Страница 63 из 128
Настроение испортилось. Надо было срочно заканчивать делать большую печь. Лежанку можно будет использовать в качестве стола, и многие дела упростятся. Да и спать в логове с каждым днём всё хуже и хуже — хвоя давно слежалась и совсем не защищает от холода, идущего от земли. Тирр и Дирр ночью замерзают, залезают на неё, мешают спать.
Это ужасно, когда не знаешь, за что хвататься! Всё важно, всё нужно!
Искра схватила зубами одежду, что была выложена Торром на горячие камни и побежала менять ипостась. Она ненавидела те мгновения, когда оказывалась обнажённой на снегу. Как бы ни торопилась одеться, каждый раз успевала продрогнуть. Малышня дразнила её неженкой, но они были правы.
— О, ты заварил успокаивающий чай?
— Он самый вкусный, — пожал плечами Торр. — Искра, рядом проходит стадо лохматых быков и можно поохотиться.
— Лохматых быков? А-а, ты, наверное, имеешь в виду яков.. или бизонов.. или зубров..
— Никогда не слышал о таких зверях. Они все похожи на лохматых быков?
— Ну-у, в общем-то, да. И охота на них дело непростое.
— Я соскучился по свежему мясу, — пожаловался паренёк.
— У нас тигр есть.
— Фу, он гадкий, — скривился Торр.
— Ты капризничаешь, — удивилась Искра, хорошо помня, что вчера мальчик с удовольствием уплетал поджаренные на скорую руку тончайшие кусочки мяса. Остальное она собиралась долго тушить, так как слышала, что иначе можно подцепить какую-то заразу от мяса этого хищника.
Торр перевёл взгляд на дядю и прежде, чем мужчина выразил своё желание пойти на охоту за «мамонтом», перебила дурацкую инициативу:
— У нас других дел полно, которые не терпят задержки, — и тут её осенило! — Но если твои лохматые быки поделятся с нами шерстью, то это было бы здорово.
— Шерстью? Мне их что, стричь? — опешил Торр.
— Бери мою шерсточёску и думай, как её использовать. А чтобы ты помнил об осторожности, то пусть малыши пойдут с тобой. Они будут складывать твою добычу, — усмехнулась, — в корзину.
— Но чесалка настроена на твои формы, — мальчик очертил руками волчицу Искры.
— Однако это не мешает мне использовать её на тебе и детях, — возразила она. — Просто следи за ней и вовремя выключай, когда она начинает чесать воздух.
— А как я буду снимать с чесалки шерсть? Все быки разбегутся, если я подойду.
— Торр, ты сегодня витаешь в облаках! Где твоя смекалка? Привяжи к чесалке верёвку и подтягивай к себе, когда надо освободить её, а потом кидай и активируй в полёте. На расстоянии полуметра она сама подлетит к объекту, ориентируясь на тепло тела.
Мальчик почесал голову, но, посмотрев на малышей, согласно кивнул. Мелюзге нужно утепляться, а дяде Рохху самому придётся вымыться и придумать, как показать свою полезность их семье.
Вскоре на поляне остались только она и притихший оборотень. Искра хотела отправить его мыться: скорее всего, большой камень внутри укрытого шкурами шалаша уже прогрелся и ни к чему более тратить дрова, но замялась.
Привычка подталкивала к использованию вежливой формы обращения, но у оборотней этого мира она ассоциировалась только с вампирами. Искра не сразу разобралась с этой особенностью и, возможно, члены стаи сочли заискиванием её обращение к вожаку на «вы».
Сейчас же ей хотелось избежать ошибки и одновременно сразу обозначить своё главенство. Правда, этот оборотень вряд ли поймёт, что в данный момент обращаясь к нему на «ты», она объявляет себя главной, но пусть его! Итак:
— Чего время тянешь? Иди, мойся!
Здоровяк подскочил и неуверенно посмотрел на сооружение, в котором он должен мыться. Но увидев, что самочка, недовольно глядя на него, поднимается, поспешно кивнул и рванул внутрь неказистого шалаша.
Искра закусила губу от досады. Она никогда не позволяла себе быть такой грубой. В детстве родители за неуважительность могли наказать, а когда стала сиротой, то приходилось следить не только за каждым словом, но и взглядом, чтобы ненароком не обидеть чванливую мать Пепла, которой хотелось угодить, а потом..
..потом Искра слишком уважала тех разумных, что взялись обучать её. И, наконец, когда она многого добилась, то поняла, что за ней следит множество глаз, и она задаёт тон в общении, а это большая ответственность.
И вот сейчас вместо того, чтобы всего лишь отступить чуть-чуть от правил вежливости, показала себя невоспитанной особой! Она готова была броситься с оправданиями, но оборотень уже послушно скрылся в шалаше.
Расстроенная Искра посмотрела на не до конца подготовленный к банным процедурам шалаш, и решила помочь мужчине. Тут же вспомнилось, как растерялся Торр и малыши в этой парной, впервые попав в неё. Сделала несколько шагов и остановилась. Разумнее было бы оставить мальчика и..
Да что же это она поглупела враз! Мысли, как блохи скачут и дохнут!
Отвернулась, чтобы заняться собственными делами. Надо развести костёр возле будущей печи, чтобы мороз не помешал нормально работать, а это время.
Прислушалась.
В шалаше тихо и вдруг послышалось жалкое:
— Ой!..
Этот недотёпа случайно коснулся камня и обжёгся!
— О, Луна! За что мне всё это? — пробормотала Искра, глядя на небо, и подбежав к шалашу, накрыла верхушку крыши приготовленным лапником, а сверху слегка придавила лежащими рядом шкурами. Так и доступ воздуха остаётся, и жар не будет быстро уходит.
Шкуры эти давно уже задубели из-за такого использования и ни на что не годились, кроме как для банного шалаша. Потом она скинула шубу и проскользнула внутрь, приподняв плетёную дверцу с закреплённой на ней шкурой. Внутри было тепло, но не жарко. Не удивительно: ведь пока она не закрыла верх шалаша, то жар не задерживался.
Оборотень пристроился на краешке бревна и растерянно осматривался, посверкивая волчьими глазами.
Ну да, для человека темновато, а для зверя — самое то.
— Тут всё просто, — почувствовав себя неловко, начала объяснять Искра. — Сейчас я плесну водички на этот камень, — она зачерпнула воду кружкой и вылила только часть, но ей показалось, что шипение и пар немного напугали оборотня.
— Одежду, — громко сказано, но уж что есть, то есть, — давай сюда, а то шкурки наберут влагу, задубеют на морозе, и ты останешься без всего.
Она взяла «юбочку» и кинула её за дверь, благосклонно отмечая, что оборотень прикрыл руками своё хозяйство.
— Вот этим можно тереть тело, когда вспотеешь, — Искра показала на мочалку из лыка. — Но сначала огладь себя веничком. Вот так, — она показала, как охаживать себя связанными в пучок ветками листьями.