Искра. Волчьими тропами

— Неправильный вопрос, — спокойно ответила она и посмотрела прямо в глаза взявшему инициативу оборотню. Он оскалился и невольно отступил, но тут же сжав зубы, подскочил к ней, собираясь вздёрнуть и показать, кто здесь главный, но она поднялась быстрее и поймала его взгляд.

— Я альфа! И я не ищу себе самца! — чётко проговорила она.

— Ты вне стаи, а значит, подчинишься праву сильного, — набычился Рёх, не давая своему зверю идти на попятную, признавая в волчице альфа-самку.

Искра сделала шаг к нему и оскалилась, показывая свою ярость и силу. Оборотни отпрянули, ворча и досадуя. Им попалась строптивая сильная волчица, которую можно только искалечить или убить, и их волкам не по нутру стала бы такая жестокость.

— Ты пойдёшь с нами, — рыкнул Рёх, не желая упускать дивную красавицу.

Пусть она достанется вожаку, но останется в стае! Такая оборотница— хорошее приобретение для всех!

Если она выжила в одиночестве, то сумеет сберечь своё потомство, что увеличит шансы на выживание всей стаи.

Искра дышала тяжело. Демонстрация силы в таких условиях далась ей непросто. Оборотни подавляли её не только физически, но и морально. Их неприкрытое вожделение, отвратный запах, неопрятный вид, животные повадки.. и понимание, что придётся с ними договариваться и уступать, потому что свободные земли оказались занятыми этими дикарями.

«Куда смотрит Таний? Почему он не предупредил, что в лесу живут оборотни?»

— Что ж, — присаживаясь на облюбованное ранее бревно, — с вами так с вами, — согласилась она.

На её груди сверкнула золотая капля с темным пятнышком в широкой части, и один из оборотней толкнул в бок Рёха, показывая глазами, на что обратить внимание.

— Это знак.. знак.. — донеслось до Искры.

Она не поняла, какое из украшений на ней привлекло внимание дикарей, но надеялась, что они увидели хороший знак, а не что-то вроде порчи: получить статус изгоя из-за ерунды не хотелось. Казалось бы, плевать на всех! Эти варвары и даром ей не нужны, но на изгнанницу будут охотиться без жалости и никому в голову не придёт спрашивать, кто первый.

— Ты.. это.. идём, — отчего-то оробел Рёх.

— Вот поем и пойдём, — отрезала Искра.

Она подавила в себе желание одеться. Эти оборотни не утруждали себя одеждой, и они не понимали, что тонкая белоснежная шёлковая рубашка — это нижнее бельё.

— А зачем ты варишь рыбу? Не проще ли сырой съесть?

— Не хочу сырой.

— Но ведь проще.. — недоумевал Рёх.

Теперь, когда возбуждение отступило, у него проснулся интерес к необычной самке.

Откуда она такая взялась? Какого окраса её волчица, если в человеческом обличье она пегая?

Что за вещи на ней?

Как она ушла от вампиров, если одна? Она сильная самка, но не настолько, чтобы без вожака противостоять призыву крови.

А что за вещи в её корзине? И где плетут такие ровные и удобные переноски?

Откуда на красотке столько украшений? Разве существуют столь богатые стаи?

Вопросы возникали в голове Рёха без остановки. Теперь он понимал, что чуть не совершил большую ошибку, позволив группе развлечься. Эта самочка слишком отличается от них, и нельзя дать ей погибнуть, пока хоть что-то не выяснится.

К тому же дружище Барах правильно заметил, что золотая штучка на ней точь-в-точь, как у вожака, только у него тёмная капля со светлым пятнышком, а у неё светлая с тёмным. Все видели, как небеса одарили его, но до сего дня никто не понимал, что означает этот дар. Дохляк омега болтал, что со временем все всё поймут, и не значит ли, что это время настало?

Искра достала маленький ножик и принялась зачищать две отобранные ею палочки.

— Зачем это? — не удержался один из оборотней.

Она не ответила, но показала, как ловко достаёт палочками из обуглившейся чаши кусочек рыбы.

— А зачем? — не понял он и потянулся рукой за торчащим на поверхности куском.

Рёх рыкнул, и оборотень отскочил.

— Не позорься, а то наша гостья подумает, что мы не знаем, что такое культура.

— А что это? — буркнул всё тот же оборотень и получил затрещину от Рёха.

— Не лезть в чужую миску без разрешения, не полоскать свои лапы в еде! Это культура, бестолочь!

Искра с интересом посмотрела на Рёха и одобрительно улыбнулась. Совсем чуть-чуть, не столько уголками губ, как глазами и не ожидала, что этот оборотень смутится.

Она знала, что хороша собою, привыкла к ухаживаниям, но никогда не забывала, что не будь она директором крупного предприятия, ей едва ли перепала бы десятая часть того внимания, что ей оказывали. Так что искреннее смущение Рёха в некотором роде смутило и её. Чтобы скрыть эту слабость, она спросила:

— Далеко ли до земель вашей стаи?

— Если сейчас сорваться с места и бежать без остановки, то к первой звезде будем дома.

— Хм, выдвинемся завтра.

Рёх нахмурился, но согласно кивнул. Отошёл, дал указания своим и вернулся к очагу. Ему хотелось расспросить самку, но он не знал, как начать разговор. И вообще, закралась мысль, что их вожак Старх не пара ей. Она вся такая аккуратная, что по фигуре, что в поведении, а альфа не знает границ ни в чём.

Но Рёх уже не мог развернуть ситуацию и отпустить незнакомку. Да и куда она пойдёт?

Ночь прошла спокойно. За Искрой следили все. Не из страха, что она убежит, а из интереса.

Вечером она села расчёсывать свои волосы, причём не руками, а специальным предметом и заплела их в толстую верёвку. Потом она долго что-то перекладывала сначала в кожаной, а потом в плетёной переноске и легла спать, накрывшись белоснежным мехом. Откуда у неё такое диво, никто не решился спросить. И никто не заметил, как ночью, оставаясь под меховой накидкой, она обернулась в волчицу; и пропустили, как рано утром она вернула себе человеческую ипостась.

Уходившие на ночную охоту оборотни принесли дичь и кабанью тушу. Они бурно радовались, а Искра поняла, что в волчьем обличье они не смогут нести свою добычу, и вынуждена была нормально одеться. Только на сапожки надела сплетённые из коры башмачки, чтобы каблук не мешал идти. Этого приспособления ненадолго хватит, но оплётку можно было быстро обновить.

Оборотни, раскрыв рты, смотрели на неё. Всё им было в диковинку. Длинное платье, как у вампирьих господ, диковинная обувка, красиво уложенные волосы..

— Кто ты? — выдавил из себя Рёх. — Ты из них? — он повёл подбородком в сторону, но намёк ничего не сказал Искре.

— А ты не чуешь, кто я? Не видел ночью, в кого я обернулась? — недоуменно спросила она.

— Среди нас нет таких.. таких, как ты..