Дорога к счастью

Имрус расправился со Штормом и пытался подобраться к гоняемым экипажем стрелкам, но те разбежались и продолжали посылать в него болты, не подпуская к Барути. А тот сам на себя не походил. Он смотрел на Злату безумными глазами и протягивал к ней руки. Дурында больше не защищала генерала и ему пришлось проявить всё своё умение, чтобы дотянуться до наёмников, которые не подпускали его к Барути.

Злата же почувствовала сильный холод в груди и наклонилась к мальчишкам.

— Ну-ка, бегите назад по дорожке, по нашим следам и спрячьтесь, — последнее слово уже далось с трудом, и она толкнула Иржи, побуждая к немедленным действиям. Он схватил младшего брата за руку и побежал.

Барути делал шаг за шагом к слабеющей Злате.

— Какая ты вкусная! — восторгался он. — Словно сама жизнь, — сделал он последний шаг.

Она упала на снег и не могла справиться с затруднённым дыханием, с обледеневающим сердцем и ей казалось, что из неё выкачивают кровь. Злата даже посмотрела, не расплывается ли под ней кровавая лужа, но нет.

«Так вот что чувствуют девушки при изымании силы! Сволочи!» — почему-то стало обидно за всех. «Как же можно считать это нормальной процедурой и ещё платить за неё деньги?»

Когда она сама себе стала казаться ледяной статуей, жёсткие пальцы Барути коснулись её подбородка, и он заставил смотреть её на него.

— Будешь ласковой и молчаливой, оставлю тебе жизнь и дар. Составим договор, и родишь мне наследника.

— С чего бы эта милость? — голос у Златы пропал, но её шёпот он услышал.

— Подстрахуюсь на всякий случай, вдруг твоя сила утечёт из меня так же, как другие?

— Понятно, будешь паразитировать, — прохрипела Злата и получила от него обжигающий удар по щеке.

— Вот тебе печать и наука о достойном лэры поведении, — успел произнести он, прежде чем его голову обхватили широкие ладони Имруса и резко сжав, крутанули её вбок, выворачивая под немыслимым углом. Барути только и успел в страхе широко открыть глаза, как его тело уже падало перед ней сначала на колени, а потом и вовсе он завалился на снег.

Имрус едва стоял, но подал руку Злате, помогая подняться и, пошатываясь, подвёл её к замершей многоножке. Она видела, что генерал не единожды ранен. Несколько болтов торчали из его груди, два попали в плечо и ещё один в бедро.

— Прости, — держась за экипаж, произнёс он, — я снова виноват перед тобою.

Злата оглядывалась и видела, что больше не от кого ждать нападения.

— Дети, — прошептала она.

Голос всё ещё отказывал ей, но жуткий холод уходил из тела, оставляя какую-то противно тянущую жилы пустоту. Она посмотрела на израненного Имруса и отвела глаза. Он сражался как лев, но опоздал. Если бы он всего лишь на миг раньше свернул шею Барути! Всего лишь миг!

Её щека нестерпимо горела, и этот нездоровый жар по-хозяйски бежал по венам, закрывая пути-дорожки для восполнения выпитой силы. Раньше Злата даже не знала, как появляется в ней магическая энергия, а теперь отчётливо чувствовала, как запечатываются, словно прижигаются все крошечные дверцы для магии.

— Где они? — нахмурившись, спросил генерал, собираясь искать мальчишек, а она отметила, что он белый как снег.

— Я отправила их прятаться. Они побежали обратно по дороге, — девушка потёрла виски, чтобы заставить себя быстрее соображать и правильно расставить приоритеты.

Имрус собрался идти за детьми.

— Подожди, — качаясь, Злата бросилась к коробам, — подожди, — повторила она, борясь с непослушными пальцами и роясь в вещах.

Генерал прислонился к безжизненному экипажу и смотрел, как девушка быстро ворошит вещи. Ему хотелось пить, чего-нибудь горячего, потому что тело заледеневало. Надо торопиться, пока он в сознании, но ему всё сложнее было даже просто стоять.

— Как трогательно, — произнёс смутно знакомый голос, и Злата с генералом обернулись.

К ней с Имрусом подходил отец Талейты и вёл мальчиков за руки.

— Наш бравый генерал не щадит своих врагов! — лэр Эйш обвёл взглядом раненных и убитых. — Браво!

Злата протянула руки к сыновьям, но лэр удержал их.

— Не так быстро, принцесса, — усмехнулся он. — Я проделал долгий путь, следя за нашим поглотителем, а он в свою очередь ступал по пятам за молоденьким лэром Малином. Занятная у нас вышла цепочка, не правда ли? — лэр озорно прищурился и это выглядело очень мило. На белоснежном снегу стоит красивый мужчина с двумя очаровательными детьми и лёгкие снежинки кружась, опускаются на плечи. Такую картину было бы приятно вышивать долгими зимними вечерами.

— Папа, отпустите мальчиков, — ласково попросила Злата.

— Да-да, конечно, моя маленькая, обнаглевшая доченька, — улыбнулся он, и лёгкая пыльца окутала детей. Они попробовали отмахнуться от неё, но она настойчиво полезла им в рот.

Злата в ужасе смотрела, как упал Каджи, а Иржи пытается не дышать, прикрывая ладошкой нос. Видела рывок Имруса и что он подхватывает старшего сына и кидает прямо на неё. Она ловит его и летящую за ним привязчивую пыльцу, не успев, сообразить об опасности для себя, вдыхает. Всё вокруг замедляется, а лэр Эйш всё так же с улыбкой бьёт Имруса в грудь ножом, но падают они почему-то вместе. Злата опускает глаза на Иржи и последним усилием суёт ему в руки кристалл, раздобытый для Талейты.

— Отцу, — шепчет она, — сначала стрелы, потом..

— Что мама? Что делать потом?

Злата едва смогла отметить расплывающимся сознанием, что упала, а сын склоняется над ней и его горячие слёзы жгут похлеще печати Барути.

— Кристалл.. прижать к голому телу, — шепчет она из последних сил.