Страница 48 из 127
Злата улыбалась как болванчик, а в душе у неё ожесточённо скребли кошки. Она собиралась довести кухню до идеальной чистоты и похвастаться мальчикам, как она умеет готовить. А теперь, тут будет сновать чужая женщина, вытирать стол грязной тряпкой и чихать в суп!
Не меньше раздражали мысли о служанке. О, это совсем не те девушки, что занимаются уборкой в доме, это соглядатаи и сплетницы с пушистой метёлкой в руках, гоняющие пыль с места на место! Вся польза от этих шпионок состоит в том, что они приглядывают за приходящими женщинами, которые моют и натирают полы, трясут ковры или забирают бельё в стирку.
Жизнь с первых дней складывается совсем не такой, как она ожидала, и к тому же за все неудобства ей придётся раскошелиться.
Невольно к Злате закралась искушающая мысль: а что, если бы она была одна? Стала бы она прогибаться под общество или придумала бы себе другую жизнь?
Она же в магическом мире, где есть академии и студенческие практики с приключениями, одинокие великие маги, дворцовые интриги и тут, в конце концов, рядом живёт король, а она, между прочим, редкая птица — попаданка, при сопутствующих наилучших данных!
Злата горько усмехнулась. Какой соблазн, однако! Всё это она проходила. Правда, Владислава можно с натяжкой назвать королём, но какое-то время он ей казался им.
Она перевела взгляд на детей, которые разворачивали кульки и смотрели, что мама купила. Им без разницы, умная она или красивая, они любят её за то, что она их мама.
Любят и защищают.
А ей хочется стать лучшей мамой на всём белом свете, только чтобы их обожание не гасло. Пожалуй, эгоистично, но зато какой сильный стимул, чтобы наплевать на все другие искушения!
Отложив запланированные дела, Злата снова заказала обед в «Каштане», а после с детьми поехала в банк. Ей необходимо было получить советы по поводу прислуги. В памяти Талейты информация о найме была смутной и причиняла душевную боль. Немудрено, ведь первый же её опыт взять хозяйство в свои руки оказался неудачным.
Лэру Эйш с детьми встретил всё тот же служащий и подсказал, в какое агентство принято обращаться аристократам. Через полчаса Злата оставила заявку, а вечером уже беседовала с присланными кандидатками.
Иржи смотрел в окно и несколько раз доложил, что некоторые девушки, увидев их дом, разворачивались и уходили. Те служанки, что рискнули зайти, узнав, что в доме нет лэра, отчего-то краснея, передумывали наниматься.
До Златы не сразу дошло, на какие дополнительные обязанности надеялись девушки. На душе стало гаже и, несмотря на то, что платить предстояло не так уж много, она почувствовала, что лучше будет чахнуть над каждой монетой, чем отдаст их этим вертихвосткам. Складывалось тупиковое положение.
День прошёл бестолково, но соседи бдили и слухи затихли. Когда Злата утром следующего дня отправилась в булочную, то хозяин, чрезвычайно смущаясь и часто повторяя, что это не его дело, всё же осмелился посоветовать пару женщин, ищущих работу.
— Но почему же они не обращаются в агентство?
— Понимаете ли, лэра, их положение столь затруднительно, что у них нет денег, чтобы оплатить услуги контор, занимающихся поиском работы.
— Но я думала, что для соискателей всё бесплатно?
— Э, с чего это вы взяли? Медосмотр, заполнение бланков, проверка наличия приличной одежды, проведение первичного собеседования — всё это стоит денег.
— А вы хотите мне подпихнуть тех, кто не прошёл медосмотр? — уцепилась Злата за взволновавший её пункт.
Для лэров любой линии теоретически болезни были не страшны, но практически надо уметь изгонять заболевания из своего тела. Ни она, ни Иржи, ни тем более малыш Каджи этого не умели, а значит, находились в зоне особого риска. Стоимость услуг целителей для детей лэров и для женской половины аристократии на взгляд Златы превышала все разумные пределы. Она очень волновалась по этому поводу и старалась уберечь свою маленькую семью от любых поводов для болезни.
Далеко не все следили за чистотой своего тела. Среди любого сословия можно было натолкнуться на воняющего по́том или чем похуже, человека. Даже в банке она заметила, что от служащих, если пахло, то мылом или парфюмом, а от некоторых элитных клиентов откровенно воняло. Память Талейты оправдывала их, поясняя, что это из-за специфики службы или дара, но было бы желание!
Злата на себе прочувствовала проблему в плане запаха. Самой не сложно ополоснуться, но дорогие платья каждый день стирать не будешь. Она уже попробовала освежить одно, а потом еле вытянула из ванны тяжёлый наряд, который так и не смогла толком отжать, а после поняла, что ей не на что его повесить, чтобы не вытянулась ткань. На полу растянутое платье сохло два дня. Но Злата сдаваться не собиралась!
— Лэра, вы сами увидите, что эти женщины чистые и умеют следить за собой, — продолжал говорить булочник.
Девушка вдруг подумала, что она излишне нервничает и постоянно раздражена в последние дни, что ей не свойственно. Она одобрительно кивнула хозяину булочной, выражая своё согласие побеседовать с его протеже, а сама выбралась на улицу и с удовольствием подняла взгляд на солнце. Тут же захотелось сделать что-то такое.. такое.. ну такое!
— Господи! — прошептала Злата. — Это же меня от магии распирает! Надо колдовать или как-то сливать излишки!
Колдовать было страшно. Одно дело в имении, где всё шито-крыто, другое дело — здесь. Ей только поющих окон не хватало или убегающих от неё платьев!
Она едва ли не вприпрыжку заспешила домой и забрав из шкатулки Талейты один из бланков магических вестников, чиркнула записку учителю. У Иржи может быть такая же проблема с накоплением энергии и затягивать с этим нельзя! Сделав необходимое, Злата побежала на самый верх и активировала зеркало. Недоуменно разглядывая съёмную квартиру и спящего мужика на диване, она отпрянула. Совсем закрутилась с делами и забыла о переезде Талейты на Земле.
— Вот повод разумно потратить энергию, — сообщила девушка пустоте.
Силы было много, если не сказать, что она била через край, и художница не только пробилась в свою родную квартиру, но ещё загрузила магией бездонное зазеркалье. На какой-то момент ей показалось, что в нём кто-то есть, но она благоразумно прикрыла проход, раз Талейты всё равно не было дома.