Страница 42 из 53
— Господин Лоэн, если Палата отменяет собственное утреннее ограничение, это необходимо оформить.
— Я не отменяю ограничение.
— Тогда что делаете?
Тевард ответил не мне.
Обратился к Келсу:
— Для целей лота сто тринадцать Палата признает Кайрена Мораса действующим командором с момента начала торгов до завершения или отмены сделки. Иначе исполнение уже зарегистрированной государственной процедуры невозможно.
Келс медленно закрыл папку.
— Палата принимает на себя ответственность за такое подтверждение?
— Да.
Я услышала движение в зале.
Представитель контрольной комиссии подошел ближе.
— Прошу внести формулировку в протокол полностью.
Тевард посмотрел на него.
Теперь отступить означало признать, что он только что потребовал исключение без желания отвечать за него.
— Вносите.
Государственный регистратор подготовил лист.
Тевард подписал.
Келс подтвердил.
Кайрен поставил подпись последним.
По регистрационной рамке прошла серебристая линия.
Я увидела, как на государственном удостоверении Кайрена появилась должностная отметка.
Не мундир.
Не знак на плече.
Но система снова признала его командором.
Он посмотрел на меня.
Ни улыбки.
Ни удовлетворения.
Мы оба понимали, что сделал Тевард.
Утром он собственноручно лишил Кайрена статуса.
Теперь собственноручно вернул его, потому что без этого не мог запустить нужную ставку.
— Господин Лоэн, — сказала я, — благодарю за уточнение.
— Проводите торги, госпожа Кастель.
— Именно это и собираюсь сделать.
Он ушел в зал.
Кайрен остался на секунду.
— Ничего не говорите.
— Я и не собиралась.
— Вы выглядите слишком довольной.
— Потому что вы снова командор.
— Только на время сделки.
— Мне хватит девяти минут.
Он посмотрел на меня.
— Иногда вы пугаете.
— Поздно.
В пять часов двери закрыли.
Я поднялась на кафедру.
Зал действительно оказался переполнен.
Люди стояли вдоль стен и на галерее второго этажа. В первом ряду сидели представители торговой палаты и банка. За ними — городские чиновники, военные, государственные регистраторы. Владельцы крупных торговых домов заняли места сбоку.
Тевард сел недалеко от прохода.
Рядом находились четверо сотрудников Палаты.
Кайрен сидел отдельно.
Без мундира.
Без оружия на виду.
Но теперь государственная система снова считала его действующим командором.
Я положила руки на край кафедры.
Шум стих.
— Дамы и господа. Сегодня дом Кастель проводит закрытые торги по лоту сто тринадцать. Все присутствующие допущены в качестве сторон, государственных наблюдателей или официальных свидетелей процедуры.
Я дождалась, пока Ивен закончит отмечать начало в журнале.
— Перед открытием напоминаю зарегистрированные условия. Предмет не покидает аукционный дом до завершения или официальной отмены сделки. Покупатель указан заранее: Кайрен Морас. После первой добровольной ставки действующего командора система определит владельца спорного права. Личность продавца и его полномочия должны быть раскрыты и проверены непосредственно перед подтверждением победителя.
Тевард слушал без движения.
— При отказе продавца от проверки сделка не завершается.
Представитель Палаты поднялся.
Не Тевард.
Молодой секретарь.
— Возражение.
— Основание?
— Государственная сторона считает повторное оглашение последнего условия излишним. Оно уже присутствует в регистрации.
— Именно поэтому я его оглашаю.
— Это создает впечатление, будто право продавца вызывает сомнение.
— Оно вызывает сомнение.
По залу прошел слабый шум.
Я не повысила голоса.
— Возражение отклонено. Условие зарегистрировано торговой палатой и подтверждено покупателем.
Секретарь сел.
Я посмотрела на Кайрена.
— Господин Морас, подтверждаете участие?
— Подтверждаю.
— Статус действующего командора на время сделки подтвержден?
Келс ответил со своего места:
— Подтвержден решением Палаты, внесенным в реестр в шестнадцать часов сорок две минуты.
— Благодарю.
Все было зафиксировано.
Теперь Тевард уже не мог сказать, что Кайрен действовал вопреки отстранению.
И не мог объявить его ставку недействительной.
Я открыла карточку.
Начальная цена у лота отсутствовала, поэтому действовал минимальный государственный шаг, указанный в приложении.
Одна крона.
Смешная сумма для права, ради которого несколько ведомств четыре дня пытались друг друга переиграть.
— Лот сто тринадцать. Командорская печать Первого крыла. Первая допустимая ставка — одна крона.
Никто не шевельнулся.
Кайрен смотрел на меня.
Я могла остановиться сейчас.
Еще могла.
Пока ставка не прозвучала, второй печати не существовало как действующего командного права.
Дом можно было потерять.
Город оставался в безопасности.
Я знала, что Кайрен думает о том же.
Он не поднимал карточку.
Я не торопила.
Тевард первым нарушил молчание.
— Господин Морас, вы заранее указанный покупатель.
Кайрен повернулся к нему.
— Знаю.
— Тогда процедура требует ставки.
— Добровольной.
— Разумеется.
Вот самое важное слово.
Тевард не мог приказать.
Если ставка перестанет быть добровольной, старое правило не сработает.
Кайрен посмотрел на переносную рамку у стены.
Четыре полосы оставались темными.
Потом на полковника Сора.
Тот едва заметно кивнул.
Все четыре объекта были готовы.
Кайрен поднял карточку.
— Одна крона.
Я не ударила молотком.
Ивен за моей спиной сразу включил отсчет.
На регистрационной странице появилась серебристая линия.
Она прошла по полю покупателя.
Затем по описанию предмета.
Потом дошла до пустой графы владельца.
Черная пластина в футляре отозвалась тем же холодным серебряным контуром.
Кто-то в зале тихо выдохнул.
На переносной рамке Первого крыла загорелась центральная отметка.
Кайрен поднялся.
— Началось.
Я посмотрела на часы.
Пять часов семь минут.
Через девять минут все должно было закончиться.