Страница 10 из 60
– Отец.
– А?
Отец наверняка рассердится и уйдет из-за стола при одном лишь упоминании слова «писатель». Поэтому Хэ Вон решил, что было бы неплохо начать разговор издалека: о том, что он хочет заниматься чем-то другим, а не медициной.
– Я не хочу идти в медицинский.
Как только слова сорвались с губ, парень пожалел о том, что перешел сразу к делу. Потому что он почувствовал каждой клеточкой тела, как портится атмосфера за столом. Нужно было начать издалека. Должно быть, отец разозлится? Или начнет грозно упрекать за то, что сын занимается бесполезными вещами? Однако голос отца звучал как обычно:
– Не сомневайся в себе. Должно быть, в последнее время тебе приходится нелегко.
Этот ответ разбил сердце Хэ Вона.
– Нет, я не это имел в виду.
– Что-то случилось в школе? Ты провалил тест? Что случилось?
– Отец, выслушай меня, пожалуйста. Я не хочу быть врачом. Я…
Он предпринял последнюю попытку. Ему казалось, что слова прозвучали убедительно, однако остальные члены семьи отреагировали на них так, словно это был всего лишь очередной каприз.
– Этот период самый трудный. Когда я только поступил в старшую школу, тоже хотел отказаться от поступления в медицинский, потому что всем вокруг учеба давалась легче.
– Хэ Вон, взгляни на брата. Его тоже посещали такие мысли, но в итоге он прошел на медицинский факультет. Ты только в начале пути. Попробуй учиться немного усерднее, хорошо?
Члены семьи Хэ Вона и представить себе не могли, что у парня могут быть другие планы на жизнь. Если бы он рассказал им о своих мечтах, родные бы решили, что мальчик просто пытается сбежать от суровой реальности. Прямо как сейчас.
– Может, завтра поедим любимые ребрышки Хэ Вона? Кажется, ему сейчас нелегко приходится.
– Конечно, милая. Давайте завтра поужинаем вне дома.
Родители не стали дожидаться ответа сына. Хэ Вон даже не мог понять, радоваться ему или грустить по поводу того, что его угостят любимой едой. Родители прекрасно знали, что нравится сыну, а что нет, однако парень не мог винить их за то, что они не понимали его нежелание становиться врачом. Впрочем, дело было не в понимании – они просто старались этого не замечать.
* * *
Ким Хэ Вон посетил нас в понедельник в середине обеденного перерыва. Выйдя поприветствовать его, я замерла на месте, увидев выражение лица парня. Школьник был подавлен настолько, что его состояние сложно было списать на простую апатию.
– Эй, что-то случилось? Выглядишь как-то… не очень…
– Расскажу в кабинете. Пойдем.
Я позвала Хе Сона, который сидел в соседней комнате, и вошла в помещение. Прежде чем я успела предложить Ким Хэ Вону присесть, он сам в изнеможении опустился на стул.
– Итак, к какому решению…
– Гипноз или что-то там еще, мне все равно. Сотрите воспоминания о том, что я когда-то мечтал стать писателем.
После этого парень замолчал, словно воздвигнув между нами прочную стену, к которой я не осмеливалась притронуться. Я бросила взгляд на Хе Сона. Это был сигнал к тому, чтобы он поторопился и съел историю гостя.
Хе Сон подошел к Ким Хэ Вону, попросил приподнять голову и жестом велел посмотреть ему в глаза. Как только их взгляды встретились, глаза Хе Сона вспыхнули красным. Я сразу же вспомнила нашу встречу в библиотеке. В тот день его глаза пылали тем же цветом, что и сейчас. Ким Хэ Вон долго не мог оторвать свой взгляд, а затем упал ничком, ударившись головой о парту. Цвет глаз Хе Сона быстро вернулся к естественному карему оттенку, словно никогда и не менялся. Беспокоясь о состоянии Хэ Вона, я поспешно потрясла его за плечо. Однако он быстро подскочил, смущенный прикосновением, словно ничего не произошло.
– Все в порядке? Ты упал в обморок!
– А, да. Все хорошо. Но где это я? Разве в школе было подобное место?
– Ты пришел сюда, чтобы поговорить о своих проблемах. Лим Хе Сон только что помог тебе их решить с помощью гипноза.
– Гипноза? Такое разве возможно?
– Вот, это запись нашего сеанса в пятницу. Взгляни, тут стоит твоя подпись.
Я беспокоилась, что детали могут оживить его память, поэтому показала журнал консультаций, прикрыв основную часть текста другим листом бумаги.
– Не помню, чтобы меня что-то беспокоило. Я даже представить не могу, что меня могло волновать.
– Ты просил нас стереть твои проблемы. Кажется, все получилось. Рада, что теперь с тобой все в порядке.
Теперь на лице парня не было и намека на меланхолию. Однако, глядя на его жизнерадостное лицо, я не могла отделаться от чувства тревоги. Неужели ему придется жить, не зная о том, что он позабыл свою мечту?
– Ну что ж, значит, мы закончили? Я тогда, пожалуй, пойду. Обеденный перерыв скоро закончится.
Я посмотрела на часы: до конца перерыва оставалось около десяти минут. У меня еще остались дела в библиотеке. Я села за рабочий стол и начала заполнять документы, стараясь побыстрее закончить. Хе Сон пробормотал что-то невнятное, словно не зная, что творится у меня внутри.
– Не волнуйся слишком сильно.
– Что? Ты вообще видел эту кипу бумаг?
– Я не о документах, а о Ким Хэ Воне. Я уже сталкивался с подобными случаями.
Я перестала черкать ручкой по бумаге. Похожие случаи?
– Я съел всего лишь одну историю. Ту, где он начал мечтать о писательстве, усердно работал ради своей мечты, а затем решил отказаться от нее и пришел в консультационный отдел из-за того, что не мог так дальше жить.
– Понимаю, но к чему это ты?
– Я не съел все его воспоминания. Поэтому он не перестанет писать и не возненавидит это дело из-за того, что я избавил его от воспоминаний.
Другими словами, Хэ Вон забыл, что мечтал стать писателем, но не утратил своего таланта. И если ему представится возможность, он вернется к своей мечте. Вот что Хе Сон хочет сказать.
– Не знаю, хорошо это или нет, но, когда человек с таким трудом отказывается от своей мечты… рано или поздно он возвращается к ней.
После этих слов я испытала невероятное облегчение. Неужели он пытается таким образом меня утешить, видя мой подавленный вид? Остаток обеденного перерыва Хе Сон помогал мне с работой. Он был так добр и вежлив, что, если бы я не знала его истинное лицо, сочла бы его хорошим другом. Если все продолжится в том же духе, то, вопреки ожиданиям, я смогу даже спокойно дожить до выпуска?
Мне не следовало тогда так думать.