаешь что-нибудь более современное…
Крисси чуть не задохнулась.
– Ты хочешь сказать, кольцо для помолвки? – прошептала она.
– Кольцо для помолвки и, самое главное, – обручальные кольца, – ответил Гай и склонился, целуя ее.
– Нет-нет, мы не можем пожениться вот так, – слабо возразила Крисси, однако глаза ее сказали Гаю, что только об этом она и мечтает. – Мои родители… – начала было она и замолчала.
Гай кивнул.
– Моя семейка тоже будет дуться и коситься, если мы не закатим грандиозную свадьбу с официальной церемонией.
– Свадьба… – задумчиво произнесла Крисси и, обеспокоено заглянув Гаю в глаза, поинтересовалась: – А ты уверен, что хочешь именно этого… то есть что я – именно та женщина, которая тебе нужна?
– Я никогда в жизни не был ни в чем так уверен, – сказал Гай торжественно.
– Тогда мы обо всем поговорим сегодня вечером, – предложила Крисси и напомнила: – Если я не уйду через пять минут, то опоздаю на встречу с Джоном Крайтоном.
– Сегодня вечером, – подтвердил Гай. – Вечером мы с тобой обменяемся обещаниями и поговорим о планах на будущее. А уж после можно будет заказывать свадебный торт и приглашать подружек и шаферов.
Крисси улыбнулась Гаю, когда он привлек ее к себе, вновь припав к ее губам неспешным поцелуем. Она запомнит этот момент навсегда, пообещала Крисси самой себе. Запомнит прикосновения Гая, и исходящий от него пряный аромат, и его тепло, и нежность их близости, и физическое ощущение разделенной любви, что окутывало их невидимым коконом.
Да, она навсегда запомнит все это.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Джон Крайтон нахмурился и, поднявшись из-за стола, прошел к окну, где и остановился, слушая, что говорит ему Крисси.
Муж Дженни – высокий блондин лет пятидесяти с небольшим, немного застенчивый, – как поняла Крисси, был человеком добродушным, готовым всем сердцем сопереживать. Она поверила, что Гай не лгал ей, говоря, что Джон и Дженни счастливы в браке.
– Мои родители, в особенности моя мама, хотели бы получить список долгов дяди Чарлза, и самое главное – имена тех, кому он задолжал, – заявила Крисси и заметила, что Джон еще больше нахмурился.
– Но ведь по закону она не несет никакой ответственности по невыполненным обязательствам покойного, – начал было Джон, но Крисси, покачав головой, перебила его:
– Моя мама и ее брат никогда не были близкими друзьями. Я его практически не знала. Мне известно лишь, что когда-то давно произошла крупная ссора, вызвавшая раскол в семье… Тем не менее моя мама отчаянно не хочет, чтобы кто-либо пострадал из-за того, что… что оказался недостаточно осмотрителен и доверился ее брату. Понимаете, мама чувствует себя в ответе за всех членов нашей семьи, – негромко пояснила Крисси. – И сейчас, в данной ситуации, она чувствует моральную ответственность. – Крисси глубоко вдохнула и продолжила: – Она знает, то есть мы все знаем, что ее брат не всегда… вел себя честно, даже имея дело с посторонними людьми. – Она замолчала и взглянула на Джона.
– Совершенно верно, – кивнул он. – По правде говоря, людей, которым он задолжал, найдется немало. Я уверен, что денег, вырученных от продажи недвижимости, на это не хватит, тем более что многие его кредиторы пребывают в весьма стесненных обстоятельствах. – Джон помолчал, раздумывая над тем, как сильно могут отличаться друг от друга ближайшие родственники. Он не первый раз сталкивался с подобным явлением. Взять хотя бы его брата Дэвида и его самого. – Вашей маме нечего опасаться, что о ней или о ее родителях жители Хэслвича могут думать иначе, нежели с искренним уважением, – мягко сказал он и добавил: – Ваша бабушка активно занималась благотворительностью и завоевала всеобщую любовь, не говоря уже о том, что ее уважали. Она была человеком щедрым и никому не отказывала в помощи.
– Это семейная традиция, и моя мама продолжила ее, – ответила Крисси и коротко рассказала, как живут ее родители и почему никто из них не смог приехать в Хэслвич. – Честно говоря, я даже рада, что мама не приехала. Судя по тому, что мне сказал… вернее, судя по тому, что я узнала от местных жителей, моего дядю никто не жаловал.
– Да, боюсь, что это так, – поколебавшись, подтвердил Джон. – Он сильно пил и, как каждый, кто страдает от этого пагубного порока, не замечал никого и ничего, когда у него случался очередной запой.
– Я понимаю, что вы имеете в виду, – тихо ответила Крисси. – А мама… – Замолчав, она покачала головой. Слава Богу, Джон прекрасно обо всем осведомлен, и Крисси радовалась, что ей не пришлось объяснять ему, каким человеком был ее покойный дядя.
– Вашей маме не стоит беспокоиться, что ее приезд в Хэслвич будет кому-нибудь неприятен или же что люди будут считать, будто она должна отвечать за недостойное поведение своего брата. Едва ли есть хоть одна семья, в которой не найдется своя паршивая овца, – добавил он с улыбкой, и у Крисси потеплело на душе.
– Мне кажется, моей маме иногда хочется вернуться. Она так часто вспоминает ферму…
Все-таки Джон Крайтон на редкость приятный человек, решила Крисси. Стоило лишь взглянуть на него, как сразу становилось ясно, что характер у него добрый и мягкий. Наверняка к нему нередко обращаются за поддержкой и советом… Джон тем временем говорил, что постарается, со своей стороны, ускорить оформление всех бумаг, необходимых для продажи дома, и составит для родителей Крисси список кредиторов ее дяди.
– Хотя, – добавил он, немного поколебавшись, – судя по тому, что мне сообщила жена, вы, кажется, не очень спешите покинуть Хэслвич?
К своему ужасу, Крисси почувствовала, что лицо ее заливает предательский румянец. Смущенно улыбаясь, она попыталась невнятно отразить благодушный намек Джона.
Полчаса спустя разговор их подошел к концу. Джон поднялся и, проводив Крисси, подошел к окну и увидел, что она решительным шагом направилась к городской площади. Да, она на самом деле очень хороша, держится с достоинством и прекрасно владеет собой. Немудрено, что Гай, по меткому выражению Дженни, «сражен наповал».
На пороге появилась Дженни, и Джон радостно устремился ей навстречу.
– Эй, а ты, оказывается, уже освободилась! Сдается, по телефону ты сказала, будто на весь день застрянешь по делам ярмарки в Фитцбурге, – удивился он.
– Я собиралась, но потом решила, что неплохо передохнуть, приехать домой пораньше и, если понадобится, съездить туда еще раз вечером. Может, выкроишь часок и пригласишь меня в какое-нибудь тихое местечко на чашечку чаю – ну, скажем, в «Гросвенор»? – предложила она.
– Ммм… – Джон притворился, что тщательно обдумывает ее слова. – Я что-то не очень уверен насчет «Гросвенора», – заметил он. – Представляешь, придется ехать сначала туда, а потом назад. Но мне известно одно весьма уютное и тихое местечко, где мы могли бы не только выпить по чашечке чаю, но и заняться еще кое-чем.
Дженни с подозрением взглянула на мужа.
– Если ты думаешь о том же, о чем и я, – предостерегающе начала она, – нам не повезло. Во-первых, я сегодня не ездила за покупками и в доме нечего есть, кроме вчерашних остатков, а во-вторых… – Она не договорила, так как Джон перебил ее.
– Мы могли бы обойтись и без еды, – пробормотал он.