Страница 119 из 163
Глава 8 Немного о расследовании, о предстоящей поездке в столицу
Вера чувствовала себя ответственной за положенное начало разработки горы, и в своих беспокойных мыслях видела там не десятки рабочих, а огромные заводы с дымящими трубами. Сколько она наслушалась в детстве взрослых разговоров о заводе-кормильце и заводе-убийце. С одной стороны зарплата, медицинские страховки, путёвки в дома отдыха, а с другой – профессиональные заболевания, закрытые окна в домах жарким летним днём, вечный страх о будущем. К виду огромных заводов присоединялись картинки погибающих индейцев, продемонстрировавших европейцам свои богатства, до кучи в голове вспоминалась золотая лихорадка в Америке, заводы Демидова и артели по добыче золота в Сибири в более поздние времена.
Весь этот сумбур в голове не давал ей спокойно воспринимать происходящее. Хорошо представляя, как не надо делать, она не могла предложить ничего дельного. Вера ни за что не призналась бы лэр-ву, что она не уверена, что поступает правильно, отстаивая права оборотней. А ещё возникал вопрос: какое ей дело до всего этого?
Скоро минует половина срока её ссылки, и снова ей предстоит переезд, новые люди, проблемы, здания… Ей опять придётся всем доказывать, что она с честью служит королевству, только по-своему. Надеяться, что поймут её потребность в помощниках. Не сказать, что Вера полюбила северные земли, но здесь она стала важной фигурой.
Где ещё она смогла бы организовать столько людей, чтобы ей добывали сырьё? В какой крепости командующий прислушается к её мнению? Да, Линей сделает так, как считает нужным, но лэр-в выслушал её, спорил, привлёк других людей, послушал доводы «за» и «против». То, что Вера приобрела здесь, терять не хотелось. Вроде она всё та же служащая, но намного свободнее, чем ранее. Конечно, со свободой в паре идёт ответственность, но она всегда готова её брать на себя.
А ещё Ронг.
Может, они никогда не станут парой, но она готова защищать его интересы. Если она может ему помочь, то поможет. Нет никаких сил смотреть на него, когда он усталый, когда во взгляде нет надежды на хорошее. Раньше она чувствовала, что симпатична ему, сейчас видит, что чувства его к ней стали глубже. Он ничего не говорит, но в их ситуации это не нужно. Что толку от слов, когда оба связаны обязательствами? Ни она, ни он не могут предложить друг другу ничего хорошего. К тому же Вера не до конца уверена в своих чувствах. Вдруг с её стороны всё, что она испытывает, не имеет никакого отношения к любви? Она уже была влюблена, но светлые чувства растаяли, как утренний туман, обернувшись страхом, осознанием своей ничтожности, глубоким разочарованием, и пережить подобное ещё раз она будет не в силах.
В ответ на осторожность внутри всё бунтовало, призывало к действиям, убеждая, что Ронг с самого начала показал себя сложным, скрытным, но готовым взаимодействовать, учитывать чужое мнение. А по отношению к ней он чуток, как никто другой!
Как же она устала от внутренних противоречий! В такие минуты ненавидишь выдавшееся свободное время, потому что начинаешь думать, доказывать себе что-то, спорить, а простого решения как не было, так и нет. Хотя, наверное, сейчас тот случай, когда можно попросить помощи отца! Вера уже послала письма всем, кому запланировала, но пусть будет ещё одно, лично папе.
Она закрылась в своей комнате и начала писать.
С чего начать? Наверное, с того, как приехала сюда и её душу отогрели? Каких замечательных людей она встретила, как ей стараются помогать в её делах, несмотря на многие сложности. А потом – об оборотне. Она не будет пугать отца тем, что влюбилась, ведь это ей самой неизвестно, но напишет, что сердце ноет, видя его встревоженным или когда он находится вдалеке от неё. Что она всегда рада ему при встречах.
