Страница 18 из 236
— Нет, они пленники, но на особом положении. Настоящий пленник у нас один, и я бы не советовал вам с ним говорить. Он очень агрессивен.
Поднявшись по лестнице в пристройку, Аня с советником очутились на крыше, в углу которой у стены замка прилепился домик. Трое здоровенных парней уже ждали гостей и встревожено насупившись, встречали их. По мере приближения к ним, ноздри оборотней шевелились всё активнее, и в глазах появлялась заинтересованность.
— Добрый день, — вежливо поздоровалась Анна.
— Поклонитесь, перед вами Мать-правительница! — рявкнул Манул.
Они переглянулись, не понимая смысла прозвучавших слов, но склонился один, затем остальные. Аня их понимала: какая мать может быть из десятилетней девочки? Да ещё, надо полагать, что правителей они выбирают, ориентируясь на силу, а перед ними ребёнок. Ей стало смешно. Сколько раз в будущем ей придётся видеть непонимание и изумление на лицах оборотней? В её случае даже возраст не поможет!
— Итак, вы наши пленники, — начала она, — сообщите мне, из каких вы семей?
Парни снова начали переглядываться, тогда Аня обратилась к самому молодому:
— Чем занимаются твои родители? Где они живут?
Оборотень насупился и, опустив голову, молчал.
— Твои родственники занимаются чем-то страшным, что тебе стыдно сказать?
Все опустили головы и молчали.
— Ты из семьи преступников? Изгои? Я слышала, что есть обезумевшие оборотни, твоя семья такова?
— Нет! — не выдержал парень. — Моя семья хорошая! Мы живём недалеко от горы, охотимся, немного выращиваем еды.
— Очень хорошо, так чего же ты молчал? — улыбнулась Аня.
Парень нахмурился и нехотя произнёс:
— Я переживаю за них.
— Это замечательно. А чтобы ты не волновался понапрасну, не придумывал себе ужасов, я поясню, почему спрашиваю. Но прежде скажи, как тебя зовут?
— Пак.
— Пак, — протянула Аня с таким видом, будто смакует леденец, — короткое, запоминающее имя. Так вот Пак, вскоре мы собираемся перейти горы.
Оборотни смятенно вскинулись и переводили взгляд с девочки на советника, ища подтверждение её слов.
— О, ни к чему беспокойство, — засмеялась Аня, — когда-то оборотни и люди жили вместе в согласии. Вы помните об этом?
— Это было давно, те времена называют благословенными, — ответил один из парней.
Анна кивнула:
— Попросту говоря, это был хороший союз, но всегда найдутся те, что начнут завидовать и сеять хаос. Закончилось всё плохо для всех, — мягко проговорила она, успокаивая интонацией, выражением лица. Оборотни слушали её внимательно. — Но мы можем попробовать снова объединиться и сосуществовать вместе. Попробуем с малого, с соседства с ближайшими жителями. Поэтому, я спрашиваю тебя о родителях, так как вскоре ты отправишься домой и будешь встречать меня у себя в доме.
— Я?
— Возможно, вожак вашего селения?
— У нас нет селения, там живут мой прадед, деды, дядья и отец с братьями.
— О, большая семья, — улыбаясь, кивнула Анна, — а женщин что же нет?
— Их не считают.
— М-да? Очень интересно, а вот у нас каждая девочка, женщина на счету! — Аня специально обратила внимание на этот факт. Пусть сразу знают и помнят об этом. — Ну что ж, а как тебя зовут?
Анна познакомилась со всеми тремя, они с охотой разболтали ей о родителях, о семье, о своей первой охоте и даже показали зверей. Они давно не видели детей, тем более такую приятную и общительную девочку, которую можно было так легко насмешить и вызвать её восхищение. Они бы ей все секреты выложили бы, если б знали их. Манул только усмехался наивности ребят и присматривался к Голосу. Амир отозвался о ней очень хорошо и сказал, что они не прогадали.
— Госпожа Анна, вы действительно хотите их отпустить?
— Они могут рассказать о чём-то, что повредит нам?
— Нет, они ничего не видели.
— С ними плохо обращались?
— Ну-у, всякое бывало, они всё же пленники.
— Приставьте к ним наиболее дружелюбных ребят и пусть они расписывают пользу от соседства с людьми. Врать не надо, но вернувшись домой, наши пленники должны суметь отстоять свою точку зрения перед сварливыми дедами и подготовить для нас доброжелательный приём по весне.
— Вы так быстро познакомились с нашей жизнью, что готовы уже к выходу из долины?
— Уважаемый Манул, полностью готовыми к такому важному делу быть невозможно, — задумчиво протянула собеседница. — Нам надо попробовать сделать первую, вторую пробную вылазку, чтобы понять, с какими проблемами мы столкнёмся. К тому же нам нужны шпионы. Мы ничего не знаем о том, как сейчас живут оборотни, по какому принципу подчиняются друг к другу и сможем ли мы вообще реализовать наши планы? Я не исключаю, что всё придётся менять на ходу.
— Не хотелось бы, мы все многое сделали..
Анна положила ладошку на крепкую руку Манула в успокаивающем жесте:
— Всё, что достигнуто, в любом случае пойдёт на пользу. Дорог всегда несколько, мы найдём свою, но нам пора получить больше данных о той земле, на которую мы идём.
— Думаете, я не понимаю? Только людям не пройти по землям оборотней.
— Вот поэтому пора заводить СВОИХ оборотней, которые соберут для нас всю информацию. А теперь, давайте навестим вашего заключённого.
— Ещё недавно я был бы против, но посмотрев, как вы разговорили этих ребят, я подготовлю его сам.
— Подготовите?
— Госпожа, от него воняет хуже, чем от протухшей рыбы.
— О, если вы об этом позаботитесь, то я буду весьма признательна, — быстро согласилась Аня.
Она с трудом дышала рядом с относительно чистыми оборотнями, предположить запашок от заключённого у неё воображения хватало.
Пока она ждала, сходила на кухню, взяла кувшин с водой, маленькую корзинку с мясными шариками и плошку с рисом. Всё это ей положили в большую квадратную корзину, которую она с трудом донесла до места встречи. Манул не согласился выпустить оборотня из камеры, но пообещал, что пока его будут мыть, то камеру тоже почистят.
Анна ждала Манула и думала о том, что она совсем не учла в своих торговых проектах того, что оборотням не нужен свет, если только в совсем беспросветных помещениях, не нужен кофе и тем более специи! Разве что ткани пригодятся, но они у них есть. Это была катастрофа. Что тогда им предлагать? Музыку ветров? Или летающих змеев? Каучуковые прыгучие мячики? Может, погремушки для детей или бусы для женщин? Нужна информация, и не от той деревенщины, что сидит у них в домике на крыше.