Страница 53 из 58
Глава 17
Мортаc
В моей голове словно била набатом та фраза, что произнесла жена Небожителя Айрона – о нескольких тёмных ёкаях, что непременно родит мне Рейна! Небожители видят будущее, и значит, жена уже понесла от меня... эта мысль отвлекала меня от всего и теперь погружала в изменённое, неведомое мне прежде состояние сознания.
Воздушное, светлое, немного безумное. Точно я могу вспарить, не применяя никакую магию.
Но сама Рейна, кажется, так перепугалась, что то ли не услышала, то ли не поверила в слова Небожительницы.
Я заставил себя сконцентрироваться на объективной реальности.
Моя человечка дрожала. Трепетала. Мы стояли перед затихшей толпой в предрассветном лесу, на поле недавнего боя.
Я приобнимал жену за талию одной рукой и на всякий случай ещё решил накинуть кольцо хвоста ей на ногу.
Не то чтобы я ожидал, будто Рейна сбежит... она не собиралась. Просто я знал, что от касания хвоста ей становится спокойнее. Жена бросала на меня короткие вопросительные и слегка испуганные взгляды. Точно не понимала, что я дальше буду с ней делать. Точно это было не очевидно.
Я буду любить. Во всех смыслах – уверен, что это и говорил мой взгляд, возможно, выходило слишком хищно и со стороны кровожадно. Возможно люди думали, будто я хочу её съесть?
Но уж Рейна-то должна понимать – что если и я хочу попробовать её на вкус, то речь вовсе не об употреблении в пищу.
И мне уже не терпелось. Я принялся воображать, как занесу жену в наш дом (я назвал тот домик в лесу нашим? Да, назвал. И именно так я ощущал его! Новое необычное и тёплое чувство...)
Я размышлял, как стяну с жены это ненужное кимоно... как припадц губами к нежному телу... она, конечно, захочет поговорить, в очередной раз оправдаться за вызов Небожителей. Но я изголодался по ней – обсудить то, что и так уже ясно, можно позже. Или никогда.
Я тонул в этих мыслях... я желал жену и имел на то полное право! Преград не осталось. Рейна полностью моя. Она добровольно отдала мне свою магию, а потом приняла в себя мою. Наш союз окончательно подтверждён и небом и землёй. Больше никакие небесные стражи не явят перед нами свои кислые лица, никто больше не помешает им...
– Небожитель оставил нас на это злодейское существо! – вырвал меня из планов на наступающий день голос старухи. Той самой, что привела народ меня линчевать. – Что же делать?! Небеса нас оставили! Они гневаются и решили нас так страшно покарать! Я уж что могла, то сделала! И закопала под порогом этой недостойной семьи заговорённый надёжным колдуном талисман ночью!..
Я нашёл взглядом старуху и оскалился, ничего особого в это не вкладывая. Лишь в воспитательных целях.
Старуха умолкла на полу слове.
– Закопала что-то под нашим крыльцом? – ахнула мать моей жены.
– Не переживайте, мама, – заговорил я, – сейчас ваша соседка пойдёт к вашему дому и выкопает весь лишний мусор, который там разбросала...
Старуха поджала губы, а я многозначительно проложил:
– Тогда, может, Тени и вернут ей её коллекцию париков...
– Святые Небожители! – схватилась за сердце старуха. – Помираю!
Я скептически приподнял бровь. Старуха была тут здоровее большинства собравшихся.
– Мой долг, – оскалился я, – позаботиться о вас, люди. “Святые Небожители” поручили вас мне... вижу, вам дурно, дорогая соседка...
– Тётушка Ямамо, – подсказала мне Рейна, прижимаясь ближе.
– Тётушка Ямамо, – подхватил я, – сейчас мы доставим вас домой.
Я снял хвост с голени жены и щёлкнул им, исполняя магический пасс призыва.
– Не смей меня трогать, ёкай! – заголосила старуха.
– О, и в мыслях не было, – прорычал я, – на правах вашего покровителя я с согласия моей жены лишь одолжу вам её лошадь. Раз вы плохо себя чувствуете. Ты не против, Рейна?
Жена растерянно кивнула, соглашаясь.
Чёрная яма разверзлась между нами и людьми, веер брызг земли, чёрный едкий дым, гром и скрежет! Идемоническая лошадь они-ума – чёрная с пылающей алым огнём гривой возникла из-под земли в своей истинном облике. Совсем не в том, что принимает рядом со своей доброй хозяйкой Рейной.
Люди отпрыгнули.
Старуха с завидной бодростью припустила к посёлку! Лошадь же, получив от меня ободряющий хлопок по крупу, сдобренный магическим приказом, – очень коротким, практически показным галопом показала за старухой следом, дурачась и меняя ведущую ногу в воздухе. Получалось, словно они-ума бежит вприпрыжку, пританцовывая, и люди начали посмеиваться старухе вслед. Я ощущал, как меняется воздух вокруг — деревенские проникались к моё расположением.Люди. Ко мне.Я так и не мог в это поверить...
Крестьяне начали рассасываться с опушки. Последними ушли родители Рейны, утащив девочку — маленькую сестру моей жены по имени Эмири, которая всё приговаривала, что не уйдёт с этого места и будет ждать, когда вернётся тот "юный прекрасный Небожитель". Интересно, что у девчонки с глазами, надо будет осмотреть её и исцелить. Всё же родня. А если она здорова, то... Ну и дурновкусие! Моя жена вот прекрасно отличает настоящую живую красоту от мороженой чёткости форм бледных Небожителей! Как это Эмири с Рейной появились на свет от одних и тех же родителей?
Чудно. Впрочем, я с моими братьями тоже немало различался убеждениями... всё бывает. А девчонка ещё перерастёт. Хотя этот упорный отчаянный блеск в её глазах и заставлял усомниться.
Так или иначе, мы с Рейной остались вдвоём.
– Мортас, прости... – первое, что я услышал от жены, робко мнущей рукав своего кимоно. Она при этом смотрела в землю, не решаясь больше поднять на меня взгляда, – я правда позвала Небожителей, потому что считала тебя великим злом... опасным для людей.
– И это было справедливое опасение, Рейна, – ласково смотрел я на свою смущённую супругу. – Тебя не в чем обвинять.
– Нет, Мортас... я ошиблась. Была невнимательна. Ты совсем не такой... – эта робкая улыбка на губах моей человечки была прекраснее первого луча солнца, что я увидел после долгих лет заточения в темноте. Свежего первого глотка чистого воздуха после затхлости моей тюрьмы.
Я остановил Рейну жестом. Потому что этой женщине – моей идеальной супруге, было не за что просить прощения. Я медленно взял жену за талию двумя руками, опустился перед ней на колени. Поймал её взгляд.