Страница 148 из 163
Оборотни мятежного медведя с трудом выносили напирающую мощь сородичей, многие скулили, падали на живот и не могли двигаться, но поблажки от ронговцев получали только дети и самочки. Никто в стае Шторна не знал, чего ожидать от Ронга, но в ответ на охватившую всех атмосферу ужаса многие самочки, особенно из недавно присоединившихся семей, вместо того, чтобы бежать, поддаваясь всеобщей панике, бросались пришедшим соплеменникам на шею со слезами счастья, и их было уже не отцепить, особенно от молодых, симпатичных ребят.
Шторн ждал Ронга в долине, весной заливаемой водой и превращающейся в болото. Сейчас здесь было сухо и по-своему красиво. Чахлые изогнутые деревца, многотравье и кочки. Появившимся оборотням Ронга сразу бросалась в глаза обособленная группа, державшая всех остальных в повиновении, и возвышающийся над всеми соратниками медведь. Вся стая Шторна насчитывала несколько сотен голов, но большинство из них были молодняком, недавно обретшим зверя.
Ещё пара лет – и мощь стаи стала бы качественно возрастать год от года. А судя по количеству самочек, то прирост поголовья был бы колоссальным. Шторн всё продумал на много лет вперёд, и у него бы получилось задуманное, если бы Вера не отправилась к горе, не встала бы в опасный момент рядом с Ронгом. Медведю долговременный план пришлось изменить, ввести новые данные, рискнуть, воспользоваться ситуацией в своих интересах, чуть обгоняя события, и вот результат – встреча на поляне, к которой молодая стая ещё не готова.
У Шторна оставался один шанс довести начатое до конца, один очень хороший, надёжный шанс — это его поединок с Ронгом. Глупый обычай, но очень выгодный для него на сегодняшний день, и он им воспользуется! Только бы Мал не влез. Его Шторн потом уберёт, тихо и незаметно, как и некоторых близких Ронгу самцов, но это следующий шаг, а пока:
- Не много ли ты собрал народа? – крикнул Шторн приближающемуся Ронгу. – К чему земли напрасно беспокоишь? Всю охоту порушил, ягодники истоптал, ручьи взбаламутил.
- Ты нарушил несколько законов, Шторн, и я пришёл призвать тебя к ответу! – так же громко ответил Ронг.
Этот разговор был нужен для обеих стай. Медведю важно показать пришедшей стае, что он приверженец законов, хоть и немного других. Альфе нужно думать о тех оборотнях, что должны будут влиться в его стаю после объединения, и чтобы они не привнесли в неё свои жестокие порядки. Несмотря на то, что всё решит поединок, слова лишними не будут.
- Ты потерял своё право призывать к ответу! Ты мне не альфа! Ты сам, поправ все древние законы, разделил стаю, дав свободу выбора!
- По праву сильного я всегда могу призвать к ответу любого оборотня! А стаю я не делил, все это знают, и ты тоже знаешь. Именно духи наших предков сказали моему отцу, что пора меняться. Духи предков подсказали мне, что наши самцы перестали ценить единство, и я должен предоставить им выбор. Они предупредили, что время всё расставит на свои места. Время пришло! Теперь я спрашиваю вас, должны ли быть едины законы для всех? Должны ли мы быть все вместе? Будем ли мы сообща осваивать наши территории – или погрязнем в сваре между собой, пока не придут к нам другие народы и не возьмут опустошённую землю?
- Твоя ошибка, Ронг, что ты любишь спрашивать и слушать народ! – ухмыльнулся Шторн. – А народом надо повелевать! Ты как был наивным щенком, так и остался!
- А ты всё так же считаешь, что лучше всех знаешь, как жить?
- Считаю. Слава духам, опыт имеется. Вот скажи мне, если я по твоим законам могу иметь своё мнение, то почему ты пришёл сюда по праву сильного? Я живу так, как жили мои родители, деды и их деды. Вся моя стая живёт так, и нас предки не тревожат наставлениями! А ты говоришь одно, а поступаешь совсем по-другому.
- Ты поднял лапу на самочку! На человеческую самочку, которая защищает наши земли! Ты покусился на МОЮ самочку! Здесь нет места спорам и переговорам, я пришёл за твоей жизнью!
