Страница 101 из 163
Она старшая в этом походе и настала пора не только первой принимать еду и любую заботу о себе, но и защищать своих.
- Назовитесь! – гордо вздёрнув подбородок, твёрдо произнесла она.
Молчание затягивалось и Вера, отставив руки чуть в стороны, зажгла на ладонях огни. Она смотрела с вызовом на преграждающим им путь оборотней и, выждав немного, угрожающе приподняла ладони, будто готовясь к атаке. Хотелось бы внушить им панику или ужас, но приходилось на себя накладывать спокойствие без остановки.
Медведь, стоящий напротив перед остальными, обернулся человеком и, смотря на неё исподлобья, ответил:
- Это наша земля. Уходите.
- Все северные земли принадлежат Дивному королевству, - отчеканила Вера.
- Это наши земли, - с прорывающимся рычанием повторил огромный, заросший бородой по самые глаза, мужик.
- Согласно договору оборотнический народ входит в состав Дивного королевства и на месте подчиняется своему вожаку.
- Ну, так я вожак, - недобро ухмыльнулся мужчина.
- Дивным королевством признан только один вожак – и это Ронг.
Мужчина смотрел на лэру, на огонь в её руках, но отступать не спешил.
- У вас там Ронг главный, а здесь – я.
- Если вас признает его величество Долар Авелин, то я вас выслушаю и учту возможные требования, а сейчас я расцениваю ваши действия как разбой. С дороги!
Медведь окутался дымкой, а Вера, поняв, что сейчас он нападёт, задействовала горячий ветер и сдула им свои огоньки с ладошек прямо на него. Особого вреда разбитый на сонм искр огонёк ему не причинил, но оборотень чуть отступил и вернул себе облик человека.
Его спутники тревожно поглядывали на него. Девушка ловила их настроение по верхам, но этого пока было достаточно, чтобы ориентироваться в происходящем. Оборотни не желали сейчас связываться с людьми. На что они надеялись, преграждая путь, неизвестно, но, наверное, не ожидали, что люди выступят единым фронтом с Ронгом. Одно дело – конфликт между своими; совсем другое, когда втянута третья сила. Вера же сейчас не просто какая-то лэра, она официальный представитель военной силы людей. Мало того, что она сейчас попортит всем шкуры, так за ней придут другие маги!
Мысли у оборотней поворачивались медленно, и Вера почувствовала, что надо дожать их. Она начала выстужать воздух возле лица главного оборотня. Проделывала она всё быстро. Мужчина моментально почувствовал холод и сразу стал виден исходящий от него пар изо рта, потом заиндевела его борода, ресницы. У наблюдающих за ним соратников в глазах мелькнул испуг. Если бы они были более внимательны, то приметили бы, что весь мороз сосредоточен только у нижней части лица их вожака, и поняли бы, что лэре не хватает силы на большее, но демонстрация возможностей прошла успешно. Она показала, что владеет огнём, холодом и звёзды знают, чем ещё.
Вера пыталась придумать, чем бы поразить недоброжелателей, и немного показушным жестом рассыпала над Ронгом абсолютно бесполезные сейчас, но зато заметные любому глазу, целительские искры, при помощи которых проводят диагностику. Окутанный ими, он стал казаться немного больше и производил впечатление волшебного зверя.
Противники начали отступать, пятясь задом, потом сошли с дороги и неторопливо потрусили восвояси. Они не сдались, не передумали, они просто на время отступили. Это было видно по взгляду их вожака, ощущалось по их настрою.
Вера продолжала стоять, не зная, закончилось ли всё или ожидать ещё чего-то.
Первым выдохнули Пегий с Удалым. Они, давая возможность лэре стоять открытой, были готовы в долю секунды защитить её ценой собственной жизни. Позади на телегу забрался кузнец. Он бы тоже не остался в стороне и приготовился метать тяжёлый инструмент в головы оборотней, прежде чем начать махать молотом.
