Страница 38 из 77
Анна хотела спросить: «А если не получится?». Хотела — и не спросила. Потому что увидела, как у него дрогнула жилка на виске, и поняла: он бы и сам был рад быть уверенным, но не может. И это пугает его не меньше, чем ее.
— А Юра? Что мне ему сказать?
Он посмотрел на неё долго.
— Его тоже нужно успокоить, — сказал он, наконец. — Тяни время. Ничего не рассказывай. И главное – не подпускай к письмам.
За дверью читального зала послышались шаги. Полозов мгновенно отстранился и вернулся к своему столу, забрал папку и направился к выходу.
— Я буду позже, — сказал он напоследок. — И, Анна Львовна, держите меня в курсе… всего.
Она кивнула. Дверь закрылась. Тишина читального зала стала плотнее. Анна опустила взгляд на письма и надела перчатки. Каждый новый лист она сначала осматривала на просвет, затем — под увеличением. И только после экспертной оценки почерка, — нажим, форма, чернила, — она читала содержимое. И каждый раз надеялась не увидеть ничего нового.
Она уже собиралась вложить очередное письмо обратно в конверт, когда заметила: внизу, под подписью, где оставалось почти пустое поле, появилась тонкая, едва заметная строка — будто её писали самым сухим пером, почти без чернил.
Анна наклонилась ближе. Почерк был тот же, но буквы дрожали, словно рука писала в темноте.
«Если он скажет, что невиновен — не верь. Он всегда находит слова. Беги»
У Анны похолодели пальцы. Она медленно отложила письмо на стол и обернулась на дверь, из которой только что вышел Полозов. В голове снова звучали два голоса. И на этот раз она не верила ни одному из них.