Страница 62 из 77
— А если встретим их в лесу? — нахмурился Албазов. — Документ издали не разглядишь.
— Потому и запрещено судить по одному внешнему виду, — ответил Овсянников. — Русская речь, военная выправка и одежда сами по себе ничего не доказывают. Дозор окликает, требует держать оружие на виду и предъявить бумаги.
Овсянников отложил конверт.
— Андрей, позови Брежнева.
Я вышел в соседнюю комнату. Михаил Юрьевич сидел над журналами промеров. Услышав, что его зовет атаман, снял очки и пошел за мной.
— Вызывали, Глеб Маркелович?
— Вам по-прежнему запрещены выходы в тайгу до особого разрешения.
— Помилуйте, у нас утвержденный график. Если остановим нивелировку, рискуем не успеть до осенних дождей. Министерство потребует от экспедиции объяснений.
— Получите объяснения от меня. Я не выпущу вас в тайгу, пока там шастают профессиональные стрелки.
— Но мы не можем сидеть без дела!
— И не будете. Обрабатывайте карты и журналы, сводите результаты промеров, проверяйте расчеты. Займитесь подготовкой приборов и снаряжения. Работы возле станицы разрешаю, но только под наблюдением.
Брежнев помолчал.
— Мне нужно письменное распоряжение.
— Сделаем. Приложите к своему отчету.
Инженер кивнул и вышел. Овсянников снова развернул карту Лончаково.
— Общую тревогу снимаем. Всех казаков при правлении держать незачем, но усиленные караулы сохраняем.
Карандаш переместился к лесным подходам.
— Секреты оставляем у Гнилого Лога, старой гати и северной тропы.
— Связь между ними прежняя? — спросил крестный.
— Нет. Дозоры пойдут от трактового пикета к северному секрету, затем вдоль леса к берегу и обратно. Время выхода менять, чтобы к расписанию не привыкали.
Овсянников провел линию вдоль Уссури.
— За берегом наблюдать постоянно. Перед приходом каждого парохода выставлять дополнительное охранение у пристани. Никого без проверки не пускать ни на берег, ни с берега на судно.
— Моих людей куда? — спросил Албазов.
— После отдыха все возвращаются к обычному служебному расписанию.
Овсянников положил карандаш на стол.
— Прочесывать всю тайгу мы не станем. Наша задача не позволить никому приблизиться к Лончаково незамеченным. Ни по тракту, ни по реке, ни через лес.
— Понятно, — сказал крестный. — Распоряжения передам по постам.
— Тогда, кажись, закончили. Албазов, Завьялов, можете идти. Громов, останешься. Подготовишь выписки и распоряжение для изыскательской экспедиции.
Албазов и Завьялов вышли. Крестный, приняв дежурство, забрал книгу и пошел распределять людей по постам.
Когда дверь за ними закрылась, Овсянников повернулся к Ильке:
— Илларион, позови сюда своих следопытов. У меня к вам отдельный разговор.
Овсянников придвинул чистый лист. По тому, как он посмотрел на следопытов, я понял: обычным расспросом дело не ограничится.