Все резко подались в стороны, очищая место для поединка. Оба вожака скинули с себя одежду, к которой сразу подбежали беты и, проверив всё на наличие оружие, отдали обратно. Далее всё происходило с огромной скоростью.
Каждый, торопясь, надел то, что успел и, обернувшись, напал на противника. Медведю достаточно нанести один удар – и дальше можно будет спокойно терзать волка, показательно расправляясь с ним, предупреждая остальных, что так будет с каждым, кто не с ним! Даже сильнейшему волку не одолеть медведя! Для этого нужна стая, но есть кое-что, о чём Шторн забыл. Альфа-волк обладает ещё силой вожака, питающейся силой его духа! Медведь не слаб, но даже на него можно давить этой силой, надо только ослабить его, раздражить, измотать!
Волк крутился возле медведя, кусая его за ляжки, отпрыгивая, вёртко уворачиваясь от лап, и снова запрыгивая, то на спину, вцепляясь в шею, где полно нервных окончаний и стараясь выгрызть кусок, то снова повторно кусая уже израненную ляжку.
Медведь неистовствовал, ему надо лишь зацепить, хотя бы затормозить волка, тогда уж он не упустит его, но тот неутомимо шнырял между раскинутых лап, подпрыгивал, уворачивался и нападал, кусал, рвал, терзал.
Свидетели поединка шумно дышали, следили за каждым движением, оценивая шансы бойцов, но отдать кому-то предпочтение не могли. Даже если ранить медведя в сердце, это ещё не гарантировало победы волку. Медведи очень живучие, и в любую секунду ситуация могла измениться.
Волк не давал покоя сопернику, но время шло, израненный медведь и не думал сдаваться, лишь становился злее, а движения его расчётливее, скупее и точнее. Волк выдыхался, а медведь, будто поняв, что раз сразу не удалось прижать противника, то надо держаться.
Бока толстые, шкура плотная, волчаре не добраться до жизненных важных органов, а остальное можно перетерпеть. И вот настал момент, когда огромные медвежьи когти зацепили волка, и он неловко перевернулся в прыжке.
Короткая заминка мгновенно всё изменила. Волк уже не успевал увернуться от опускающейся второй лапы и его бок оказался разодран. Исход поединка предрешён. Зрители реагировали по-разному.
Кто-то смотрел с мольбой на упавшего волка и молил его: «Вставай Ронг, поднимайся, задай Шторну!» У кого-то наступило внутреннее опустошение, ведь таких сил стоило оторваться от старых порядков и снова нырять в темноту древних устоев! Хуже – только смерть! А кто-то приговаривал: «Не тяни Шторн, рви его, рви!»
Шторн тянул. Ему самому надо было отдышаться, да и не хотелось схлопотать от последнего волчьего броска. Эти твари вполне могут отдать свою жизнь во имя чего-то там! Волки, они не любят быть одиночками! Им то товарищ нужен, то подруга, то дети, и всегда готовы жертвовать собою. Нет, тут торопиться нельзя! Самая верная тактика оказалась основанная на выдержке.
Медведь не отводил взгляда от поднявшегося и шатающегося волка. Рано радоваться, ещё бы пару ударов нанести, а потом уже не грех и поиздевается! Пусть стая посмотрит, какой у неё был хилый вожак!
Медведь с осторожностью наступал, но как только между вожаками осталось малое расстояние, они снова сцепились, как будто не было предыдущих ранений. Но в этот раз волк кружил вокруг медведя недолго, вскоре он снова попал под лапу, и кровь его не только щедро оросила землю, но ещё обрызгала на зрителей.
В этот раз Шторн не собирался выжидать: он видел, что основательно разодрал шкуру Ронга и для своего спокойствия надо бы ещё добавить увечья, пока самого силы не покинули. Он поднял лапу для удара и замер.
Волк смотрел на него зло, безотрывно и давил взглядом. Давил силой альфы! Все подались назад, не сумев выдержать давления. Шторна начало трясти, ему надо было всего лишь опустить лапу на морду ненавистного волчары – и он не мог этого сделать!