Страница 40 из 72
Но кровавого залпа не последовало. От основной массы аборигенов отделились десять поистине могучих, исполинских воинов. Подойдя к самому краю крепостного рва, они сорвали с плеч тяжелые плетеные корзины и разом перевернули их.
На выжженную солнцем землю с глухим, жутким стуком выкатились более трех десятков отрубленных человеческих голов. Глаза мертвецов были открыты, а лица искажены предсмертным ужасом.
— Остальные подчиняются тебе! — выкрикнул один из старших воинов, падая на колени и поднимая пустые ладони вверх. Толмач на стене торопливо, срывающимся голосом переводил. — Есть трусы, кто сбежал с острова на пирогах и катамаранах, до кого мы не успели добраться. Но все иные отныне в твоем полном подчинении! Ты можешь приказывать нам всё, что заблагорассудится, Великий Вождь в железной шапке. И прости нас за то, что мы дерзнули встать против тебя!
— Ну вот, повоевали, слава Богу, — сипло пробурчал стоявший у запала пушки старый сержант, утирая усы шершавой ладонью. — Видать, нынче, братцы, придется лопатами махать. Запрягут нас в черную работу. Землю пахать…
На эти ворчливые слова Дмитрий Леонтьевич лишь устало усмехнулся. Старый служака смотрел в самый корень. Работа предстояла каторжная. Ему, как коменданту крепости и, по сути, полноправному губернатору всего острова, нужно было срочно налаживать сельское хозяйство, чтобы гарнизон не вымер. Да и не только гарнизон. Теперь ведь важно еще и показать туземцам, что для них жизнь сменилась на лучшую. И тогда будет полная лояльность.
А это важно и в том, что местные начнут принимать новую веру, становиться русскими и по духу.
Нужно было провести подушную ревизию туземцев, определить, как русские колонисты будут взаимодействовать с местными племенами, обложить их справедливым, но твердым ясаком… Сотни тяжелейших административных вопросов рухнули на плечи молодого офицера, привыкшего решать проблемы клинком.
Вот только Дмитрий Леонтьевич, опьяненный тяжелой, но славной победой, не учел одного крайне скверного обстоятельства.
Капитан ушедшего фрегата, прикрывавшего форт, не просто отправился в Калифорнию. Он сделал незапланированную остановку на острове Гавайи, где уже успела обосноваться основная русская фактория и ставка командования на архипелаге.
И прямо сейчас, рассекая пенные волны Тихого океана, на «помощь» Овцыну спешили два вооруженных пакетбота. Их палубы были битком набиты свежими морскими пехотинцами, а командовал ими офицер в куда более высоком чине, нежели лейтенант Овцын. И этот назначенец, облеченный властью Империи, явно спешил сюда не для того, чтобы делить лавры победителя с молодым выскочкой. Тучи над новообретенным королевством сгущались.