Отец сам разберётся, блажь это или настоящие чувства, но в любом случае он поймёт, что Ронг ей стал дорог. А дальше она напишет об алмазах и упомянет «Сибирь». Папа поймёт, что алмазы только начало. Потом надо обязательно написать о бесчисленных письмах её лэр-ва королю о том, какая им нужна помощь, и что на них нет ответа. Даже самое простое дело, касающееся неподходящей зимней формы, которую присылают сюда из года в год, в столице ленятся решить. Да, это мелочно ябедничать на это, зато такое отношение к северным землям показательно! И, наконец, то, ради чего ею пишется это письмо. Ронг летит в столицу, и она хочет, чтобы отец познакомился с ним и помог ему.
Накидав план письма, она принялась расписывать всё подробно. Пришлось пропустить ужин, а потом бежать к Азе, пока все не разошлись спать, чтобы попросить у неё почтовый шар. Женщина удивилась, но расспрашивать не стала.
- Аза, я попрошу, чтобы нам прислали сюда побольше шаров, - пообещала Вера.
- Не надо, я сделала заказ в столичную гоблинскую контору. Они пришлют сто штук. Я соблазнилась на хорошую скидку. Лишнее продам в город и другим гарнизонам.
- О! Интересно, сто штук смогли бы поднять лодку лэр-ва? – брякнула Вера, а Аза, так и не оставившая идею о полётах на почтовых шарах, начала что-то высчитывать.
- Верочка, вы не помните, сколько пирожных было в коробке?
- Две дюжины.
- А вес их был…
- Не приметила… Я побежала! – Вера хотела тотчас же отправить письмо и успеть зайти на кухню, чтобы перекусить.
На следующий день она летела к Ронгу по делу убитого оборотня, но больше всего ей хотелось переговорить с ним о его поездке в столицу. Она полночи крутилась в постели, раздумывая о том, надо ли ей живописать обо всех тех проблемах, что её волнуют по поводу горы? Строила длинные умные предложения, подыскивала доводы, но потом вдруг пришла мысль, что она слишком навязчиво лезет в его дела, злоупотребляя его терпением, и пересмотрела всё своё поведение. К тому же у неё не будет времени расписывать варианты событий.
Вместе с ней Линей взял Удалого, чтобы приглядывал за девушкой, ведь потом она отправится сразу к разрыву строить первый дом. Категоричный отказ от второго сопровождающего командующего удивил. Два защитника при маге — это минимум, и лэр-в настаивал, пока не вмешался Удалой.
- Лэр-в Линей, дурит Пегий, - обратился он к командующему, - лэре неловко сказать, да только он ей проходу не даёт.
- Почему неловко? Надо было сразу сказать!
Вера нахмурилась:
- На что мне жаловаться, на то, что он цветочки мне носил? Лез со своей помощью, когда надо и не надо?
- Кхм.
- Формально жаловаться не на что. Он не переступил черту и не нарушил устав, но, командующий, - взмолилась Вера, - его глаза, его внутренний настрой! Вы же знаете, я улавливаю отголоски. Он рядом со мной возбуждён, раздражён, и… не знаю, как объяснить. Он улыбается, показывает мне своё заинтересованное отношение, великодушно оставляя выбор за мной, а сам в это время зол.
Линей посмотрел на Пегого, ожидающего когда его позовут сопровождать лэра Ранс.
- Вы, Верочка, ещё молоды, поэтому допустили ошибку. Как только почувствовали интерес своего защитника к себе, надо было сразу отправлять его обратно. Я тоже дал промах, думал, с Пегим вам будет повеселее. Он же у нас балагур! Ну что ж, оставляем его здесь. У оборотней вам ничего не грозит, да и я буду рядом, а у разрыва вы не пропадёте, там все воины, знают, как работать с магами.
Командующий подозвал стоящего в стороне Пегого и дал ему другое поручение. Вера, чувствуя себя неловко в этой ситуации, но одновременно испытывая любопытство, настроилась на мужчину и покачнулась, когда по ней ударили его эмоции. Ненависть. Обида и ненависть, а от мужского интереса не осталось и следа.