Эмоции и действия людей девушке были понятны, а вот свои оборотни странно косились то на неё, то на альфу. Одно в них прочитывалось ясно: они готовы были биться насмерть. Того, кто преградил им дорогу, они не любили намного больше, чем своего альфу.
Ронг продолжал следить за скрывшимися бывшими соплеменниками в обличье волка и всё ещё издавал глухое, утробное рычание. Вере стало неуютно рядом с ним, да и страшновато.
Это не просто крупный волк, это огромная зверюга. Обычных волков такого размера не бывает, и он всё ещё находился рядом, причём в агрессивном состоянии.
Удалой чуть коснулся плеча лэры и потянул её в сторону. Она хотела бы поддаться ему, но от пережитого стресса тело плохо слушалось её. Ноги будто приросли к земле. Всё что она могла сейчас самостоятельно сделать – это только упасть. Мужчина понял её проблему, подхватил на руки, но не смог сделать и шага, зверь развернулся и зарычал на него. Удалой замер, а второй Верин воин прикрыл их обоих собою.
- Не дури, - тихо произнёс Пегий, - не видишь, плохо ей.
Волк перестал рычать, но взглядом не отпускал.
- Она же не боевой маг, - с укором добавил мужчина.
Зверь потерял очертания, и нахмурившийся Ронг сделал шаг, желая забрать лэру в свои руки, но её воин снова преградил путь.
- Это наша лэра и мы о ней позаботимся, - твёрдо сказал он.
Свирепо раздувая ноздри, Ронг отступил и, дав команду своим держаться ближе друг к другу, возглавил караван.
В тот момент, когда Шторн со своим семейством преградил дорогу, он понял, что сделает всё возможное, чтобы забрать его с собой в мир духов. Тогда есть надежда, что люди сумеют защитить оставшийся молодняк, если, конечно, пожалеют их. Но надежда исчезла, как только к нему приблизилась девчонка. Он-то как раз уповал именно на её жалость, после того, как его растерзают, а эта глупышка вылезла под удар, встав рядом с ним!
Он не мог оторвать своё внимание от медведя, а она ещё и шагнула вперёд. Он готов был сам разорвать её на маленькие кусочки – или это его разрывало на клочки от злости на её дурость?
Когда она громко приказала назваться Шторну, то он чуть не умер от унижения.
Он ненавидел себя, когда его бете приходилось защищать его в стае, но он понимал, что скоро всё поменяется. Ему надо было хотя бы немного продержаться, дождаться, пока наберёт нужную массу, опыт, и больше никто не посмел бы скалить на него зубы. Но Мал никогда не сражался за него напрямую, а эта мало того что вылезла, так ещё чуть ли не задвинула его за свою спину!
Большего позора представить невозможно, и Шторн выжидал его реакцию в ответ на её поступок. И кто бы знал, чего ему стоило, остаться на месте и дать ей говорить, вручая все их жизни в её руки.
Шанс расплатиться только своею шкурой растаял бесследно. Он слушал, что она говорила, краем глаза видел, как она демонстрировала свои возможности, и следил за медведем, чтобы успеть прикрыть бесстрашную и глупую самочку.
Она держалась потрясающе храбро, поступала умно, давя словами, демонстрацией боевой магии, но до чего же она глупа при всём при этом!
Почему она не стоит за спинами своих людей? Ему говорили, что магов ставят в центр, а не на остриё предстоящей схватки!
И всё же он видел, что она поколебала уверенность Шторна. Тот знает силу человеческих лэров, но, видимо, недооценил девушку, иначе не полез бы открыто. У него простая философия: самки слабее самцов, а значит, обязаны подчиняться более сильным, заслуживая, выпрашивая ласку и хорошее к себе отношение.
Было видно, Шторн ожидал, что Ронг сам порвёт самочку за то, что вылезла вперёд него и начала командовать! Но отец жизнь положил за то, чтобы девочек, женщин в семье, в стае, уважали, любили, защищали. Они – главная ценность любого мужчины. Зачем самочкам сила, когда есть самцы?!