Страница 46 из 77
— А вы не очень-то спешите их опровергать.
Он помолчал и приложил ее ладонь к губам. Екатерина посмотрела на него беззащитным взглядом. Он мягко взял ее за запястье и медленно поцеловал его с внутренней стороны — там, где ритмично бился пульс.
— Я тебе не враг, Катя. И моя семья тоже.
Лицо Екатерины смягчилось, она накрыла ладонью его руку.
— Прости, я слишком резка, — сказала она после паузы. – Просто мне очень страшно.
Карета резко дёрнулась. Кучер выругался. Екатерина и Алексей оглянулись.
— Что там? — выкрикнул Вяземский в окно.
— А ну пошли вон, — кричал кучер снаружи. — Нашли, где колошматиться.
С улицы были слышны чьи-то пьяные и не очень дружелюбные объяснения. Вяземский вышел из кареты. Екатерина наблюдала за происходящим в окно.
— Николай? — удивленно воскликнул Вяземский.
Екатерина увидела, как к нему подошел высокий коренастый человек. На нем было опрятное пальто хорошего кроя, но распахнутое, с оторванными пуговицами, будто кто-то потянул его за полы. Спереди все еще доносилось пьяное бормотание второго виновника вынужденной остановки, и кучер пытался усмирить и прогнать буйного.
Вяземский обратился к Екатерине.
— Это мой лакей, — он повернулся обратно к слуге. — Николай, что тут происходит?
— Да я к портному выехал, а этот…Э…
Николай махнул рукой в сторону пьяницы и посмотрел на Екатерину, желая оправдаться перед дамой. Но при виде ее лица он осекся и замолк, словно встретил самого царя посреди базара. Девушка смотрела на него в недоумении, пытаясь понять, что этого человека так напугало.
— Анна? Это ты? — выдавил он.
Екатерина странно посмотрела на лакея, словно пыталась разглядеть его сквозь мутную пелену или стену дождя.
— Почему вы так меня назвали?
Вяземский нахмурился, глядя то на свою невесту, то на лакея. От такого грубого нарушения этикета своим верным слугой он даже не смог разозлиться, лишь опешил.
— Николай, ты головой приложился? Как ты разговариваешь? Это Екатерина Павловна. Моя невеста, первая артистка Императорского театра.
Екатерина тем временем откинулась на спину и прикрыла глаза, обмахиваясь веером.
— Катя, что с вами? — Вяземский подскочил к карете. — Вам плохо?
Николай оставался стоять, не решаясь приблизиться. Он наблюдал, как его хозяин запрыгивает в карету и приказывает кучеру трогаться. Екатерина же едва удерживала торс, покачиваясь полулежа и скользя по сторонам пустым и бесстрастным взглядом.
[1] Это понятно? (нем.)