Страница 41 из 236
Мастерские, магазины, жилые дома, стояли рядом — и везде на подоконниках стояли светильники. Благодаря им образовывалась светящаяся полоса, дающая достаточно мягкого света заснеженным улицам. Это понравилось многим оборотням, и они стали поступать так же, отчего в городе местами стало обихожено и светло.
За пять лет смешанных пар образовалось немного, чуть больше ста, но при каждой паре создавались ферма или мастерская, фабрика, магазин; находились рядом воины, приезжали родственники или останавливались торговцы. Лейны заполняли город, но зимой большинство предпочитало возвращаться в долину.
К удивлению Анны, стала востребованной профессия архитектора и лейн, занявшийся этим делом, не знал покоя из-за обилия клиентов. Знатным оборотням нравились просторные помещения, большие окна, экономные печи и подача воды в дом. Они готовы были платить за удобства и красоту.
Однако самым приятным наблюдением во время поездки стало заметно меняющееся отношение к оборотницам в простых сословиях. До сих пор летом много лейнов продолжали работать на полях рядом с оборотнями и поддерживали молодые фермерские пары. Само собой, мужчины с уважением относились ко всем женщинам, не только к своим. Оборотни на деле видели другое отношение, и какими хозяйками могут быть самки, если дать им больше свободы и уважения. К тому же, появляющийся достаток и сплочённость с новыми соседями позволили увереннее отбиваться от более сильных сородичей, находить хитроумные выходы из каверзных ситуаций и дела потихоньку пошли в гору. Впервые в семьях простых оборотней почувствовали благополучие и спокойствие. Всё вместе повлияло на внутрисемейные отношения и привнесло больше счастья в их жизнь.
Но, конечно же, не везде всё было радужно и беспроблемно. Не все были рады людям, однако нападать не смели! Виновников грабежей неизменно находили и показательно карали, хотя чаще люди сами давали отпор. Анна затрачивала большие средства на поиски нападавших, на их наказание и на то, чтобы все знали, что лучше отгрызть себе хвост, чем напасть на лейнов! Совет не одобрял Аниной настойчивости в этом вопросе. Особенно был недоволен Манул такими тратами. Он считал их пустыми, но доходы пока позволяли оплачивать эту прихоть правительницы.
Незаметно, год за годом, на землях беров уменьшалось количество беззакония, и устанавливался порядок. Лейны активно влияли на жизнь клана, и хозяйственные медведи быстро улавливали пользу от происходящих изменений, умея её приумножить и развить.
Хотелось бы, что бы у Бурых со временем получилось так же, но там другой народ и делать ставку на разумность не стоило. И всё же можно было заметить, что лейны успешно входят в жизнь оборотней, и с каждым годом, с каждым новым ребёнком будут закреплять свои позиции, улучшая жизнь вокруг себя.
На земли Серых длинный караван втянулся, ненамного опережая вьюгу. Ни о каком уличном празднике не могло быть речи. Данияра растёрла замёрзшие ноги правительницы и та, надев сапожки, выскочила из повозки, чтобы сесть на коня.
Она должна предстать не закутанной в одеяла клушей, а царицей и генеральшей в одном лице, гордо восседая на рьяном жеребце! Ну, жеребцы пусть останутся в летописях, а Аня предпочитала спокойных покладистых кобылок. Дан с сочувствием посмотрел на неё и, высморкавшись в снег, на полкорпуса приотстал, как и Кирам.
Кавалькаду встречали во дворе. Живой коридор образовали множество служащих в замке оборотней, а трое мощных мужчин стояли в самом конце и с любопытством разглядывали приближающуюся человеческую правительницу. Она походила на снежную девочку в белой пушистой шапке, в белоснежной шубке из меха неизвестного зверя. Вся беленькая, с покрасневшим носом и яркими голубыми глазами.
Аня без колебаний определила, кто вожак, а кто дети. Седой мужчина стоял в накинутом на плечи плаще, подбитым лейновским пледом. Он был грозен видом, но по лицу несложно определить, что настроен он миролюбиво. Рядом с ним по бокам стояли двое молодцов. Одному двадцать пять лет, а второму семнадцать, оба здоровенных, под стать отцу. Аня знала, что вожак призвал старшего сына к себе и взялся обучать его правлению, а младшего готовится отпустить погулять по городам, чтобы тот познал самостоятельность.
Анна спешилась, чтобы не нервировать лошадь аурой вожаков. В этот раз она сразу поехала к главе Серых, минуя его города по пути. Она ещё не была уверена, стоит ли продолжать рассеивать людей по дальним землям, возможно, имело смысл ограничиться кланом беров, но её интересовало побережье, и она так ещё и не нашла себе жениха.
— Правительница, мы рады вам, — коротко произнёс вожак и, осторожно взяв поданную руку, другой похлопал по ней, — идите скорее в дом греться.
Аня была рада, что этот бугай не стал давить на неё своей энергетикой, но как же она устала прививать вожакам основы протоколов приёма правительницы! Она не просит падать ниц, но должны же её как-то величать! Она не сама по себе, она представитель лейнов и о каждой её встрече бегут сплетни по другим городам. На этих сплетнях будет расти отношение к людям, к будущим правителям, а ей всё никак не удаётся заложить основу этикета. С ней опять обращаются как с ребёнком, когда же это закончится?!
В доме, то есть в здоровенном старинном замке, тепла почти не было. Аня даже в выделенных ей покоях, где полыхал камин и стены были прикрыты шкурами, с трудом заставила себя снять шубу, но надо было подготовиться к ужину.
Она красиво уложила волосы, прикрыла их белоснежным пуховым платком, сверху закрепила золотым обручем, тем самым становясь похожей на славянскую княжну. Платье пришлось надеть традиционное, лейновское. Оно было пошито из светлой шерстяной ткани, без какой-либо вышивки, простое по фасону, прямое, с разрезами по бокам. Скорее его можно было бы назвать рубахой, чем платьем. Аня удлинила его до пят и чуть расклёшила к низу, чтобы оно больше походило на средневековое, чем на этническое. Сверху надела длинной до пола тёплый ярко-голубой жилет, который прикрывал боковые разрезы платья и выглядывающие ноги в тёплых штанах.
Жилет смотрелся вторым, нарядным платьем, только без рукавов и расходился спереди, удерживаемый лишь одной крупной золотой застёжкой на уровне талии. В наряде средневековой леди была своя прелесть, но Аня очень жалела, что из-за холода не могла одеться более современно.